Одним взглядом Сабина оценила обстановку. Коллега из аугсбургской криминальной полиции лежал на земле и стонал, под ним растекалась лужа крови. Сбоку в его шее торчала вилка – все три зубца были глубоко вогнаны в сонную артерию. Рядом виднелись и другие раны – Анна, очевидно, несколько раз вонзила вилку в вену и артерию.

Плечевая кобура коллеги была пуста, оружия нигде не было видно. Всего в пяти метрах от него лежал полицейский в форме с огнестрельным ранением в живот; он прижимал ладони к ране.

Анна, должно быть, сначала напала с вилкой на сотрудника криминальной полиции и ранила его, затем отобрала у него оружие и выстрелила в подбежавшего полицейского.

Снейдер бросился к раненому полицейскому, одной рукой зажал его рану, а другой стал звонить по телефону. Тем временем Сабина занялась коллегой из криминальной полиции.

– Не надо! – Она мягко отстранила его руку, которой он пытался вытащить вилку из шеи. – Оставьте вилку на месте. Помощь уже в пути.

С оружием наготове Сабина огляделась, в любую секунду готовая открыть огонь. Но Анны Бишофф нигде не было видно.

– Куда побежала женщина? – крикнула она на другую сторону улицы, где шокированные прохожие все еще жались к стенам домов. Некоторые, правда, пришли в себя настолько, что начали снимать происходящее на телефон. «Вместо того чтобы оказать первую помощь. Отлично…» Сабина сдержала вспыхнувший гнев. – Куда?

– Туда! – крикнула пожилая женщина в пальто, с платком на голове и тростью. – К церкви, в сторону площади Мартина Лютера.

– Спасибо. – Сейчас помочь коллеге Сабина все равно не могла. Она выпрямилась и взглянула на Снейдера. Тот все еще разговаривал по телефону, скорее всего с парамедиками. – Я за ней! – крикнула Сабина.

Снейдер лишь мельком посмотрел на нее и кивнул. Его взгляд, казалось, говорил: «Схвати ее».

Она еще раз взглянула на коллегу из криминальной полиции.

– Не вытаскивайте вилку! – снова предупредила она его. Затем бросилась в погоню.

Через двести – триста метров и несколько поворотов прохожие даже не заметили выстрела и удивлялись разве что шуму. Люди как ни в чем не бывало прогуливались по улочкам. Только в одном узком переулке Сабина заметила небольшой переполох. Несколько прохожих возмущались – из-за блондинки, которая торопливо протискивалась сквозь толпу, расталкивая людей. Сабина успела заметить, как женщина сорвала с головы парик и швырнула его в мусорный бак. Под париком у нее оказались каштановые волосы.

Сабина тут же бросилась за ней, но через несколько секунд признала, что Анна бежит так же быстро, как и она сама. Догнать ее не получится, особенно теперь, когда она свернула на широкую оживленную торговую улицу.

«Черт!» Недолго думая, Сабина остановилась и выстрелила в воздух. Прохожие закричали и расступились, толпясь под навесами и в дверных проемах.

– Анна Бишофф! Стоять! Полиция! – крикнула Сабина, когда улица почти опустела. Держа пистолет обеими руками, она прицелилась. – Стоять! – повторила она, но Анна продолжала бежать.

В этот момент рядом с Сабиной появилась коллега из аугсбургской криминальной полиции с двумя полицейскими в форме.

– Не стреляйте! – запыхавшись, сказала женщина, размахивая руками. – Слишком много людей…

– Я знаю, – выдавила Сабина.

Линия огня была свободна, но Анна бежала прямо к группе туристов. К тому же по обе стороны находилось множество кафе с большими окнами, за которыми сидели посетители. Расстояние было слишком велико для точного выстрела. Тем не менее Сабина не спускала с нее глаз – возможно, еще представится подходящий момент.

– Мы берем ее в преследование, – тяжело дыша, произнес полицейский.

Сабина глубоко выдохнула.

– Только не лезьте мне под линию огня! – совершенно спокойно сказала она, не убирая палец со спускового крючка.

Полицейские и коллега кивнули и бросились вперед. Сабина увидела, как Анна остановилась рядом со стильным черно-золотым мотоциклом, припаркованным между кафе-мороженым и скамейкой, и засунула похищенный пистолет за пояс сзади. Стрелять все еще было слишком рискованно, но теперь Анна оказалась в ловушке. Прежде чем она успеет замкнуть провода, полицейские либо уже доберутся до нее, либо, по крайней мере, будут на идеальном расстоянии для выстрела.

Сабина снова выстрелила в воздух, чтобы окончательно очистить улицу от зевак. Но почти сразу услышала, как взревел мотоцикл.

«Не может быть!» У Анны был ключ. «Это ее мотоцикл!» Значит, она заранее припарковала его здесь, в пешеходной зоне.

Заднее колесо пробуксовало, в воздух взметнулся гравий – и Анна, без шлема, прижавшись животом к баку мотоцикла, рванула прочь.

«Проклятье!» Сабина опустила оружие и убрала его в кобуру. Полицейские прекратили пешую погоню и передали информацию по рации. Скорее всего, стандартный набор: описание подозреваемой, марка и номерной знак мотоцикла, а также направление, в котором скрылась Анна. Если дорожные блокпосты сработают лучше, чем в Бад-Кройцнахе, Анну возьмут.

Сабина не стала ждать, пока коллега из криминальной полиции и полицейские вернутся, а побежала обратно к ресторану. Там уже стояла машина скорой помощи с включенной мигалкой, перегородив узкий переулок у заднего входа в заведение. Полиция оцепила территорию, парамедики занимались пострадавшими. Снейдера нигде не было видно.

Сабина показала удостоверение, нырнула под ленту ограждения и обошла здание к главному входу ресторана. Часть пешеходной зоны также была оцеплена, а у входа в заведение полицейский записывал данные гостей.

Сабина снова предъявила удостоверение и вошла в «Токио Шиничи».

– Что вообще происходит?! – крикнул бухгалтер, который жил с матерью и до этого сидел за столиком Сабины. – Скрытая камера, что ли?

– Если бы, – ответила Сабина. – Кстати, это ваш шанс с кем-нибудь познакомиться. – Она кивнула в сторону нескольких перепуганных женщин и протиснулась мимо него. Затем она добралась до Снейдера и Мийю, которые зажали Инго, того самого типа с неприятным запахом изо рта и влажными ладонями. Он сидел на стуле в углу комнаты для быстрых свиданий со связанными за спиной руками и багровым лицом.

– Следователь криминальной полиции тяжело ранен, а полицейский, возможно, умрет. Так что говори! – рявкнул Снейдер. Его руки были в крови, пиджак тоже в пятнах. Взгляд был мрачнее обычного – он выглядел как человек, готовый задушить собеседника голыми руками.

Инго испуганно поднял голову и узнал Сабину.

– Т-ты… ты правда была здесь под прикрытием?

– Да. Только я не пишу колонку о сексистах, а сажаю таких говнюков, как ты, в тюрьму. Так что открывай рот и начинай говорить.

Тем временем последний посетитель покинул помещение, и полицейский снаружи закрыл бумажную раздвижную дверь. Снейдер словно ждал этого момента – он схватил Инго за ухо и резко подтянул его голову к себе.

– Я и так от природы не слишком терпелив, – процедил он, – а сейчас по-настоящему взбешен. И мне абсолютно плевать, если…

– Вы делаете мне больно! Вы не имеете права! Я возьму адвоката и разнесу вас в пух и прах!

Снейдер притянул его еще ближе и понизил голос:

– Никаких шансов. Я просто передам тебя напрямую в БНД, и там ты будешь месяцами гнить в камере, так и не увидев ни одного адвоката.

– Это мы еще посмотрим… Ай!

Пока Инго извивался, пытаясь вырваться, у Мийю зазвонил телефон. Она ответила, слушала несколько секунд и убрала сотовый обратно в карман.

– Это была криминальная полиция. Полицейский умер, – произнесла она совершенно бесстрастно.

Глаза Снейдера вспыхнули.

– Значит, теперь речь идет о пособничестве в убийстве. Он сжал кулак.

– А-а-а… Я не знаю, что было в том конверте! – взвизгнул Инго. На его брюках в паху расползлось темное мокрое пятно.

– В меню был конверт? – спросила Сабина. Сердце колотилось у нее в горле, но она изо всех сил старалась не выдать напряжения, глядя на то, что творил Снейдер.

– Да… длинный, белый, толстый почтовый конверт. – По вискам Инго стекал пот.