Роджер. …почему бы нам не провести голосование по этому спорному пункту?

Альма. Прекрасная мысль!

Роджер. Кто за то, чтобы отложить чтение пьесы до более прохладной погоды, прошу встать!

Все, кроме миссис Бассет, встают. Розмари тоже нерешительно поднимается, но пожилая дама дергает ее за рукав и усаживает на место.

Розмари. Какое же это голосование?

Роджер. Миссис Бассет, нельзя ли без грубой силы?

Альма. Такая жара! У всех есть веера? Джон, у вас нет веера…

Она оглядывается, берет из рук Роджера веер и отдает его Джону. Роджер не обращает на это внимание. Розмари встает, чтобы начать свой «коротенький доклад».

Розмари. Поэт Уильям Блейк…

Миссис Бассет. Он был сумасшедшим, этот Уильям Блейк! Не желаю ничего о нем слышать (зажмуривается и затыкает пальцами уши).

Роджер. Перестаньте, миссис Бассет.

Миссис Бассет. Я живу в свободной стране и имею право высказывать свое мнение где угодно и когда угодно. Я много о нем читала. А вы продолжайте. Розмари, продолжайте! Я вовсе не собираюсь критиковать ваш доклад.

Обиженная Розмари садится.

Альма. Миссис Бассет шутит, Розмари.

Розмари. Не буду читать, раз есть возражения.

Миссис Бассет. Не глупите, Розмари, я не возражаю. Я только не понимаю, почему нас должны интересовать писания человека, который спился и довел себя до смерти.

Раздаются восклицания присутствующих: «Спился?»,

«Это правда?», «Никогда об этом не слышал!»

Альма. Миссис Бассет, вы, очевидно, спутали Блейка с кем-то другим.

Миссис Бассет (убежденно). Ничего я не спутала! Я читала, что он путешествовал с каким-то французом, который стрелял в него, а потом оба угодили за решетку. По-моему, это было в Брюсселе, да, в Брюсселе!

Роджер (веселится). Вот и брюссельская капуста в ход пошла!

Миссис Бассет. Тот француз по пьянке стрелял в него. Потом кто-то из них сошел в могилу от туберкулеза. Все, я кончила. Больше не скажу ни единого слова. Читайте ваш доклад, Розмари. Нет ничего лучше, как приобщаться к культуре.

Альма (встает). Поскольку не все из нас знакомы с творчеством Блейка, небесполезно предварить доклад Розмари чтением одного из его восхитительных лирических стихотворений.

Розмари. Я ничего читать не буду.

Альма. Тогда позвольте мне. (Берет у Розмари листки.) Ну, хотя бы вот это…

Она откашливается, ждет, пока не настанет тишина. Розмари тупо уставилась в пол. Миссис Бассет смотрит в потолок. Джон кашляет.

Восторженные восклицания, аплодисменты.

Миссис Бассет (Альме). Вы были правы, дорогая. Кажется, я действительно перепутала этих покойных поэтов. Я имела в виду того, кто написал про «губки продажные, алые…» не помню его имени. Может, кто-нибудь знает?

Джон подает знак Альме, показывая на часы, идет к двери.

Альма. Джон, вы куда?

Джон (оглядываясь). Мне надо навестить пациента.

Альма бежит за ним. Присутствующие замолкают. Розмари принимает это за приглашение начать чтение своих заметок.

Розмари. Поэт Уильямс Блейк родился в 1757 году…

Роджер. …от бедных, но честных родителей.

Миссис Бассет. Оставьте свои замечания при себе, сэр! Продолжайте, Розмари. (Обращаясь к остальным.) У нее такой приятный голос.

Возвращается расстроенная Альма.

Альма. Простите меня, Розмари. Я, кажется, перебила вас. Доктору Бьюкенену нужно навестить пациента.

Миссис Бассет (с забавным злорадством). Держу пари, что этот пациент женского пола, ха-ха! Это дочка Гонзалеса, хозяина казино на Лунном озере. Того самого, что ходит с двумя пистолетами за поясом. Как бы он не пристрелил Джонни Бьюкенена.

Альма. Миссис Бассет, где вы набрались таких странных мыслей? Я думаю, что доктор Бьюкенен даже незнаком с дочкой Гонзалеса.

Миссис Бассет. Он с ней не только знаком, но и познал ее – в библейском смысле слова. Прошу меня извинить, но это общеизвестный факт.

Альма. Не извиню ни за что. Такие домыслы нельзя извинить!

Миссис Бассет. Я вижу, вы втрескались в него по самые уши, дорогая. Мисс Альма втрескалась в молодого доктора Бьюкенена. У него, говорят, много пациентов женского пола.

Альма. Перестаньте! (Топает и сминает в кулаке пальмовую ветку-веер.) Я не допущу, чтобы в моем доме обо мне распускали грязные слухи! Из-за вас, из-за всех вас доктор Бьюкенен ушел с заседания! Я рассказывала ему, какие умные интересные люди собираются здесь, как приятно мы проводим время, а вы… а вы своими шепотками и смешками прогнали его… это же идиотизм, полнейший идиотизм!.. боже, что я говорю? Простите, простите меня! (Убегает в другую комнату.)

Роджер. Вношу предложение прекратить заседание.

Миссис Бассет. Поддерживаю.

Розмари. Что произошло?

Миссис Бассет. Бедная мисс Альма!..

Роджер. Последнее время она вообще не в себе…

Они выходят из дома. Через несколько секунд в гостиную возвращается Альма. В руках у нее поднос с угощением. Она оглядывает опустевшую комнату и разражается истерическим хохотом. Сцена темнеет.

Приемный врачебный кабинет у Бьюкененов. Роза бинтует руку Джону.

Джон. Держи этот конец… Так, хорошо. Давай потуже. (Во входную дверь стучат. Джон и Роза прислушиваются.) Пойду открою, а то старик проснется. (Он выходит. Через полминуты возвращается. Он спустил рукав, чтобы скрыть рану от пришедшей Альмы, которая, увидев Розу, застывает как вкопанная.) Подожди в коридоре, Роза, и не шуми. (Роза с вызывающим видом выходит.) Оказала мне первую помощь.

Альма. Это тот пациент, которого ты должен был навестить?.. (Джон ухмыляется.) Я пришла к твоему отцу.

Джон. Он спит. Я не могу заменить его?

Альма. Не можешь. Мне нужен твой отец.

Джон. Два часа ночи, Альма…

Альма. А в чем проблема?

Со второго этажа доносится голос отца Джона.

Доктор Бьюкенен. Джон, что там у тебя происходит?

Джон. Пустяки, папа. Тут одного парня пырнули в драке ножом.

Доктор Бьюкенен. Я сейчас спущусь.

Джон. Не надо, не вставай! (Засучивает рукав, чтобы показать Альме перевязанную руку. Та вздрагивает.) Я его заштопал и все. А ты спи, папа.

Альма. Опять подрался?

Джон кивает и спускает рукав. Альма в полуобморочном состоянии опускается на стул.

Джон. Тебя снова потревожило твое другое «я»? Твой неуемный двойник?

Альма. Мне нужно поговорить с твоим отцом.