Хотя, о чём это я? Конечно, знает! Стали бы они с Энрике соваться в совершенно незнакомый дом. Как пить дать, досконально изучили план и замка и всего поместья.

— Быстрее! — шипела «гостья». — У нас всего несколько минут!

— Да ты что? Сомневаешься в моих сексуальных способностях? — куртуазно осведомился я, перебирая ногами за девушкой.

— Нисколько не сомневаюсь, — огрызнулась она, вступая в шуточную пикировку. — Только там таких желающих проверить твои способности не одна и не две. Они уж точно захотят помешать нашему «единению»!

Да, шутки помогали сдержать стресс. Мне, если что. Девица не испытывала никаких эмоций, кроме адреналина.

— У нас машина на окраине поместья, — сообщила Элисабет. — Придётся пробежаться.

Да я хоть на карачках поползу, только скажите — куда! И… О! Какая мысль пришла в голову!

— Стой! — я дёрнул девушку за руку.

— Решил остаться? — угрожающе прищурилась она.

— Типун тебе на язык! — сплюнул я. — Хочу «сюрприз» любимой маменьке оставить!

— Что ты задумал?

— Шалость. Невинную шалость, — похлопал я глазами. Знаю, выглядело идиотски, но не мог удержаться.

Мы прошмыгнули вниз, на цокольный этаж. Там располагался узел управления системой «умный дом» на бандитский манер. Вырубив дежурного оператора, я заблокировал механизмы ворот, отключил сигнализацию на ограде, и ввёл разработанный мной лично код прерывания действия вай-фай и глушилки мобильной связи. Всё очень просто. Теперь связь вроде и есть, но она постоянно прерывается. Это даст нам дополнительное преимущество. На всё-про-всё ушло меньше половины минуты. Клацая по «клаве», я тихо объяснял Элисабет свои действия. Она одобрительно цокнула языком.

— Ладно. Согласна, что ты ценный кадр. Бежим.

— Нет. Ещё один «сюрприз», но его надо оставить в спальне. Бежим туда.

И мы побежали. Пару раз пришлось останавливаться и изображать неуёмную страсть. Вот прям нам приспичило здесь и сейчас! Элисабет довольно натурально играла потерявшую голову девицу, я тоже старался, как мог.

— Что ты задумал? — шёпотом спросила девушка, когда мы оказались в моей комнате.

Лукаво ухмыльнувшись, я достал из чехла ноутбука тонкую кожаную пластинку. Это творение я мастерил на протяжении последних шести месяцев, собирая в душе свою ороговевшую кожу.

— Предполагаю, что датчик реагирует на ДНК, — тихо сказал я, включая ноут.

Глаза Элисабет зажглись профессиональным интересом.

— Сейчас я сниму эту гадость с ноги, — ткнул пальцем на браслет, — и зафиксирую его на этом куске кожи. Надеюсь, мои предположения верны. Это даст нам фору. Пусть думают, что мы занимаемся любовью.

Для взлома системы управления браслетом, его перенастройки, понадобилось чуть больше времени. Сначала надо было сделать себе «коридор» для связи, ведь глушилку я уже запустил. Но такой вариант я тоже прокручивал в голове, поэтому сценарий был отработан быстро. А ещё, дорогая маменька, ты допустила очень большую ошибку, приобретя именно этот средневековый замок! Хоть его и напичкали современными прибамбасами, но потайные ходы остались! А что оставалось делать мне в начале проживания? Только тупо исследовать пространство. Я и исследовал. Как результат — часть потайных ходов прочно осела у меня в голове, и теперь я собирался воспользоваться этими знаниями. Закрыв дверь на замок и оставив ключ в скважине, я зафиксировал его скотчем, чтоб не выпал, если дверь будут трясти. Можно сматываться.

— Сюда! — скомандовал я девушке, нажимая на барельеф. В стене открылся узкий проход. — Это выведет нас на задний двор, в конюшни.

И мы, подсвечивая фонариками на телефонах, полезли в царство пыли и пауков. Адреналин зашкаливал.

Немного спокойнее вздохнули уже за оградой замка. Пришлось лезть в узкую дыру, только что проделанную в раскуроченной ограде. Чуть не застрял. Элисабет пролезла, а мне пришлось снять пиджак и рубашку. Теперь щеголял расцарапанным голым торсом.

Бежать пришлось, петляя, словно зайцам, перемещаясь по окультуренным зарослям кустарников и деревьев. Наконец добрались до автомобиля. За рулём сидел Энрике с озабоченным лицом.

— Браслет? — спросил он первым делом.

— Он его снял ещё в замке, — бросила Элисабет, одновременно забрасывая меня в багажник.

Ну, багажник, так багажник. Маловат салончик, но выбирать не приходиться. Да я бы сейчас и в консервную банку вместо селёдки уложился, лишь бы слинять из ненавистной роскоши этого замка.

Мотор азартно взревел, и машина понеслась по просёлочной дороге вперёд, к свободе. Надеюсь, это не ловко расставленная ловушка конкурентов Хищника-Ренье.

В Россию добирались морем. Всегда с уважением относился к морскому виду транспорта, но теперь меня будет тошнить даже при одном его упоминании. Как вообще можно находиться в вертикальном положении при постоянной качке? Ещё и работать при этом? А принимать пищу!!? Пару раз, похваставшись корабельной едой из своего желудка, я был вынужден включить режим энергосбережения и полностью отказаться от пищи. Зачем переводить продукты? Мой организм категорически был против работать в таких нестабильных условиях. Даже вода усваивалась частично. Корабельный врач сокрушённо качал головой:

— Ну как так? Я уже двойную дозу тебе ввёл!

Это он про противотошнотное. А я виноват, что у меня организм такой придурашный? Короче, пока добрались до Новороссийска, я потерял несколько килограмм веса, и был по прибытии водворён в госпиталь «на откорм». Потому как «родителям сдавать на руки это полудохлое тело себе дороже», — констатировал всё тот же корабельный врач. Там меня положили, обмотали проводами, воткнули в вену иглу и по трубке стали накачивать витаминным раствором и другой фигнёй. Я не сопротивлялся. Надо, значит надо. Главное — я на родной земле.

В палате я лежал один, как император. За дверью периодически мелькала тень медперсонала. Несколько раз заглядывали Энрике и Элисабет. Самое прикольное, что Элисабет на самом деле звали Лизой. А вечером заявился «мой» генерал.

— Не хило ты тут устроился, я погляжу, — хмыкнул он, проводив взглядом молоденькую медсестричку, которая к моей вящей радости сняла капельницу и унесла её из палаты. — Девушки красивые, еда диетическая высококалорийная, ишь ты.

Я попытался встать.

— Лежи, рано ещё. А то меня твои доктора порвут на части.

Я лёг, но продолжал с тревогой наблюдать за ним. Что-то случилось? Или сведения, что я передал, находясь на корабле, не подтвердились?

— Твои данные помогли внедрить в синдикат нашего сотрудника, — наконец сказал генерал. — Коды доступа, пока они там сообразили, что к чему, дали возможность получить массу информации. Надеюсь, ты понимаешь, что домой возвращаться тебе нельзя. Поедешь на базу. Такими мозгами не раскидываются.

Я вскинулся. Как так? А мои родные? Что с ними? Хоть такая лестная оценка моих «мозгов» и приятна, но мама, папа, Лиза…

— Да-а-а, — протянул генерал, садясь на стул около кровати. — Не так я представлял себе твою работу. Думал, отучишься спокойно, потом пару лет в оперативниках побудешь, а уж потом в штаб переведу.

— А сейчас? — хрипло спросил я. Неужели отбой?

— А сейчас — прямиком на базу. Будешь с нашими «умниками» работать. А там видно будет. Но физподготовку никто не отменял! — он погрозил пальцем.

— А родители?

— Найдём способ, — он нахмурился. — Для всех ты пропал без вести. Пусть будет так и дальше.

Я разочарованно отвернулся. Потом решил задать вопрос, терзающий моё любопытство в последние дни:

— Как вы так быстро меня нашли?

— Как только получил имена владельцев особняков, что около старинного Парфене. Виолетта Гайде. Очень уж знакомое имя Виолетта. И чай тем вечером ты пил тоже с Виолеттой. Ну, а там дело техники. Приём в загородном замке баронессы. О нём знали многие. Приглашение на имя Энрике Гонсалес, кстати, настоящее, — генерал хохотнул, и с деланным огорчением посочувствовал антиквару: — Придётся ему очень «грустить», что его любовница, которую он выдавал за племянницу, сбежала на родину в Испанию, прихватив безделушек на несколько лямов.