Вот только ни одного из них не удовлетворит девятое или десятое место. Каждому сегодня нужна победа. Чтобы ни у кого не осталось сомнений, кто самый быстрый пилот. Победа, дающая сразу двадцать пять очков. Второе место с его восемнадцатью станет синонимом проигрыша для любого, кто на него приедет.

Рольф дошел до первой линии стартовой решетки. Болиды Чарли и Тоби уже стояли на своих местах, вокруг суетились механики. Тоби говорил о чем-то со своим гоночным инженером, его шлем притулился на переднем колесе.

Чарли сидел в машине. Рольф не стал подходить и видел только макушку его шлема, но был уверен — забрало Чарли не поднимает.

— Удачи вам сегодня, парни, — тихо пожелал Рольф. — Удачи нам всем.

Вытер рукавом вспотевший лоб. Ну и жара стоит, и вообще нет предпосылок, что станет прохладнее.

— Воды? — спросила Лю, когда Рольф вернулся к машине. Маленькая, тоненькая как тростиночка, она обладала невиданной для девушки ее комплекции силой. Но таскать колеса ее все-таки не допускали, главным талантом Лю была способность за секунду найти любую неполадку в электрике машины. И добраться до нее в тесноте формульных болидов, что тоже немаловажно. — Прости, пожалуйста, — она опустила взгляд. — Я не думала, что это мог сделать ты. Но мне через месяц перезаключать новый контракт…

И “плевать против ветра” было совсем не в интересах Лю. Это песенка Рольфа в Формуле Один спета, ее карьера только начинается.

— Проехали, — Рольф натужно улыбнулся. Взял протянутую ею бутылку. Скрутил крышку, опустошил в несколько жадных глотков. — Холодная! Спасибо, — поблагодарил искренне.

— Специально для тебя в ледяном кармашке спрятала, — Лю улыбнулась с явным облегчением.

Раздался сигнал двухминутной готовности к старту. Пора было забираться в разогретый, как хорошая сауна, кокпит.

Механики сворачивались. Как вода уходила обратно в море после отката волны, они возвращались в боксы, где их ждали работающие на всю кондиционеры. Минута — и стартовая прямая опустела.

Один за одним заводились моторы. Воздух вокруг машин задрожал, стало еще жарче.

Два зеленых сигнала светофора отправили пелетон на прогревочный круг.

"На стартовой чисто", — отчиталась Надин. Значит, все благополучно стронулись с места.

Прогревочный круг тоже прошел без происшествий. Все снова выстроились на стартовой прямой.

Идущий от болидов жар стал видимым, струился вверх вибрирующими лентами. Напряжение сотен тысяч людей на трибунах, казалось, можно было пощупать рукой. Все синхронно задержали дыхание, наблюдая за стартовым светофором.

"Ну вот и все, — подумал Рольф. — Мои последние красные огни в Формуле погасли".

Стартовал он на рефлексах. Разум в этом процессе вообще не задействовал, целиком отдавшись моменту. Нога сама собой нажала газ, пальцы рук крепко обхватили руль…

В себя Рольф пришел через секунду, осознав, что в сайдпод ему летит колесо кого-то из Альпин.

Он увернулся, благо трасса в этом месте была достаточно широкой, посмотрел, что делается впереди. Места хватало, чтобы дать газу и оставить позади себя сначала одну, а потом и вторую Феррари.

Как вообще квалифицировавшиеся на второй линии стартовой прямой Феррари оказались рядом с ним, Рольф не знал. Он уткнулся носом в задний диффузор машины напарника Чарли и перевел дух.

"Машина безопасности на трассе, — объявила в наушники Надин. — В первом повороте завал".

— Принял, — Рольф сбросил газ. Когда успели столкнуться-то, он вроде нормально проскочил. Хотя позади же была еще половина пелетона, ничего удивительного.

"Позиция третья, — снова Надин. — Первый — Дюнкерк, второй…"

Цифры четыре и пять Рольф увидел раньше, чем услышал позицию Чарли.

Опять проиграл старт и не смог отвоевать лидерство. Вот же не везет парню. Своя собственная позиция Рольфа не удивила… тут другое слово было нужно. Такое, за которое штраф платить придется.

— Я крайне обескуражен, — выдал он в эфир. — Как телеметрия?

Контактов у Рольфа на старте ни с кем не случилось. Но если столкновения были не только позади, но и впереди, не факт, что на асфальте ничего не валялось. Если был прокол, лучше заехать в боксы сейчас, а не обнаружить его после ухода пейс-кара.

"Все в норме, — отозвалась Надин. — Постарайся держать темп лидеров".

А что ему еще оставалось. Правда, пока для этого не требовалось никаких усилий.

Пейс-кар занял место во главе пелетона и повел всех за собой достаточно быстро, чтобы не перегревались двигатели болидов, но гораздо медленнее гоночного темпа, обеспечивая безопасность работавших на трассе маршалов. Рольф и остальные преодолели два полных круга. Разбитые машины оттолкали к выезду с пит-лейн и уже оттуда закатили в боксы, с полотна убрали несколько осколков. За полкруга до заезда в боксы Бернд Майлендер, бессменный водитель пейс-кара начиная с двухтысячного года, погасил проблесковые огни, давая понять, что с пересечением линии старт-финиш гонка начнется в полную силу.

Чарли занервничал. Резко бросал машину из стороны в сторону, стараясь вернуть резину в "рабочее окно" — температурный диапазон наилучшего сцепления с трассой. Рольф немного подотпустил его — понятно же, что Чарли предпримет попытку контратаки уже к первому повороту, а Тоби ни за что не сдастся без боя. В пылу битвы они и не заметят, как вынесут с трассы любого, кто окажется рядом в этот момент.

Рестарт. Сначала Тоби, а потом Чарли резко отдалились — дали полный газ. Рольф тоже встал на педаль, пытаясь стряхнуть с заднего диффузора Феррари. Дилан явно хотел вернуть свою третью позицию, не тормозил до последнего, пытаясь перекрыть траекторию Рольфу. Он почти успел, но машину стало сносить в повороте, и, чтобы не убраться в стену, Дилан нажал на тормоз. Рольф, оттормозившийся лучше, закрыл ему лазейку и вышел из поворота, пускаясь в погоню за Тоби и Чарли.

Дюнкерк еще был впереди, но Кларка явно несли не только лошадиные силы силовой установки болида, а еще и злость на самого себя.

— Главное, голову холодной сохрани, — прошептал Рольф.

Если сейчас Чарли вынесет Тоби с трассы и они оба сойдут, Кларк проиграет. Если в стене останется только Дюнкерк, а Чарли придет на финиш в очках, Кубок он возьмет, но пресса и фанаты его уничтожат. Причем не только те, кто болеет за Тоби, от его собственных ему тоже достанется.

Все решилось в тринадцатом повороте. Ожидавший, что Чарли предпримет попытку обойти его позже, с открытым крылом, Тоби упустил момент, чтобы перекрыть траектории. Чарли первым сунул нос машины в поворот, бесцеремонно оттер Тоби на внешнюю траекторию и понесся вперед. Подскочил на кочке, одной из многих на трассе, бросил в визор Тоби сноп искр и умчался вперед.

Искрило не днище, как многие полагали, а та самая нижняя контрольная пластина. Ее единственным предназначением было служить индикатором правильной величины клиренса машины. После гонки ее осматривали, и если уровень износа был выше указанного в регламенте, гонщика дисквалифицировали, и его результаты в этом Гран-При обнуляли.

Тоби бросился в погоню. Рольф, подъехавший было к Тоби на секунду-полторы, теперь и не пытался удержать их с Чарли темп — его машине это было не под силу, да и шины слишком быстро кончатся. Он перевел дух, посмотрел в зеркала. Феррари "отвалился" из зоны крыла, но совсем выпускать его из виду было бы глупостью.

Дальше пошла довольно монотонная работа — наматывать круги, стараясь каждый сделать максимально чисто и быстро. Следить за уровнем заряда батареи, где-то его поберечь. Слушать Надин, выполнять ее распоряжения насчет настроек баланса и работы двигателя, как можно дольше сохранять шины в рабочем состоянии. Как и бывало обычно, волнения первого отрезка гонки, когда одни пытаются улучшить свои стартовые позиции, а вторые их сохранить, улеглись.

"Двигатель в восьмой режим, — посоветовала Надин. — Не забывай пить воду".