— Летом там сплошные цветущие луга. Застройки дальше не будет. В общем, приятное место. И до города всего полчаса ехать. Даже меньше, — говорит Олег.

— Знаешь, я одно время собиралась заниматься ландшафтным дизайном. Мне так нравилось на курсах учиться… Еще целую гору книг и журналов прочитала. Даже работу нашла в одной фирме.

— И что в итоге?

— Ничего. Муж не захотел, чтобы я работала. Сказал — есть участок у дома, вот им и занимайся. Только не трогай то, что уже профессионалами сделано. Ну, я конечно, цветочки развожу и вообще слежу за порядком. Но это другое. Не совсем мое.

— По-моему, глупо запрещать жене работать. Домострой какой-то.

— Ты своей жене не запрещаешь?

— Будь у меня жена, не запрещал бы, конечно. С какой стати? Если вдруг надумаешь вернуться к этой теме — обращайся. С удовольствием помогу. Работу в хорошей форме найдем без проблем. Не сомневаюсь, что у тебя получится.

Мы еще некоторое время общаемся на посторонние темы. Разговор перескакивает с дизайна на фильмы, книги и музыку, на последние новости. Так удивительно повстречать человека, с которым твои мысли и вкусы созвучны. Мне не нужно подстраиваться под него и делать вид, что интересы совпадают. Они близки сами по себе. Где Олег был раньше, когда я столько лет жила, словно в закрытой стеклянной банке?

— Но ты замерзла, наверное. Пойдем в дом, — спохватывается Олег.

— Нет, совсем не холодно. Не хочется уходить…

— Ладно, слово гостьи закон. Не скучай.

Олег уходит в дом, а я остаюсь. Облокачиваюсь на перила, любуюсь ясным небом и почти готовым пробудиться от зимней спячки садом. Погода опять резко переменилась, причем к лучшему. От налетевшей вчера буйной метели не осталось и следа. Заметно потеплело, выглянуло солнышко. Даже остатки снега растаяли, лишь вдалеке виднеются крошечные белые островки. Хотя за городом снег обычно держится дольше.

Олег тихо подходит, укутывает меня поверх куртки пушистым пледом.

А вслед за ним появляется еще кое-кто. Пушистая дымчатая кошка с белой манишкой и лапками грациозно запрыгивает на перила. Тыкается прохладным носом в мой локоть, потом усаживается рядом и подставляет голову под мою руку. Разве можно не погладить такую прелесть?

— Полина, это Василиса. Василиса, это Полина, — официально знакомит нас Олег. — Надо же, Василиса сразу тебя признала. Обычно она новых людей держит на расстоянии. Я ее котенком подобрал, ей тут жить понравилось.

Василиса вовсю мурлычет.

Мне не хочется нарушать гармонию этого дня, который незаметно стал таким приятным и спокойным. Но все-таки…

— Вероника скоро приедет?

— Знаешь, мне кажется, что уже не приедет.

— Она звонила?

— Нет…

Олег стоит рядом, а меня так и тянет сказать: “Ну и хорошо. Обойдемся без Вероники”.

Конечно, это крайне странная мысль. Я ведь приехала сюда именно в надежде хоть немного улучшить ситуацию. Решить, как поступить дальше. Понять, действительно ли Вероника намерена занять мое место. Решить вопрос насчет Кристины. А то за нашими взрослыми проблемами и суетой девчонка может сдать ЕГЭ хуже, чем способна. Но… я совершенно непостижимым образом отключилась от насущных проблем. Словно Роман вчера всего несколькими фразами перечеркнул наше совместное прошлое. Мне сейчас должно быть нестерпимо больно и горько. Так и было всего час назад. А теперь… я почти ничего не чувствую по этому поводу. Хотя по всем канонам жена, которой нагло изменили и которая вот-вот останется одна, просто обязана страдать. Лить слезы и жаловаться всем подряд... Почему мне совсем не хочется страдать? Непростительное равнодушие и легкомыслие с моей стороны. Неужели Анжелка была права, и я никогда не любила Романа по-настоящему? Если задать себе этот вопрос — каким станет откровенный ответ?

Олег обнимает меня… да что он себе позволяет? Неужели я дала повод? Показалась доступной? Он ведь прекрасно знает, что я еще замужем. Как надо реагировать?

А что, если я не буду отстраняться?

Не стану сердиться или делать вид, словно на самом деле рассержена и возмущена?

Что со мной происходит с тех самых пор, когда я впервые оказалась так близко к нему? Еще вчера, когда мы сидели рядышком на заднем дворе театра, на ступеньках крыльца… Я плакала, а Олег утешал меня. Возможно, поэтому налетевшая беда незаметно растворилась, не уничтожив и не растоптав меня. Просто в тот момент я этого еще не осознала.

Обрывки мыслей и впечатлений мечутся в голове…

Не успеваю ничего сообразить… за изгородью раздается шум подъезжающей машины.

Дом Романа окружен высоким глухим ограждением, словно неприступная крепость. А вот Олег не захотел так капитально укрываться от окружающего мира. Оттуда, где мы стоим, вполне можно разглядеть приближаюшееся такси. Ладно, пускай прокатит мимо и свернет на дорогу. Нам оно не помешает. Мне так хорошо рядом с Олегом, что все равно, где находиться…

А если он сейчас меня поцелует?

Получается, я совсем потеряла голову?

Такси почему-то не сворачивает к дороге… останавливается нас некотором расстоянии прямо напротив изгороди.

Из салона вылезает стройная женщина в элегантном черном приталенном пальто. Громко хлопает дверцей и решительно шагает вперед на высоких шпильках. Такси сразу же разворачивается и моментально исчезает из вида.

Я узнаю эту женщину. Вчера мы с ней уже виделись.

Все-таки приехала.

Вероника передвигается, запинаясь и балансируя на ходу. Каблуки вязнут во влажной земле.

— Олег, ты здесь?

Мне бы очень-очень-очень хотелось, чтобы он не отзывался. Лучше бы спрятаться, укрыться от нее. Однако ничего теперь не поделаешь.

Выражение лица Олега… удивленное. Будто он, так же как и я, вовсе не рассчитывал на появление Вероники. Ему приходится отозваться:

— Здесь. Ты… почему с этой стороны подъехала?

— Таксист идиот попался! Высказала ему все! И потом я вспомнила, что раньше здесь въезд был…

— Это было давно уже.

— Ну, выведи меня как-нибудь отсюда! Я по уши уже в этой грязи!

Да уж, бродить на высоких каблуках по влажному лугу, с которого буквально только что стаял снег — провальная затея.

Олег подходит к изгороди, открывает калитку. Старшую сестрицу ему приходится тащить за собой.

Наконец они оба оказываются возле террасы. Вероника только сейчас изволит заметить меня.

— А, ты уже явилась?

— Добрый день.

Василиса спрыгивает с перил и удаляется в сторону дома. Видимо я новая гостья пришлась ей не по нраву.

Сегодня, без театрального грима и роскошного сценического костюма, Вероника выглядит не такой ослепительно яркой. Однако все равно исключительно хороша. Королева и на сцене, и в жизни. Разве я могу с такой соперничать?

Соперничать?

А зачем?

Мне вдруг становится очевидно: я вовсе и не хочу соперничать с Вероникой.

Сражаться за сердце Романа… это так пафосно и комично звучит. Будто фраза из шаблонной мелодрамы.

Пусть творят, что хотят. А я просто пойду спокойно дальше… Еще все успею.

Давно не ощущала себя такой сильной и… молодой. Будто молодость, на долгие годы загнанная в темный угол, связанная множеством правил и обязанностей, вдруг ожила. И я теперь могу дышать полной грудью, смеяться и болтать о пустяках, бежать навстречу переменам и выкинуть из головы повседневные заботы и ограничения.

— Чему ты улыбаешься? — резко спрашивает Вероника. Я и не заметила, что она не отрываясь смотрит на меня, буквально поедает глазами. — Что смешного?

— Ничего. Просто приятно, что ты согласилась приехать. Надеюсь, мы подружимся.

— Только этого не хватало!

Кажется, она слегка сбита с толку.

— Жаль, что ты не очень-то хочешь со мной общаться. Но ничего страшного. Я оставлю подробные инструкции по хозяйству. Ты обязательно справишься. Ведь даже я справлялась. Уборка, стирка, закупка продуктов, готовка, оплата счетов… Но главное — следи за гардеробом Романа. Не будет же он сам этим заниматься. Рубашки должны быть отглажены безупречно! В шкафу я их развешиваю по цвету. Знаешь, такой плавный переход от белого к черному. А галстуки…