Сам сел напротив.

— Зачем ты тогда пришел сюда? Я подумала, что соскучился по мне.

— Нет, я за документами и в офис. Мне надо поработать — устало потер я переносицу.

— Почему мне нельзя называть тебя любимым? Ведь это правда, ты — мой любимый котик!

Сенди вскочила со своего места и, сев рядом со мной, попыталась положить свою голову мне на плечо. Резко дернувшись, отодвинулся от нее.

— Сколько мне раз тебе надо еще объяснять, что между нами все кончено! Да и не было между нами ничего особенного! Хватит липнуть! Пойми же. Это тебя не красит. Имей гордость. Оглянись, вокруг полно мужчин, и ты вполне можешь быть с любым из них.

— Но я с тобой хочу! — схватила меня за руку девушка.

— А я — нет! Все, хватит! — отцепив ее пальцы от себя, я встал.

— Ты так сильно влип в эту рыжую сучку? В пастели с этой тварью лучше, чем со мной? Интересно, что же она такое умеет, что я не могу? Сколько же учителей у этой малышки было? — выплюнув это мне в лицо, расхохоталась Сенди.

Кровавая пелена появилась у меня перед глазами. Схватив резко за плечо эту дуру, что сейчас скалила свой рот, глядя мне в глаза, рывком поднял ее. Склонившись близко, чтобы ничего она не пропустила, сквозь зубы, чеканя каждое слово, процедил я:

— Слушай меня внимательно! Я никогда не бил женщин, но сейчас у меня просто чешутся руки. Закрой свой грязный рот и не смей ничего говорить в сторону Джулии! Ты меня поняла?

Сенди лишь смотрела на меня и хлопала глазами. Я встряхнул ее, все также удерживая за плечо.

— Ты делаешь мне больно! — пискнула девушка.

— Не слышу ответа! — рычал я.

— Да, поняла! Отпусти меня.

Руки мои разжались, и эта одержимая плюхнулась обратно. Не обращая на ее всхлипывания внимания, вылез из — за столика и пошел за документами. А потом и вовсе уехал в офис.

Каково же было мое удивление, когда, по приезду домой, я не нашел Джулию!

— Мелочь, если ты решила поиграть в прятки, это так себе затея.

Но в ответ была тишина.

— Отлично, что за новое приключение ты мне приготовила? Найду, отшлепаю, как маленькую, — улыбнувшись такой идее, пошел на кухню за соком и тут заметил записку, что преспокойно висела на холодильнике, закрепленная магнитом.

«Эрик! Я уехала по делам в «Звездную пыль».

— Зашибись! Какие к черту у тебя там могут быть дела?! — схватив ключи от машины, пулей помчался в бар.

Мелочь я нашел за столиком в обнимку с каким — то полупьяным утырком. Она положила голову ему на плечо и блаженно улыбалась, а он по — свойски прижимал ее за талию к себе.

— Руки убрал от девушки! — резко переходя в ярость, выкрикнул я.

— Крошка вообще — то сама не против, — пьяно произнесло это чучело.

Дернув плечом он, обратился уже к Джул.

— Скажи, малышка этому грозному дяде, что ты не против.

Мелочь вздрогнула и, не открывая глаз, пролепетала не менее заплетающимся языком.

— Эрик, держи меня, — икнув, продолжила, — а то весь мир почему — то качается.

— Крошка, ну говорил же тебе, что я не Эрик. Я — Джими.

— Зато, я — Эрик, — схватив парня за шиворот, тряхнул его.

— Оу, оу, полегче, парниша.

— Это моя девушка, так что руки убрал, пока не прибил тебя тут, урод! — процедил сквозь зубы я.

— Все, проблемы мне не нужны. Я думал, девочка сама по себе. Минутку, — прислонив Джулию к стене и подняв руки, вылез из — за стола придурок.

— Исчезни быстро! — резким движением отодвинув его от стола, сел к малышке.

— Джул, Джул? — потряс я слегка ее за плече, — Мелочь, мать твою! Открой глаза! Что тут происходит?

Абсолютно пьяные янтарные глаза попытались словить на мне фокус. Широкая улыбка расплылась на лице Джулии.

— Гризли, мой Гризли пришел, — и она потрепала меня за щеки, как плюшевую игрушку.

— Ты зачем так напилась? И как, черт дери, бармена, тебе продал спиртное? Тебе нет 21 года.

— Я не пила спиртное! Ни — ког — да! Это инер… нет… Ик э — нер — ге — тический коктейль. Вот! Ик.

— Не шевелись и подожди меня. — вскочив, я сразу направился к бару.

— Вон там — показав бармену на Джул, что сидела сейчас держась за стол и хлопала своими глазами, — девушка. Ей нет 21 года. Какого рожна, Рик, ты наливал ей?

— Тише, Эрик, тормози, — явно испугался работник бара. — Она и не покупала. Тут все твоя блондиночка мельтешила с коктейлями. Подходила не один раз, брала разные, просила сделать позабористей. Типа, чтобы улететь побыстрее. Но я не могу следить, с кем она тут делилась. Да, видел, сидела она с этой девушкой, — махнув головой в сторону моей пьяной беды, — но я не контролирую, кто там и что пьет.

— Сука, убью ее! Не видел, где эта блондинка сейчас?

— Нет. Где — то тут все крутилась. — И бармен отошел от меня, принимая новый заказ.

Покрутив головой и не увидев Сенди, вернулся за столик.

— Ты плохой мальчик, — грустно сообщила мне Джулия.

— Это еще почему?

— Ты не пошел за муж. — Совершенно серьезно был дан мне ответ.

— Ага. А за кого мне надо было замуж выходить? — аккуратно поинтересовался я.

Джул призадумалась, подперев, наверное, очень тяжелую сейчас голову своим крошечным кулачком.

— Ну за эту, как ее там? Лошадь! — воскликнула девушка.

Вот смеяться или плакать, глядя сейчас на это мелкое, пьяное, кудрявое чудо?!

— Во — первых, — смех я сдерживал с трудом, — мужчины женятся. А во — вторых, зоофилией не страдаю. Какая лошадь может быть?

— Ох, — махнула рукой Джул — не придирайся к словам, пупсик.

— О, пупсик, это что — то новое. Поехали домой, Мелочь.

— Я не поеду с тобой! Иди ты к Сенди! Как ты мог? — И маленький кулачок начал бить меня в грудь. Слезы потекли из кошачьих глаз. — как ты мог? Ну ты как мог? Ты…

— Что опять, малышка? — И я прижал Джулию к себе.

— Не говори только никому, хорошо? Пообещай! — Размазывая слезы по моей рубашке, пробормотала рёва.

— Обещаю. А что именно не говорить?

— Я люблю его! — Шмыгая носом и не отрываясь от меня, прошептала Джул.

— Кого? — Так же тихо спросил я.

— Эрика! — Был мне ответ.

— Глупышка, ты моя, — склонившись к самому ее уху, произнес — Эрик тоже любит тебя! — И поцеловал Мелочь в висок.

Говорить о себе в третьем лице было странно. Джулия вдруг перестала рыдать, и взглянув на меня сердито, ну насколько это было возможно сделать в ее состоянии, выпалила:

— Не ври! Эрик любит Сенди. У них свадьба, а он, дурак, заставил меня полюбить… меня, нет, себя. Короче его! Я хочу домой! — и она опять уткнулась мне в грудь.

— Поехали, дурында.

Идти Джулии было весьма трудно, и мне пришлось взять ее на руки. Девушка затихла, а потом посмотрела на меня и начала перебирать мои волосы и хихикать.

— Что смешного? — Поинтересовался я.

— Они меня не слушаются.

— Кто?

— Твои волосы — и Джул попыталась заправить их за ухо — они обратно падают.

— Меня они тоже не слушаются.

— Эрик — пальцы девушки скользят по моим губам, неспешно проводят по скуле, — ты такой красивый.

Волна жара прокатывается по мне.

— Держись за шею, а то уроню, — немного сурово говорю я.

— Красивый, но злой! — Щелкнув меня по носу, Джулия обняла за шею и положила голову мне на плечо.

Ее жаркое дыхание защекотало кожу. Сердце пустилось в пляс, а пульс отбивает чечетку уже в висках. Вот так бы и держал ее вечность! В машине Джул отрубилась и мило сопела на заднем сиденье, смешно морща носик.

Дома я уложил малышку в кровать, укрыв пледом. Возникла идея раздеть ее, ведь спать в одежде не очень удобно, но остановил себя. Утром она точно не оценит мою инициативу.

— Спи, маленькая моя.

— Не уходи, — услышал я.

Джулия, не открывая глаз, подвинулась и постучала рядом собой ладонью по кровати, как бы приглашая меня.

— Побудь еще немного моим.

Сев рядом, сразу взял ее за руку. Наши пальцы переплелись. И в то же мгновение Джул положила свою голову мне на колени.