— Пойду замою кровь. Артем же присел на корточки, сказал негромко Костику:
— Ты… это… полежи. Я быстро. Только воды принесу. Он взял кастрюлю побольше и направился в умывальник. Когда Славик вернулся, здоровяк, сидя на корточках у кровати, осторожно отмывал лицо Костика от грязи и крови. Славик бросил тряпку в угол, подошел ближе, остановился в метре от койки, принялся тяжело разглядывать избитого товарища.
— Хотел бы я знать, кто его так отделал, — сказал он негромко.
— Легкие отбиты, — в пространство констатировал Артем. — Вообще внутренности. Видишь? Кровь из уха сочится. Но ничего не сломано вроде.
— Вроде или не сломано? — Славик подошел ближе, наклонился над кроватью.
— Не сломано, — тряхнул кудлатой головой здоровяк, обмакивая платок в кастрюлю и продолжая обмывать лицо Костика. — Конкретно его отмутузили. На улице так не бьют. Тут специально старались. Чтобы не покалечить, но побольнее. — Славик потянулся за сигаретами, однако Артем сделал предупреждающий жест: — Не кури. У него легкие отшиблены. Начнет кашлять — больно будет. Славик сунул сигарету обратно в пачку. Тяжело присел на стул, положил подбородок на сцепленные руки, протянул многозначительно:
— М-да-а-а.
— Что? — не оборачиваясь, уточнил здоровяк.
— Вчера приезжали эти уроды за деньгами. Костик занял бабки, оказавшиеся фальшивкой. А сегодня его избили. Да как. Удивительно, что он вообще до общаги добрался, не помер по дороге… Костик закашлялся, застонал.
— Сейчас, Костик, — забормотал заботливо Артем. — На вот, водички попей. Полегче станет. — Он поднес кружку к разбитым губам приятеля и стал лить воду тонкой струйкой. — Много только нельзя. Если внутренности отбиты, больнее будет. Здоровяк шмыгнул носом. Славик с удивлением посмотрел на него.
— Ты чего это? — Тот лишь отмахнулся, отворачиваясь к окну. — Эй, — Славик схватил приятеля за мускулистое плечо, попытался повернуть к себе. Здоровяк легко вырвался, но Славик успел увидеть блеснувшую на его щеке слезу. — Плачешь, что ли? — изумлению его не было границ. Артем только всхлипнул и совсем по-детски вытер нос рукавом.
— Жалко пацана, — просипел он. — Он же мухи не обидит. Тебя когда-нибудь били?
— Меня? — Славик покачал головой. — Было дело. Но так — нет. Ни разу. А тебя?
— Один раз. В школе. Старшеклассники. Хотели деньги отобрать. Мамка на завтрак дала. А я уперся. Ну и накидали мне пачек. Мало не показалось. И шилом в спину ткнули. Чтобы боялся.
— Костя… — Славик придвинулся ближе. — Костя, ты меня слышишь? — Костик повернул голову, и на Славика уставился черный, залитый кровью глаз. — Тебя из-за денег избили? Ты, если говорить не можешь, не говори. Кивни. — Костик едва заметно наклонил голову. — Из-за тех, которые мы заняли для Димки? — Костик подумал секунду, затем снова кивнул. Он не врал. Деньги, занятые им у Евгения, были первопричиной. Остальное — следствием. — Понятно, — протянул Славик. — Это Евгений постарался? Его парни? — Отрицательное движение головой. — Нет? Ты уверен? «Да».
— А кто? Костик только закрыл глаза. Рассказ получился бы слишком длинным. Костик не смог бы столько говорить. Он сейчас был занят другим — изо всех сил сдерживал крик боли, комком засевший в груди.
— Но из-за денег Евгения, да? — уточнил Славик. «Да».
— Мы же договорились, что вернем деньги через месяц, когда Димыч продаст квартиру. Костик собрался с духом, разлепил рваные лепешки губ, прошептал что-то, едва ворочая огромным, как подушка, языком.
— Что? — Славик наклонился ближе. — Повтори, я не расслышал.
— У Димы нет квартиры, — прошептал Костик.
— Как нет? — Славик даже выпрямился от изумления. Повернулся к Артему, повторил ему: — Он говорит, что у Димки нет квартиры.
— Как нет? — Лицо у Артема вытянулось.
— Кто тебе сказал, Костя? — требовательно спросил у Костика Славик. Слабое шевеление губ: «Евгений».
— А он-то откуда знает?
— По своим каналам… И еще он сказал… вернуть деньги… в три дня… — выдохнул Костя и закрыл глаза.
— Ты понял? — Славик повернулся к здоровяку.
— Я ему морду набью, — мрачно и решительно заявил тот.
— Я говорю не о том. Я говорю вот о чем. Кто на Костика наседал, чтобы он нам с деньгами помог?
— В каком смысле?
— Ну кто его уговаривал? — пояснил Славик. — Кто ему «песни пел» про квартиру Димкину и все такое?
— Ну мы.
— Вот именно.
— Ну? И что?
— Тем, — Славик подозрительно прищурился, — ты действительно не понимаешь или это ты так прикалываешься?
— Не понимаю, — ответил тот.
— Костик помог нам. Теперь наша очередь. Мы должны помочь Костику.
— А-а-а, — протянул Артем и тут же сделался безумно деловит. — Так я же и предлагаю, настучим как следует этому Евгению в голову и расписку Коськину заберем. Пусть потом хоть удавится.
— Отличное предложение, — съерничал Славик. — Отличное. Он давиться не станет. Пришлет вместо себя человек пять с бейсбольными битами и устроят тут… разбор полетов. Его, — кивок на Костика, — убьют. А следом и нас, да?
— Ну ладно, — решительно махнул рукой Артем. — Я плохо соображаю. Ладно. Зато ты у нас умный. Может, скажешь, как Костику помочь?
— Деньги нужно достать. Понял? Деньги.
— Я согласен. Где? Опять предложишь банк грабить? Очень умное предложение. Оружия нет. Машины нет. Плана нет. И вдобавок двое нас. Димка отказался. Костик вон… — Артем указал на неподвижно лежащего Костю. — Сам видишь. Он теперь неделю лежать будет. А вдвоем без мазы. Вдвоем налетим. Конкретно.
— Димка согласится, — упрямо заявил Славик. — Он теперь в долгу не только перед своими бандюками, но и перед нами. Про Костика я даже не говорю. За Костю нашему Димычу вообще стоило бы башню открутить. С оружием тоже… решим как-нибудь.
— Как-нибудь, — повторил здоровяк, заботливо накрывая избитого Костю одеялом. — Пушки — не леденцы. В палатке не купишь.
— В палатке — нет. Но если знать место, то вполне можно купить.
— А ты знаешь такое место?
— Знаю, — подтвердил Славик.
— Где?
— У Рашида. Артем несколько секунд смотрел на него, приоткрыв рот, затем упрямо тряхнул головой.
— Рашид… Рашид — парень серьезный. У него пушки есть, наверное. В крайнем случае, достать может. Только вот где деньги взять? За оружие-то платить придется.
— Банк возьмем — расплатимся.
— Этот… бульон из яиц получается. Как в том мультфильме. Грабил он, грабил и все раздал потом. Без копья остался. На фига такое счастье?
— Разойдемся как-нибудь. А насчет плана… — добавил Славик. — Имеется у меня одна задумка.
— Какая?
— Потом расскажу. Когда пушки достанем. — Он легко поднялся. — Схожу посмотрю, Рашид у себя или шмонается где-нибудь. А ты пока за Костиком пригляди. — У дверей Славик обернулся: — Если объявится Димыч — не выпускай его. Артем кивнул с таким видом, что Славик сразу понял: Димыч выйдет из комнаты только через Артемов труп. Рашида на месте не оказалось. Дверь открыл плечистый охранник, выполнявший заодно и функции секретаря. На вопрос визитера он вполне дружелюбно сообщил, что хозяин обедает.
— Шашлычную знаешь? Там он, — басил охранник, косясь одним глазом во включенный телевизор. — Будет часа через полтора-два. Но, слышь, если у тебя дело срочное — сам сходи. Недалеко ведь. Славик знал, что недалеко. Он даже не стал заходить за курткой. Так и рванул под мелким накрапывающим дождем, сунув руки поглубже в карманы, старательно втягивая голову в плечи. Зал был пуст, если, конечно, не считать Рашида и четверых парней, сидевших с ним за одним столиком. Двоих «чиграшей» Славик видел и раньше, а вот еще двоих встречать прежде не приходилось. Они о чем-то говорили Рашиду, сосредоточенно пережевывающему шашлык, а тот слушал, глядя в тарелку и молча кивая в ответ. Славик подходить не стал, деликатно остановился у стойки. Тихо бурчал телевизор. Голубоватые блики играли на боках батареи бутылок. Полумрак создавал интимную атмосферу, приглашая расслабиться. Белый, хрустящий крахмально бармен мгновенно отреагировал: