Я кивнула и с огромным облегчением аккуратно отдала оружие Мише. Не знала, умеет ли он с ним обращаться, но держал он его уверенно. Он сел на диван напротив кровати и положил руку с пистолетом на подлокотник. Выглядел он довольно расслабленно.

Саша сощурился, ухмыляясь.

— Не сомневайся, стрелять я умею. Только двинься, и получишь пулю в ногу, — сказал Миша так обыденно, как будто обсуждал какие-то рабочие вопросы. Никогда не видела его таким. Он всегда обладал железным спокойствием, пока дело не касалось наших чувств, но даже не думала, что он умеет обращаться с оружием.

Саша промолчал, но его насмешливое выражение сдуло с лица.

— Ширинку застегни, — не выдержала я.

— Поможешь? — приподнял бровь муж.

— Да иди ты! — я обняла себя за плечи, будто замерзла, хотя на самом деле в номере не включали кондиционер, и было даже душновато.

— Застегни, — сказал Миша, и Саша, еще раз убийственно на него глянув, все же послушался. — Рассказывай.

— Иди на хер! — кинул муж.

— Тогда я расскажу, что моему другу удалось раскопать за два дня. Ты очень плохо заметаешь следы, Саша. Из рук вон плохо.

— О каком друге речь? — я села рядом с бывшим парнем на диван.

— Лёньку помнишь? — он не смотрел на меня, продолжая сверлить взглядом Сашу. — Который раньше в прокуратуре работал. Сейчас ушел на вольные хлеба, в частный сыск.

Я кивнула, хотя Миша мог видеть меня только периферийным зрением.

— Даже не знаю, как ты мог так сглупить? — усмехнулся Миша. — Три года назад с твоего счета была переведена кругленькая сумма на имя некоего Артема Берегового, на тот момент он оканчивал театрально-художественный. Припоминаешь?

Саша сжал челюсти.

— Откуда у тебя доступ к информации о моих счетах?

— Секрет фирмы, — улыбнулся Миша.

— Это не будет доказательством в суде.

— А мы в суд и не собираемся, да Настя? Достаточно ей и Лене знать правду.

— Что дальше? — севшим голосом спросила я.

— А дальше наш студент, получив билет в мир финансовой свободы, уехал жить… — он сделал пузу. — Здесь должна быть барабанная дробь.

— Дай угадаю, — нахмурилась я. — Во Францию.

— Ну, первый год он жил в Берлине, а уже потом перебрался, как ты правильно заметила, в Париж.

Саша смотрел на нас с недоумением, переводя взгляд то на меня, то на Мишу.

— Лена видела его во время командировки, — решила объяснить я.

У Саши вырвалось ругательство. Он прикрыл глаза.

— Так что же случилось в том злополучном клубе? — все так же спокойно спросил Миша.

Мой муж молчал. Тогда Миша неожиданно резко встал и, подойдя к Саше, приставил пистолет к его голове.

— Отвечай, мать твою!

Только тут я поняла, что все его спокойствие — напускное.

— Миш, — дрожащим голосом сказала я. — Миш, не нужно…

— Я заплатил ему, — заговорил Саша, — чтобы он… провел с Леной вечер.

— Подробнее! — Миша упер ствол в щеку мужчины.

— Чтобы поприставал к ней, а я ее якобы спасу, — Саша говорил так, словно ему тяжело даются эти слова, словно их из него клещами вытягивают. В некотором роде так и было. — Договорился с ним, что когда выйду якобы позвонить, он развяжет веревки на руках, которые я завязал только для виду, и снова нападет на Лену, вынудит ее выстрелить. Пули были холостые, как в кино.

— То есть это все было заранее спланировано?! — я не верила своим ушам. После того, что мне сообщила Лена, я надеялась, что тот парень жив, но думала, что он выжил случайно. Спасся чудом! А оказалось, что Саша все продумал заранее. — Господи… — до меня вдруг начал доходить истинный смысл всего. — Боже мой…

Поджала под себя ноги и обняла колени, спрятав в них лицо. Раскачивалась взад-вперед, пытаясь сама себя успокоить.

— Весь наш брак построен на обмане и шантаже, — шептала я, ни к кому, в сущности, не обращаясь. Вся моя жизнь — долбаный фильм! Я подняла на Сашу лицо. — Ублюдок! Ненавижу тебя! — я все еще шептала, потому что изумление было настолько сильно, что я просто не могла сказать это громче.

— Тебе незачем оставаться с ним, Насть, — Миша все еще не смотрел на меня, следя за противником, но в его голосе слышалась нежность. — Ты свободна, малышка.

— Нет, — покачала я головой, горько улыбаясь. — Ты плохо знаешь этого человека. Он все равно не отпустит меня. Придумает что-то еще…

Меня душила обида за то, что я столько лет прожила в страхе ни за что! Почему раньше не додумалась нанять частного детектива? Почему так слепо верила этому человеку? Почему я такая идиотка? Почему?!

— Не придумает, — Миша улыбался. — С этим в полицию мы пойти не можем, — сказал он. — Но мой товарищ накопал на тебя столько компромата по финансовым делам, что если тобой заинтересуется департамент финансовых расследований, сидеть тебе, парниша, не пересидеть.

Саша молчал. Он смотрел на Мишу. И если в мире существует настоящая ненависть, его глаза сейчас стали ее прямым проводником. Я никогда не видела такого взгляда. Ни у кого. И от этого все внутренности скручивало.

— Ты дашь ей развод, — Миша снова взял себя в руки и говорил совершенно спокойно.

— Все равно она связано со мной, — зло ухмыльнулся Саша. — У нас сын. И я не дам вам спокойно жить. Отниму его у Насти! Поверь, жена, у меня хватит финансов это устроить. Сможешь без сыночка-то? — издевался он.

— Воу, воу, полегче, — засмеялся Миша. И этот смех был по-настоящему счастливый. — Еще один ма-а-аленький сюрприз. Ярослав — мой ребенок.

***

Мы с Мишей вышли из здания суда, держась за руки. Стоял жаркий август. И мы только что провели несколько немного нервных часов.

— Я свободна, — все еще не могла поверить.

Миша предоставил в суд генетическую экспертизу, и его признали отцом Ярослава. Теперь официально. А меня развели с ненавистным мужем.

— Мы свободны, — сказал Миша и привлек меня к себе. Я повернулась к нему всем корпусом и прижалась так крепко, как только могла. Родной и любимый запах окутал меня.

Когда Лена поняла, что на ней не висит убийство, ее состояние стало улучшаться. Конечно, это не произошло в один день, потому что годы вины и страха все равно давали о себе знать, но я все чаще узнавала в ней свою жизнерадостную младшую сестренку.

Во время моего развода и процесса признания за ним отцовства, Миша все время находился на родине, рядом со мной.

— Что теперь будет? — вдруг испугалась я. — Ты снова уедешь за границу?

— Может быть, — пожал плечами Миша, я сильно напряглась. — Конечно, только если ты поедешь со мной. У меня там квартира. И от моря не очень далеко.

— М-мо-о-оре, — протянула я. — А может, сразу купим домик у моря? — пошутила я.

— Можно. Через пару лет, как денег подкопим, — Миша немного нахмурился и пожевал нижнюю губу. — Но у меня есть условие.

— Какое?

— Ты, малышка, станешь моей женой.

Я счастливо рассмеялась. В животе от его слов было щекотно, там снова порхали бабочки. Как точно кто-то придумал сравнение!

— А это, любимый, даже не обсуждается!

Я поднялась на цыпочки и, обвив его руками, поцеловала. Миша схватил меня за талию и закружил прямо на крыльце здания суда. Я счастливо взвизгнула и захохотала.

В двери показался охранник в полицейской форме.

— Молодые люди, это суд, а не балаган, — сказал он строго.

— Извините, — улыбнулся Миша и, подхватив меня на руки, побежал по ступеням вниз.

Я пищала, как маленькая, от страха, что он меня уронит.

— Аккуратно! Держи меня! Держи! — кричала, не переставая хохотать.

— Никогда тебя не отпущу, любимая, никогда больше!

Лаконичное белое платье и легкий макияж, живые белые розы в волосах, пышными локонами спадающих на мои плечи…

Я смотрела на себя в зеркало и не верила, что столь счастливая девушка со сверкающими глазами — это я. Нет, я не была уже такой же, как три с половиной года назад. Определенно, я стала опытнее и мудрее. И в какой-то степени от этого даже счастливее. Все тревоги остались позади. Я позволила Мише стать моим принцем на белом коне, тем, кто пришел и спас меня из крепкого замка злого дракона.