– Да чего я‑то сразу⁈ – возмутился Демон.

– А чего нет? – парировала Кира. – Если какая‑то пакость случается, то ты всегда замешан. К гадалке не ходи! И мама это знает лучше других.

– И что ты ей скажешь? Что я очередного твоего хахаля чуть не пристукнул?

– Что ты мешаешь мне устраивать личную жизнь. – Поставила точку в споре Кира. – Сам знаешь, что бывает с мамой, если хотя бы намекнуть ей, что кто‑то стоит между ней и предполагаемыми внуками.

Мне надоело быть безмолвным зрителем, и я решил принять участие в представлении сразу же «зайдя с козырей»:

– А, ну тогда у Димы для нее есть хорошие новости.

Кажется, Демон немного побледнел.

– Заткнись, – красной змеей зашипел он.

Кира же, наоборот, воодушевилась.

– С этого момента поподробнее, – попросила она.

Пусть я и не понимал, почему Дима столь тщательно скрывает свои отношения с Ниной, но, каким бы он уродом иногда не был, раскрывать его тайну мне не хотелось. К тому же, может это важно для Нины? В то, что касается лишь их двоих, я лезть не стал, поэтому решил отшутиться.

– А ты не видела, как на него девушки на улице смотрят?

– На него? – Кира с сомнением поглядела на братца. – Да его все девчонки боятся, как огня. В любом спортивном зале вокруг Димки одни парни.

– Вот так подробности, – я весело посмотрел на Демона.

– Они хотят узнать, как бицухи накачать! – запротестовал тот.

– Ага, рассказывай, – Кира подошла ко мне и взяла под руку. – Решаете там, поди, кто из вас «Boss of the Gym».

– Этот прикол уже лет тридцать, как не в теме, – все еще сердито буркнул Дима, хоть на меня он смотрел уже не волком. Оценил, значит, широкий жест.

Но тут Кира щедро плеснула масла в почти потухший огонь.

– Нине привет!

– Ты сказал‑таки⁈ – чуть не взорвался Демон.

– Ни слова не говорил. – Бессмысленно попробовал убедить его я.

У Киры это получилось лучше.

– Короткие белые волосы только у нее, – с видом матерого детектива заявила она. – А их в твоей берлоге просто валом. Ты бы хоть иногда убирался. Ну или ее попроси, раз сам не можешь.

– Пошли вы! – обиделся Демон.

– И мы пошли, – кивнула Кира и повела меня к выходу.

На улице все так же ярко светило солнце, и я пожалел, что не взял темные очки. Киру же ничего не смущало, и она уверенно шагала вперед, с восторгом глядя на прорастающую зелень, птичек и редкие белые облачка. Со стороны дороги дул теплый ветер, донося запах свежеуложенного асфальта. Против запаха ничего не имею, а сам асфальт пролежит хорошо если до следующей весны, ведь кладут у нас не только его, но и на него.

– Ты какой‑то задумчивый, – судя по направлению, Кира вела меня к метро.

– Просто до конца не проснулся, – ушел я от прямого ответа и тут же сменил тему. – А мы куда путь держим?

– На ВДНХ! – решительно заявила моя спутница. – Хочу в океанариум.

– А успеем? – я достал телефон и посмотрел на часы, прикидывая, не опоздаю ли на смену.

– Успеем, – уверенности Киры вполне хватило бы на нас двоих.

Мы прогулялись до метро и спустились вниз. Здесь уже было куда оживленнее, чем на улице. Все больше людей бросали на Киру любопытные взгляды. Правда, некоторые мужчины смотрели и на меня, причем редко с непониманием и часто с нескрываемой завистью. Но меня это не трогало.

Куда больше я задумался о реакции Киры. Если бы на ее месте оказалась Яна, то девушке эмпату стало бы совсем не по себе от столь пристального внимания. И пусть она умело бы скрывала свои эмоции за пренебрежительной маской, чужие чувства могли бы ее ранить.

Я только сейчас подумал о том, что чаще всего Тень передвигается или в машине, или в невидимости. А ведь ее внешность пусть и вызывающе притягательная, но не слишком отличает ее от простых людей, тогда как Кира при всем своем желании не могла бы сойти за обычную девушку.

– Как тебе живется с… такой неординарной внешностью? – спросил я спутницу, когда мы вошли в вагон.

– Поначалу было тяжело, – призналась Кира. Ее взгляд затуманился, словно она смотрела не в темное окно или на свое отражение, а куда‑то в прошлое. – Знаешь же, что дети могут быть жестокими? Нас с Димой всю школу дразнили и звали «чертями из Чертаново». Я плакала, Димка злился. Тогда‑то и начались его первые приводы в детскую комнату полиции.

– Мне жаль, – в детстве я не знал одаренных, чей дар проявлялся внешне, поэтому даже представить не могу, как тяжело пришлось Кире и Диме. Меня‑то обычные дети дразнили и сторонились, а этой парочке доставалось куда больше.

– Да ладно, – Кира толкнула меня плечом. – Такая уж жизнь. Мама все детство твердила мне, что я не урод, а особенная. Поначалу я не верила, а как только осознала, что это правда, мне сразу стало легче.

– А если кто‑то вдруг сочтет тебя… не такой уж и особенной?

– Это его проблемы, – весело ответила девушка и шуточно нахмурилась. – Ты же так не считаешь?

– Если бы я так считал, то не ехал бы сейчас с тобой на ВДНХ.

– Я могла бы заставить тебя силой. – Кира напрягла внушительный бицепс.

– Мне не нравятся женщины, которые любят доминировать, – улыбнулся я. – Особенно если они сильные.

– Мне они тоже не нравятся, так что тебе повезло. И, – Кира не договорила, так как у нее зазвонил телефон. – Прости. – Она ответила на звонок и всю дорогу консультировала моего дядю по вопросам оформления бумаг.

Разговор закончился лишь когда мы вышли из метро и дошли до ВДНХ. Кира облегченно выдохнула и убрала телефон в карман.

– Вот так всегда, – сообщила мне она. – Куда бы я ни делась, работа тут, как тут.

– Что‑то срочное?

– Ерунда, обычная текучка, – тряхнула головой Кира и ускорила шаг. – Пошли уже в аквапарк, а то опоздаем.

Вопреки опасениям моей спутницы, мы явились вовремя и даже успели занять хорошие места. Точнее хорошими их считали далеко не все, так как во время выступления касатки сильно брызгались и заливали всех, кто сидел достаточно близко к бассейну. И если одежда на Кире высыхала очень быстро, то я такими особенностями организма похвастаться не мог. Но все равно улыбался и не портил спутнице настроения.

– Ой, – когда включили свет, Кира увидела, что на мне почти нет сухого места. – Надо было дождевики взять. Я не подумала, прости.

– Все нормально, – я встал, слушая, как с меня ручейками льется вода.

– А может, ты даром одежду высушишь? – предложила Кира.

– С крайне высокой вероятностью, она сгорит, – кисло отозвался я. – Лучше уж буду мокрым, чем голым. Тут все‑таки дети.

Кира подошла ближе и томно прошептала мне на ухо.

– Хочешь, я прижмусь к тебе, и одежда высохнет быстрее?

– Тут все‑таки дети, – повторил я с той же интонацией.

– Ну да, ну да, – вздохнула Кира и вдруг встрепенулась. – В женском туалете точно есть фены. Может, в мужском тоже?

– Можно проверить. Но в женский не пойду.

К моему удивлению, в мужской уборной действительно имелись фены, причем довольно большие и мощные. Видимо, для таких же незадачливых любителей сидеть в первом ряду. Я высушился, как смог, после чего поспешил к спутнице.

Как мы и условились, Кира сидела на лавочке в соседней с океанариумом аллее и ела эскимо на палочке. Но подойти к ней я не успел, так как меня опередили двое мужчин. В шуме ВДНХ слов разобрать не получалось, но вроде бы все выглядело прилично. Кира даже улыбалась. Но в какой‑то момент улыбка исчезла с ее лица.

Чувствуя недоброе, я ускорил шаг.

– Мы заплатим, – донесся до меня наглый голос.

– Меня это не интересует.

– Если обслужишь двоих, то получишь больше, – сказал второй мужчина и достал кошелек. – Такие бабки на дороге не валяются.

– Меня это не интересует, – с нажимом повторила Кира и встала, оказавшись на голову выше мужчин. – Спасибо, что по достоинству оценили мою красоту, господа, но на этом наш разговор окончен.

– Слышь, сучка, сосать тебе… кхххх, – голос одного из мужчин перешел в хрип, когда Кира схватила его одной рукой за горло и легко подняла в воздух.