При входе в дом мне сразу ударил в нос запах горелого. Испугавшись, что я забыл что — то утром на плите, с колотящимся сердцем влетел на кухню и увидел весьма интересную картину. Помещение напоминало передачу по кулинарии, где команды соревновались на время в приготовлении блюд, примерно такой же кавардак тут присутствовал. На плите возвышалась кучка чего — то уныло — черного и слегка дымилась. Я так понимаю, это и был источник запаха. И королевой этого царства была моя Мелочь, которая возвышалась сейчас над всем этим, стоя на барном стуле. Увидав, как она потянулась к верхней полке, а стул под ней зашатался, я, не издав и звука, резко бросил цветы и печенье, моментом подлетел к ней и схватил за ноги. Совсем не хотелось, чтоб эта милая акробатка распласталась на полу. Но, каюсь, напугал. Да, надо было хоть что — то сказать, прежде чем хватать за ноги. Ну, наверное, что произошло дальше, было закономерно. Джулия громко вскрикнула и уронила то, что до этого сжимала в руке. И, конечно же, пакет муки приземлился не куда — нибудь, а прямо мне на голову!

— Эрик, ты чего пугаешь! Ой. — испуганно пискнула девушка.

Все так же держа ее за ноги, я поднял голову. Джул, еле сдерживая улыбку, виновато смотрела на меня сверху.

— И я рад тебя видеть, мое любимое персональное наказание. — мой громкий чих раздался в тишине кухни.

Мука обсыпала меня с головы до ног. Чихнув еще раз, снял кулинара со стула и плавно опустил на пол. Джулия прижалась ко мне, и ее плечи затряслись от смеха. Обняв ее и погладив по шелковистым волосам, улыбаясь, спросил:

— Можно поинтересоваться, а что, собственно, тут произошло?

Девушка отстранилась и взглянула на меня своими медовыми глазами. Теперь и она стояла испачканная мукой. Я заулыбался еще шире.

— Ну, слушаю.

— Понимаешь, мне захотелось порадовать тебя выпечкой. Но тут зазвонил телефон, и я так увлеклась разговором с Ксю, что забыла про пирог — и Джул показала на черную дымящуюся кучку.

— Это и есть пирог?

— Да, с яблоками и корицей.

Многозначительно покачав головой, я продолжил:

— Я люблю такой пирог. Спасибо большое!

— Рада была стараться. — обвела рукой кухню Мелочь.

— Но ты не обидишься, если я не буду его пробовать, любимая. Как — то вот сейчас нет аппетита.

— Да, конечно. Какие обиды, любимый. Мне кажется, этот пирог надо спрятать. Куда? Наверное, в мусорное ведро.

— Да, ты абсолютно права. И формочку не забудь туда же спрятать, дорогая.

— Как скажешь, дорогой.

И мы звонко рассмеялись, до слез и колик в животе.

— Я сейчас все уберу, — отсмеявшись, произнесла Джул.

— Подожди меня, сейчас переоденусь и помогу тебе.

— Ой, чуть не забыла. Дэв просил тебя перезвонить, номер я записала. Он на тумбочке, возле телефона.

— Ок. Мелочь, тебе бы тоже не помешало переодеться. А то и с тебя мука сыпется, как со сдобной булочки. — Стягивая с себя футболку и вытирая ею лицо, улыбаясь, сказал я.

Джулия

Эрик задрал футболку и, как в фильмах для взрослых, начал медленно снимать ее с себя, оставаясь передо мной в одних джинсах. От увиденного перехватило дыхание. Тело с четко очерченными мышцами, широкий разворот плеч, узкие бедра, косые мышцы живота клиньями уходящие вниз и дорожка черных волос, спускающихся от пупка к… Ой, мамочки… Подняв взгляд и столкнувшись с его искристым взглядом и улыбкой Чеширского кота, моментом почувствовала, как краска прилила к моим щекам. «Он понял, на что я так пялилась», пронеслось у меня в голове

— Пожалуй, я не буду за тобой повторять и сниму футболку в своей комнате, — пулей выскочив с кухни, понеслась наверх.

В след мне прилетело:

— А жаль, — и смех Эрика.

Успокоившись и переодевшись, спустилась вниз. Там меня ждал Эрик с букетом не известных мне цветов и пачкой самого лучшего печенья на земле.

— Мелочь, я так был впечатлен твоим ярким акробатическим выступлением, что забыл вручить вот это, — и парень протянул мне все то, что он держал в руках.

— Спасибо, — робко проговорила я, беря свои подарки.

— И вот еще что, я выкупил не только платье Окси, но и твое.

— О, как здорово!

— Но очень тебя прошу, надевай его только для меня. Хорошо, малышка?

— Посмотрю на ваше поведение, уважаемый мистер Гризли, — делано серьезно произнесла я.

— Ну Мелочь, пока шалишь ты у меня, — обведя рукой кухню, улыбнулся любимый.

Мне осталось только молча закатить глаза.

Поставив букет в вазу, я присоединилась к Эрику, который уже вовсю наводил порядок после моего сюрприза.

После уборки, подойдя, уткнулась лбом в твердую грудь парня, обняв его за талию и тяжело вздохнула.

— Малыш, ты чего? — крепкие руки любимого обхватили меня.

— Мне так хотелось испечь этот пирог, хотела тебя порадовать.

— Мелочь, — рассмеялся Эрик, — я и так безмерно рад, что у меня есть ты. Но если еще осталось желание, то можно испечь его вместе.

— Серьезно, — отстранившись от парня, но не выпуская его из своих объятий, заглянула ему в глаза, — ты умеешь печь?

— Да, а что такого?

— Ну, я думала, что парни не особо умеют готовить. Вон Дэвид не умеет, кажется. Но у него теперь есть Ксю, а она кулинар от Бога.

— У вас с Дэвидом, я так понимаю, это семейное.

— Эй, — ударила я Гризли по плечу, — не смешно.

— Не дуйся, Мелочь, в нашей паре за готовку отвечать буду я.

— Что, за сто с лишним лет научился?

— Ну как — то так, — в самые губы выдохнул Эрик и поцеловал меня.

Что такое поцелуй? Это всего лишь соприкосновение губ? Думаю, нет. Поцелуй любимого человека — это волшебный танец двух душ, объединенный одним дыханием. Растворяясь друг в друге, вы начинаете сиять, подобно Сириусу. И ваш жаркий, искрящийся свет, струящийся по губам, разгоряченным щекам, чуть задержавшись на кончиках трепещущих ресниц, резко взмывает ввысь к далеким галактикам, унося все мысли с собой, оставляя в вашей душе нежность и беспредельную любовь.

— Ну что, печь будем? — услышала я шепот на ухо.

— А? Да. — немного растерянно ответила я.

Моя голова кружилась, в принципе, как всегда после губ и объятий моего большого и любимого Гризли.

Надев на себя фартук, Эрик начал быстро доставать нужные продукты. Как же этот несчастный фартук обалденно смотрелся на широкоплечей фигуре парня! Замерев, я тихо наблюдала.

— Мелочь, ты со мной? — доставая злосчастную муку, спросил любимый.

Делал он это легко, не то что я со своим стулом и акробатическим номером. Да он даже не тянулся за ней.

— Джулия, вернись ко мне.

— Да, да, — опомнилась я и тоже надела фартук.

Всем процессом руководил, конечно, Эрик, а я лишь была его подмастерьем. Все, что мне доверили, — это очистку яблок. С этим заданием мне удалось справиться на ура. И вскоре по кухне поплыл манящий аромат печеных яблок, переплетенный с пряными нотками корицы.

Заварив свежий чай и взяв еще горячий пирог, мы отправились в гостиную смотреть старые черно — белые фильмы. Еще не было поздно, но комната утопала в полумраке. Виной всему были темные, набухшие грозовые тучи, нависшие над домом. Когда мы включили один из моих любимых, старых фильмов «Мышьяк и старые кружева» с Кэри Грантом в главной роли, туча, что так грозно урчала и сверкала на улице, пролилась на землю бурным потоком, и тяжелые капли забарабанили по стеклу.

Что может быть уютнее, чем сидеть, укутанный любовью, рядом с дорогим тебе человеком, пить душистый чай с наивкуснейшим пирогом и смотреть замечательное кино под звуки грозы и дождя за окном?!

Джулия

Как же чудесно мне спалось, просыпаться неохота. Тепло, уютно.

— Доброе утро, мелкая соня, — хриплый голос просочился сквозь сладкую дремоту.