В современных условиях широко применяются радиолокационные станции для наблюдения за различными объектами (целями) с задачами обнаружения, распознавания, определения их местоположения, скорости и направления движения, а также управления ими (в транспортных системах) или поражения (в системах вооруженной борьбы с воздушным, морским или наземным противником).

Основным действующим лицом на радиолокационной станции является сидящий за экраном радиолокатора оператор, от которого зависит своевременное обнаружение, распознавание объекта и определение его местонахождения и параметров движения. Для авиационного диспетчера или оператора РЛС в системе противовоздушной обороны задачей является быстрое и безошибочное решение названных задач. Начинающему это не просто, так как объекты их наблюдения — воздушные цели — обладают высокой скоростью, большой разностью высот и сложными, пересекающимися на разных высотах маршрутами движения. Надо долго учиться и привыкать.

Оператор РЛС, работающий с воздушными целями, в зависимости от функциональных обязанностей может или ограничиваться выдачей информации с экрана радиолокатора лицу, которое принимает решение на ее основе, или сам принимать решения по управлению воздушным движением. Но во всех случаях главным для него является умение быстро ориентироваться в ситуациях, отображаемых на экране. И каждого новичка надо научить такой быстроте ориентировки и уверенным действиям по обработке поступающей на экран информации.

Обычная методика подготовки операторов РЛС предполагает многомесячные тренировки как у «живого экрана», так и на различных его моделях («холодном экране»). Трудность обучения заключается в том, что прерывистые сигналы от воздушных целей, поступающие на экран по одному разу за полный оборот антенны кругового обзора, буквально мельтешат перед глазами неопытного начинающего оператора и вызывают некоторую растерянность, граничащую с неверием в возможность совладать со всем этим беспорядочным потоком информации. Именно на начальном этапе обучения встречаются наибольшие трудности, сильно тормозящие процесс овладения деятельностью. На этом этапе обычно тратится очень много времени на обучение сопровождению одной-единственной цели, затем столь же много — двух и трех, а пока дойдут до 6—8 целей, проходит полгода, однако далеко не все обучаемые достигают умения управлять движением такого количества целей.

Методика ускоренного обучения операторов РЛС была впервые разработана психологами С.И.Съединым и А.И.Ивановым в 1973—1974 гг. и реализована в системе ПВО страны[22]. Она не только получила высокую оценку специалистов, но и была адаптирована ко многим десяткам типов радиолокационных станций как старых выпусков, так и новых и новейших, и «помножена на весь Советский Союз», как выразился один из известных журналистов[23].

Какой оказалась фактическая эффективность методики ускоренного обучения операторов РЛС?

На экспериментальных занятиях, которыми руководили сами авторы методики и на которых строго соблюдалась чистота эксперимента (протоколировалось время, выдерживались точно все рекомендации методики, не допускалось смешение разных стилей и приемов обучения, противоречащих концепции поэтапного формирования умственных действий и т.д.), были достигнуты баснословно высокие результаты: обучающиеся научились сопровождать безошибочно 6—8 целей за 41 час занятий, тогда как при использовании прежних методов обучения на это уходило несколько тысяч часов, и то не всем удавалось освоить такой объем умений и навыков.

В экспериментальном обучении, которое проводили на местах без участия авторов те специалисты, которые были ими обучены заблаговременно на специально организованных курсах, такой результат был зафиксирован за 40 учебных дней.

Причина такого снижения показателя заключалась в несоблюдении психологических условий организации обучения, которые допускали руководители занятий. В частности, они пренебрегали требованиями громкого проговаривания выполняемых операций и действий, считая его пустяком, чуть ли не баловством, придуманным психологами — «кабинетными учеными». Между тем проговаривание и одновременное с ним выполнение действия, во-первых, помогает руководителю занятий держать под контролем процесс обучения, а, во-вторых, оказывает большой обучающий эффект, причем не только на того, кто непосредственно действует у экрана, но и на тех обучаемых, которые в ожидании своей очереди стоят за его спиной и следят за выполняемыми действиями, сопоставляя сказанное и проделанное им с тем, что обозначено на схеме ООД. В этом смысле интересен один из фактов, зафиксированных в контролируемых авторами экспериментах: например, при отработке действий по включению станции и подготовке ее к работе обучаемый № 1 впервые проделал за 5 час. 42 мин. все требуемые операции (их более тысячи, если считать все движения глаз и рук, которые для начинающего все являются проблемами, решаемыми впервые), начиная с таких, как «найдите блок "А", поставьте тумблер справа сверху в положение "вкл" и посмотрите на лампу над ним, загорелась ли», кончая такими, более общими, как «проверьте, нормально ли работает станция». В одной только команде «найдите блок "А"...» и т.д. содержатся такие требования: поискать глазами, найти блок, тумблер, найти положение «вкл», произвести рукой включение, найти нужную лампу и посмотреть, загорелась ли она, — вот уже 6—7 операций. Так что ничего удивительного нет в том, что медленные и осторожные первые действия заняли столько времени. Но зато удивительно то, что обучаемый № б (их всего 6 человек, занимающихся у одного экрана, т.е. на одной РЛС, поочередно) проделал те же действия всего за 37 минут, то есть почти в 10 раз быстрее первого. А когда обучаемый № 1 сел второй раз к экрану для повторного выполнения того, что уже делал в первый раз, а затем наблюдал за аналогичными действиями пяти своих товарищей, то справился с задачей уже за 32 минуты.

А практики-обучающие на местах упускали этот эффект, так как занимались с каждым по отдельности (благо станций хватало и обучаемых было немного) и не требовали самоконтроля через громкое проговаривание, и к тому же часто оставляли обучаемого вообще один на один со схемой ООД и экраном РЛС.

Бывали и другие отклонения от рекомендуемой методики, как, например, спешка, проскакивание через естественные, оговоренные в методических рекомендациях этапы, или, наоборот, чересчур долгое «сидение» на уже освоенных действиях и т.п.

А когда методику приняли для массового повсеместного обучения всех операторов РЛС в системе ПВО страны, то искажений было внесено в методику еще больше, ибо каждый в меру своих привычных представлений и фантазий вносил в нее «новшества», взятые из старых методик, чем в значительной степени снижал ее эффективность. Так, например, некоторые «новаторы» заставляли заучивать наизусть, т.е. вызубривать всю схему ООД отдельно от действий, что прямо запрещено новой методикой, о чем черным по белому написано в пособии.

И что же в результате? Эффективность подготовки операторов РЛС по всем войскам ПВО в масштабе страны повысилась лишь в 2 раза. Но тем не менее, все были удовлетворены этим. На таком уровне и осталась на все последующее время максимальная эффективность внедрения методики в массовое обучение.

И это, видимо, в известной мере закономерно, ибо чистота научно-экспериментального обучения не может быть соблюдена в повседневной будничной практике, и его результаты не могут быть повторены как явление массовое. Однако нужно стремиться к более высоким результатам. Ведь они реально осуществимы.

Если сравнить результаты, полученные в массовом обучении, с экспериментальными, то картина получится довольно интересная: как минимум в 2 раза сократили время обучения не совсем компетентные обучающие (см. выше), в 4—5 раз — специально подготовленные психологами инструкторы, а сами авторы — в 10 раз (ибо 41 час = 13 учебным дням в среднем по 3 часа занятий в день, а 6 месяцев общепринятого в то время срока обучения вмещает около 130—140 учебных дней).