— А ты как объяснишь?

— Что?

— Как что? То, что ты вместе со мной находилась в аллее, когда на Вику напал этот обормот!

— Ну мне ничего объяснять не придется. Ни обормот, ни моя подруга меня не видели. А ты, надеюсь, поведешь себя как истинный джентльмен. Хотя можешь вести себя как тебе вздумается. Все равно ты не сможешь привести достоверные доказательства того, что я была свидетелем этой твоей героической схватки и спасения жизни Вики. А я в свою очередь буду все отрицать. Так что рассказав обо мне ты сделаешь хуже только себе.

— Откуда все-таки ты узнала о грозящей Потоцкой опасности? Колись Сомова,- попытался я еще раз нажать на свою однокурсницу.

— Я уже тебе говорила. Оттуда же откуда и ты. Что тебе не ясно? И кстати мы уже почти пришли. Вон тот дом, мой.

— Подожди не спеши. Так ты получила эту информацию из сна? Вещего сна? Я правильно тебя понял? Это твое заднее слово?

Алена вдруг посмотрела на меня каким-то особенно внимательным взором. Потом медленно словно нехотя произнесла:

— Не ходи по кругу Анохин. И не забивай себе голову лишними проблемами. Откуда и что я узнала. Лучше подготовься к возможной встрече с рассерженным родителем Вики. А то, что он будет очень сильно рассержен произошедшим, в этом у меня нет никаких сомнений. Все не провожай меня дальше. Вот мой подъезд. Спокойной ночи!

Сомова уже пошла было к подъезду, но на пол пути вдруг развернулась и подошла вплотную ко мне. Она внимательно посмотрела мне в глаза и медленно произнесла:

— Знаешь Виктор, я бы на твоем месте сейчас очень крепко задумалась бы о том, что и как делать тебе дальше. Чтобы в один прекрасный момент не стать объектом пристального интереса того кого не надо. По крайней мере для тебя лично. Мне думается, что ты должен очень тщательно обдумывать каждый твой поступок и каждый шаг. С учетом сложившейся ситуации. И возможные последствия каждого такого шага. Как для себя лично, так и для других людей, а особенно тех которые оказываются рядом с тобой. Надеюсь ты меня понял?

— О чем это ты?- совершенно невинным голосом поинтересовался я,- что-то тебя никак не пойму. Говоришь какими-то загадками.

— Ну если не понял, то забудь. А если понял и просто не подаешь вида, то все-таки поразмышляй над этими моими словами в свободное время. Все. Спокойной ночи!

— Спокойной ночи!-пробормотал я. И проводив взглядом заходящую в подъезд Сомову, развернулся и пошел прочь к автобусной остановке.

На следующий день, естественно Потоцкая не появилась на занятиях. В общем это было понятно. Накануне вечером ей здорово перепало и следовало ожидать, что какое-то время мы не сможем лицезреть нашу симпатичную однокурсницу.

Я делал вид, что все нормально и мне ничего неизвестно. Какие бы сильные (а по моим прикидкам вовсе не сильные) телесные повреждения не получила вчера Вика, удалось достичь главного. Ее жизнь не прервалась, она продолжалась, и по сравнению с этим фактом все синяки и ссадины выглядели совершенно не существенной мелочью (хотя я и не исключал, что сама Потоцкая сейчас как раз так не думает).

Сомову я на первой паре я не видел. Судя по всему она на ней отсутствовала. Сам же я сидя в лектории на лекции мучительно и временами совершенно безуспешно боролся с подступающей сонливостью. Главной причиной этого было то, что я совершенно не выспался, проворочавшись большую часть ночи на своей койке пытаясь осмыслить все то, что вчера я узнал и увидел. В том числе и мой разговор с Аленой.

Судя по ее словам которые она произнесла в самом конце, она безусловно, что-то знала и о чем-то догадывалась. Я только не мог понять о чем. Предположение, что она каким-то неведомым для меня путем догадалась о моем «попаданчестве» я рассматривал как невероятное. Но в тоже время ее последние слова, сказанные мне на прощание, как будто прямо указывали на это. Тогда возникал вопрос-откуда это стало известно Сомовой? Что такого увидела во мне она( и что не увидели другие, включая моих родителей), позволившее сделать ей соответствующий вывод? Тем более если учесть, что тема «попаданчества» не была популярна в советской фантастической литературе (хотя «Янки при дворе короля Артура» читали если и не все, то очень многие). Популярность жанру про «попаданцев» придет значительно позже, через с лишком тридцать лет.

— А не является ли она сама попаданкой?- Осенила меня вдруг неожиданная мысль,- да, нет это бред какой-то. Хотя почему бред? Все ее поведение как раз укладывается в классический канон поведения попаданца. Информации об обстоятельствах гибели Вики она имела ровно столько сколько же и я. А от кого, тогда в своей жизни я узнал все эти подробности? Так ведь от нее же! Значит информированы мы были примерно одинаково. Но может быть за исключением каких-то малосущественных мелочей. О личности напавшего на Вику Алена как и я ничего не знает. И повела она в этой ситуации так же как и я. То есть решила попытаться предотвратить несчастье. Так что получается она тоже попаданка? Но не слишком ли такая плотность попаданцев на квадратный метр территории? Хотя с другой стороны, что мне известно достоверно об этом феномене? Ничего. Еще совсем недавно я считал его плодом воображения разного рода интернет-графоманов к числу которых относился и я. А оказалось, что попаданцы и попаданчество вполне себе существуют в действительности! Н-да, кто бы мог подумать! Интересно, а имеются ли на нашем курсе или хотя бы в нашем институте еще подобные мне субъекты?

Дальше я долго пытался вспомнить отличается хоть чем -ни будь поведение нынешней Сомовой от поведения ее же, но сорок лет назад (честно говоря я уже начинал путаться во всех этих временных интервалах. Но, что поделаешь если по сути существовали два 1982 года. Один- в котором находился сейчас я и второй который я прожил в своей первой жизни). Но в принципе я так ничего и не вспомнил. За исключением, пожалуй того, что нынешняя Сомова периодически проявляла в отношении меня какое-то непонятное мне лично не расположение. Хотя кто знает может быть она проявляла его точно так же и тогда в том первом 1982 годе, а я просто- напросто этого не заметил.

Так размышлял почти всю ночь напролет под бодрый храп Сереги. Сна не было, что называется не в одном глазу, но и не до сна мне было. Уже под утро когда наконец-то от усталости у меня начали путаться мысли, я все-таки пришел к единственному разумному выводу, что требуется пожалуй самым внимательным образом понаблюдать за Сомовой. Кстати ее отговорке про «вещие сны» я естественно не поверил. Подозреваю, что и она тоже.

Утром как уже говорилось еле поднялся с кровати и поехал в институт не выспавшийся, с тяжелой головой для того, чтобы в итоге продремать всю первую пару.

Алену я увидел перед самым началом второй пары. Мы поздоровались друг с другом кивком головы и на этом наше общение пока ограничилось.

В начале большой перемены я все таки подошел к ней и предложил:

— Ален, пошли сходим в кафешку, пообедаем.

Она молча согласно кивнула головой.

На улице я спросил ее:

— Не получала никаких сведений о мисс Потоцкой? Как она там сейчас интересно? На занятия она сегодня как видишь не пришла. Эх, а я с ней хотел сегодня о свидании договориться. Не получилось. Облом!

— Еще получится, не переживай уж так сильно,-ответила мне Алена,- Вероника похоже не ровно дышит к тебе. А сведений о ней я никаких не имею. Возможно, что сегодня вечером соберусь позвонить ей и тогда быть может узнаю по подробнее, что там и как. Главные сведения это то, что она осталась жива. Все остальное по сравнению с этим так, мелочи.

В кафе, когда мы уже сидели за столом Алена кивнула в сторону находившейся по соседству кампании школьников, лет так тринадцати- четырнадцати, угощавшихся соком и мороженным.

— Видал оболтусов? Наверняка уроки прогуливают.

— Ну осталось тебе как будущему педагогу, подойти к ним и сделать строгое отеческое, вернее материнское внушение!