— Света, — Дима улыбался. — А ты — за меня.
Света взвизгнула и прыгнула Диме на шею, едва не опрокинув его.
А Ника…
Ника стояла, как вкопанная.
— Ты… — она посмотрела на Фараона. — Ты серьёзно?
— Абсолютно.
— Без моего согласия?
— Ты могла сказать "нет" в любой момент. Но не сказала.
Она открыла рот, закрыла, снова открыла…
И тут отец громко рассмеялся:
— Боже, она ещё и думает!
Гости зааплодировали.
Фараон поднял бровь:
— Ну?
Ника посмотрела на кольцо (огромное, кстати). На отца (сияющего). На Свету (которая уже примеряла своё).
И вздохнула.
— Ладно. Но только если ты никогда больше не будешь подсыпать мне снотворное.
Фараон рассмеялся, поднялся и поцеловал её прямо при всех.
А отец удовлетворённо кивнул:
— Ну вот и договорились.
Эпилог
Москва. Свадьба Светы и Димы
Бальный зал "Монарха" сверкал хрустальными люстрами, а по стенам вились гирлянды из белых роз — Света настояла на "сказочном" стиле.
— Я же говорила, что выйду замуж в этом клубе! — она кружилась в облаке тюля и кружев, поправляя диадему. — Только представляешь, Ник? Мы с тобой тут устроили скандал, а теперь я здесь же выхожу замуж!
— По иронии судьбы, за начальника охраны этого клуба, — усмехнулась Ника, поправляя подруге фату.
Дима, обычно такой серьёзный, сегодня не мог скрыть улыбки. Когда он произносил клятвы, голос его дрожал — Света тут же разрыдалась и вытерла слёзы его галстуком.
Гости смеялись, шампанское лилось рекой, а Фараон, стоя рядом с Никой, тихо прошептал:
— Надеюсь, наша свадьба будет поспокойнее.
— В Исландии, среди ледников, спокойно? — Ника подняла бровь.
— Ну... относительно.
Исландия. Свадьба Ники и Фараона
Ветер гудел в горах, разбрасывая лепестки белых лилий по чёрному вулканическому песку. Ника стояла в платье с длинным шлейфом, который развевался, как крылья.
— Ты похожа на валькирию, — сказал Фараон, принимая её руку.
— А ты — на викинга, который её похитил, — она улыбнулась.
Церемония была короткой. Только они, священник, да бескрайние горы вокруг. Когда Фараон надел ей на палец кольцо, Ника вдруг осознала — она больше не боится. Не боится доверять, не боится любить.
— Клянёшься? — спросил священник.
— Клянусь, — они ответили одновременно.
А потом, уже в домике у камина, Фараон вдруг сказал:
— Я купил остров.
— Какой ещё остров?!
— Тот, где мы были. Теперь он наш.
Ника рассмеялась:
— Ну, конечно. Потому что просто виллы — это слишком скучно для тебя.
Осень в Подмосковье была золотой. Старый дом Бережновых пахнул яблоками и дымком от камина.
— Ну что, дети, — отец поднял бокал, — за ваше здоровье. И за... будущих наследников.
Тишина.
Света покраснела, Дима закашлялся, а Ника и Фараон переглянулись.
— Насчёт наследников... — Ника медленно улыбнулась.
— Мы ждём, — закончил Фараон.
— Кого?! — отец ахнул.
— Нас двоих, — Света сияла, как ёлочная гирлянда.
Казалось, от такого известия старый Бережнов вот-вот рухнет на пол. Но вместо этого он рассмеялся, обнял всех сразу и провозгласил:
— Будете крестными друг другу! Иначе никак!
— Договорились, — Фараон кивнул, а Ника добавила:
— Главное, без снотворного в шампанском.
Вадим и Оля действительно уехали в Норильск.
— Рай в шалаше, — говорила Оля, кутаясь в три слоя одежды.
— Да какой к чёрту рай, — ворчал Вадим, чиня печь.
Но это уже совсем другая история.
А Ника и Фараон путешествовали между Исландией, Хорватией и Москвой, успевая и бизнесом заниматься, и друг другом наслаждаться.
Как-то раз, уже перед самым рождением малыша, Ника спросила:
— А ты не жалеешь?
Фараон посмотрел на неё — по-прежнему твёрдо, по-прежнему без тени сомнения:
— О чём?
— Что связал жизнь с "девушкой-скандалом".
Он рассмеялся, обнял её за плечи и ответил просто:
— Это лучшее, что со мной случалось.
И, кажется, это была самая честная его фраза за всё время.
Конец.
