— Ладно, — говорит она, сжимает моё колено и поднимается. — Я собираюсь снять короткое видео, пока есть возможность. Надо угодить боссу.

Когда Сидни выходит из Логова, я снова склоняюсь над телефоном. В последнем сообщении Ник спрашивал, всё ли со мной в порядке. Тогда всё было хорошо, но теперь… Может быть, было бы неплохо сообщить ему, что произошло? Если он увидит новости о метели и ничего не услышит от меня, он будет ещё больше волноваться. Либо на всё забьёт. От этой мысли у меня слишком горит всё в груди, чтобы размышлять об этом.

Я набираю короткое сообщение: "Добрались до гор, но попали под снег. Поцелуй за меня Гобоя". Я смотрю на экран, размышляя, не вернуться ли мне назад и не стереть последнюю фразу. Это слишком наводит на размышления? Прочтёт ли он между строк и поймёт, что я тоже по нему скучаю?

Я всё равно отправляю сообщение, как есть, но прежде чем успеваю нажать "отправить", сигнал Wi-Fi пропадает. Похоже, технологии приняли решение за меня.

Даже если бы я хотела поговорить с Ником, сейчас это невозможно.

— Хотите услышать самую безумную новость? — глаза Сидни загадочно округляются.

Она безупречно накрашена: крылатая подводка для глаз подчёркивает выразительность её лица, а бледно-розовая помада придает её губам мягкость и сочность. Когда она говорит в свой телефон, вы замечаете только обнажённую кожу от её груди выше, так что кажется, что она вообще голая.

Уже интересно.

Но хочется большего.

Сидни качает головой, и вы знаете, что сейчас она в чём признается. Может быть, она, наконец, собирается рассказать о том, что происходит с Джеффом? Таблоиды все извились от появившихся фотографий, распространяя их гораздо шире, чем, вероятно, хотелось бы Сидни. Хотя некоторые изображения размыты из уважения к частной жизни Джеффа, в тёмных уголках Reddit-а появились неотредактированные фотографии во всей красе. От этих фотографий вы будете завидовать Джеффу за то, что вас обделили такими же достоинствами, и Сид — за то, что она может ими наслаждаться.

Тем не менее, в вашем сознании поселяется мысль, что если она качает головой не из-за фотографий, то с таким же успехом она может отругать вас за то, что ваши мысли приняли необычное направление.

Правильно, Сидни, правильно.

Она сообщает новости, запыхавшись:

— Нас занесло снегом.

Теперь её камера выдвигается, перемещаясь, чтобы обеспечить панорамный вид на пейзаж. Деревянный домик позади Сидни уступает место открытой площадке, заполненной утоптанным снегом. Деревья окружают поляну по периметру, как часовые, хотя вы не можете быть уверены, защищают ли они лес от Сидни или Сидни от того, что поджидает в лесу. Пасмурным днём стволы деревьев приобретают тусклый сероватый оттенок.

— Вы только посмотрите! Здесь по меньшей мере полфута снега.

Сидни направляет камеру вдоль тела, показывает подол изумрудно-зелёного платья и обтянутые кожей туфли на каблуках с открытым носком, утопающие в снежном покрове. Затем она снова поворачивает камеру к лицу. Задержка позволяет впитать её слова.

— Мы определённо не готовились к этому, — говорит она. — Может пройти пара дней, пока снегоуборочные машины до нас доберутся.

Её лицо недоверчиво и серьёзно, но, несомненно, это притворная нервозность. Может, она и стоит под слоем снега, но теперь вы можете разглядеть милый вырез её платья и блеск серёжек-канделябров, наполовину скрытых волосами. Она при полном макияже и в дизайнерском платье тусуется в роскошных апартаментах со своими потрясающими друзьями. О чём тут беспокоиться?

Если подумать, то оказаться засыпанным снегом рядом с ней звучит не так уж плохо.

Сидни пожимает плечами:

— Наверное, в этом и заключается полное расслабление, которое нам обещали. Wi-Fi тоже немного барахлит, так что, возможно, я буду постить меньше, чем обычно, — она хлопает в ладоши, и выражение её лица проясняется. — О! Забыла вам сказать, вчера мы должны были сделать несколько снимков для моего секретного проекта, и вы, ребята, умрёте, когда увидите фотографии. Кроме того, мне понравилось видеть все ваши догадки о нём. Некоторые из вас правы в отношении денег, а некоторых из вас высказали некоторые… творческие идеи, — она улыбается в камеру. — У меня для вас столько всего хорошего. И ещё больше сюрпризов на этих выходных, которые…

Видео отключается — то ли из-за обрыва связи, то ли из-за того, что у неё истек лимит времени для публикации своей сторис.

В любом случае, что бы она ни собиралась сказать, мир этого больше не узнает.

Брент, вернувшись из туалета, бросает взгляд на наши удручённые лица и хмурится:

— Что я пропустил?

— Wi-Fi снова вырубился, — бормочет Джефф, швыряя ставший бесполезным телефон на кофейный столик.

— Проклятье! — Брент с разочарованным вздохом потирает виски. — Не думайте, что я вас всех ненавижу, но было бы неплохо иметь возможность связаться с внешним миром.

— Хочешь сказать, тебе было бы неплохо исправил тот взлом? — говорит Джефф, скрещивая руки на груди.

Брент сердито смотрит на него:

— В любом случае, сейчас это спорный вопрос. Сегодня утром я искал маршрутизатор, и где бы он ни был, он за запертой дверью. Мы тут ничего не исправим.

Входная дверь Логова распахивается, и Сидни спешит внутрь, восстанавливая кровообращение в ногах. Подол её платья намок от снега.

— Там холодно, — когда никто не отвечает, она бросает на нас настороженный взгляд. — Всё в порядке?

— Просто болтаем, — весело отвечаю я. — Думаю, самое время для нашей фотосессии. Давай выйдем на улицу. От снега все краски заиграют.

— Полиция велела оставаться внутри, — напоминает Брент.

— Всё будет в порядке, — возражаю я. — Они просто не хотят, чтобы у нас было переохлаждение или что-то в этом роде. В любом случае, здесь нет ни сотовой связи, ни телевизора, и я не захватила с собой никакого чтива. Мы могли бы с таким же успехом устроить что-нибудь весёлое и отпраздновать глоуап Люси.

— Памятные фотографии, — соглашается Сидни.

— Это без меня тогда, — говорит Джефф и обменивается взглядом с Нэшем. — Подумал, что мы могли бы устроить немного другой праздник.

Праздник? Или он имел в ввиду борьбу с надвигающейся отменой?

Сидни закатывает глаза, уже понимая ход его мыслей:

— Не внутри, чувак. Здесь запрещено курить.

— Но мы можем разжечь огонь внутри? — ворчит Джефф. — Прямо двойные стандарты…

Не обращая внимания на жалобы, он надевает ботинки и следует за ней к двери.

— Я тоже не хочу устраивать лесной пожар, — поддразнивает Нэш.

Все мы смотрим на заснеженный пейзаж и разражаемся смехом.

— Значит, начинаем фотосессию? — спрашивает Люси.

— Начинаем.

Люси выглядывает в окно.

— Освещение будет лучше с обратной стороны домика. Можно выйти через тот выход, который я нашла ранее, так что не придётся долго гулять снаружи ради отличного фона.

— Видишь? — говорю я, беря её под руку. — Мы здесь в полной безопасности.

Cвежий воздух ударяет мне в лицо в тот момент, когда мы выходим через заднюю дверь Логова на снег. Забудьте о ледяном роллере — я практически чувствую, как мои поры сужаются. Я знаю, что сама предлагала, но сейчас кажется холоднее, чем даже вчера. Из метеорологов явно дерьмовые предсказатели погоды. Тем не менее, приятно делать что-то вместе, а не томиться внутри.

Ребята сбиваются в кучу в тени здания, пока я веду Люси и Сидни к деревьям.

— Сначала сфотографируем тебя, Люси. Можно я тебя сфотографирую?

Фотография — это разновидность сторителлинга, и это только моё. Всё дело в том, чтобы продать нарратив. Я уже представляю себе её золотистое платье и рыжие волосы на фоне хрустящего белого снега.

— Ты знаешь, что делать?