— Тут неподалеку есть ресторанчик с итальянской кухней, вас устроит? — ответила она на вполне сносном английском.

— О да! — просиял Мальсибер. — Итальянцы — лучшие повара на свете! Вы подскажете, где его искать, сеньорита?

— Пойдёмте, я покажу, — ответила девушка, — мы там иногда обедаем… когда финансы позволяют. Но у вас, я думаю, таких проблем нет?

Они прошли по шумной и не слишком чистой улице несколько сотен метров и оказались перед пятиэтажным домом, на первом этаже которого и был ресторан-траттория.

— Благодарю вас, — Мальсибер чуть склонился и поцеловал девушке руку. — Вы спасли нас от голодной смерти!

— Шут, — еле слышно процедил Снейп.

— Спасибо, — проговорили нестройным хором остальные.

— А пельмени у вас есть? — сразу поинтересовался Серёга, едва они вошли в ресторан. — Страсть пельменей хочу!

— У нас есть равиоли, — улыбнулась ему официантка. — Это почти пельмени, только итальянские.

Родольфус тем временем незаметно колдовал, накладывая на всех заклятье, которое помогло бы общаться с местными. Официантка тем временем провела их за стол — тот был рассчитан всего на четверых, но проблему решили быстро, придвинув к нему такой же. Заказали быстро: салат, пиццу, пасту и те самые равиоли для Серёги. Взяли и вино, и воду — и в ожидании заказа начали оглядываться.

— О, у них тут ещё, оказывается, и солянка есть! — обрадовался Долохов, листающий нарядно оформленное меню, — тогда мне ещё и солянку!

Внутри было вполне уютно: стены приятного бежевого цвета, кое-где имитация кирпичной кладки, светильники в форме свечей, заставившие некоторых ностальгически вздохнуть о Большом зале Хогвартса, негромкая музыка — не эти отвратительные вопли про «Два кусочека колбаски», которые они слышали на автовокзале, а что-то явно классическое.

— А что такое солянка? — заинтересовался Мальсибер.

— Да, что это? — поддержал его Рабастан.

— Суп это, — просветил их Долохов, — вкусный.

— Не, борщ лучше, — не согласился с ним Серёга. — Люська, дура, борщ варить толком не умеет, а вот мамка моя варила — ум отъешь!

— Я тоже хочу солянку! — решил Мальсибер и предложил Рабастану: — Давай поделим? Пиццу я хочу тоже. И пасту.

— Давай, — легко согласился тот.

— А что такое борщ? — не унимался Мальсибер.

— И борщ это тоже суп, свекольный, — ответил Долохов, — только здесь ты его не найдешь. Не умеют итальянцы борщи варить!

— Да какие итальянцы, — махнул рукой Серёга, — наши тут работают! Откуда в нашей дыре итальянцы? Вон девка русская была, и повара тоже русские! Одно, что пельмени какими-то равиолями обозвали!

— А ты умеешь его варить? — тут же спросил Долохова Мальсибер.

— Я похож на повара? — удивился Долохов. — Нет, конечно!

— Да кто ж тебя разберёт, на кого ты похож, — возразил Рабастан.

Официантка тем временем принесла их заказ — салаты, и Долохов обратился к ней:

— Барышня, мы тут солянку ещё решили заказать. Две порции. Вернее, одну порцию и две по половине, — он посмотрел на Мальсибера с Рабастаном и ехидно спросил: — Вы из одной тарелки, что ли, есть собрались?

— Ну, средневековый этикет это позволяет, — тут же сообщил Рабастан. — Но лучше бы из разных, разумеется. А хлеб на итальянский не похож! — заявил он, разламывая принесённую булочку.

Серёга тем временем ухватил свою порцию салата, булочку — и начал есть, макая булочку в соус, а потом просто вытер опустевшую тарелку второй булочкой.

— Что ел, что радио слушал! — грустно сказал он.

И тут принесли пиццу. Вернее, целых три — «Маргариту», «Пепперони» и с грибами. Проще говоря, одну с сыром, вторую — с колбасой, ну и грибную, да правда, что это за грибы, шампиньоны-то?

Впрочем, сидящие за столом оживились и, быстро расхватав по куску, с аппетитом принялись за дело.

— Не, пирог с мясом лучше, — сделал вывод Серёга, — или с рыбой. А это чо? На один укус!

— Да тебя, смотрю, дешевле убить, чем прокормить, — нехорошо прищурился Долохов, и Серёга испуганно втянул голову в плечи. Ему всё произошедшее с ним за последнее время казалось не то пьяным бредом — он по пьяни и не то видел! — не то сном, но сном кошмарным. И этот худощавый жилистый тип вполне годился на оживший кошмар.

— Да я ж ничо, — пробормотал он.

— Ну что ты его пугаешь! — заступился за него Мальсибер. — Ну не нравится человеку — подумаешь! Пицца с мясом не бывает, — сообщил он Серёге. — Вернее, пицца, разумеется, бывает с чем угодно — но это уже не пицца, а фантазия на тему. Равиоли с мясом будут, — утешил он его. — А вообще можно было просто мяса заказать, если вам хотелось…

— Ты ему ещё из Канкаля устриц выпиши, — насмешливо заметил Родольфус.

— Устрицы — не мясо, — наставительно сказал Мальсибер, но всё-таки спросил: — А вы устриц любите?

— Чо? — изумился Серёга. — Это которые склизкие?

Его ощутимо перекосило.

— Не любит, — ответил Мальсиберу Долохов, — и пробовать не будет!

— Да ни в жисть! — замотал головой Серёга.

— Их тут всё равно нет, — успокоил его Мальсибер. — Они скользкие, да. Как улитки — но улиток не едят сырыми.

— Ты ещё лягушек вспомни! — расхохотался Рабастан, глядя на выражение лица Серёги. — Ты ему сейчас весь аппетит отобьёшь!

— Вот лягушки вообще не скользкие! — возразил Мальсибер. — Они на курицу похожи — только рыбой пахнут.

— Бывает, — снисходительно сказал Серёга, поняв, что никто его склизких гадов употреблять не заставит, — французы вон лягушек жрут, китайцы тараканов, корейцы собак. Михалыч ваще по пьяни крыс жрал, пока не закодировался. Щаз не жрёт, но пить не бросил!

— В отличие от тебя, — не преминул напомнить ему Родольфус.

— Собак? — передёрнулся Рабастан.

— Тараканов? — с тем же выражением повторил Мальсибер.

— Дикие люди, — пожал Снейп плечами. — Древнейшая цивилизация на земле — чего вы от них хотите.

— Одна из древнейших, — тихо поправил его Эйвери. — Строго говоря, мы не можем сказать наверняка…

— Вот вроде бы не взяли Руквуда — а разницы никакой! — картинно вздохнул Рабастан.

Официантка тем временем принесла пасту, равиоли и три тарелки с солянкой, быстро убрав со стола опустевшую посуду.

Рабастан с Мальсибером, придвинув к себе тарелки, дружно принюхались, переглянулись, и с одинаково насторожённым выражением взялись за ложки.

— У меня есть безоар, — невыразительно сообщил Снейп, вызвав этим дружный взрыв хохота.

Первым попробовать непонятную еду рискнул Мальсибер. Зачерпнув суп, он принюхался — и решительно отправил ложку в рот. Почти сразу на его лице отразилось изумление, и он, прожевав и проглотив, сказал:

— Тони, это вкусно! Басти, ешь!

— А то, — пробурчал Долохов, уже почти доевший свою порцию, — это вам не овсянка по-азкабански!

Серёга, который съел принесенные равиоли (дрянь какая-то, а не пельмени!), с завистью посмотрел на Долохова, но ничего не сказал.

— Синьорита, — подозвал Мальсибер официантку, — а у вас есть мясо? Принесите ему что-нибудь мясное, — попросил он, указывая на несчастного Серёгу.

— И мне тоже, — сказал Родольфус.

— И всем, — тут же решил Мальсибер.

В конце концов, ну, не доедят — не страшно.

— Страчетто из курицы и говядины, медальоны из свинины, голень ягненка, цыпленок на гриле — что вас устраивает? — улыбнулась девушка.

— Мне цыпленка! — быстро сказал Серёга, который все остальное просто не опознал. Какие ещё медальоны? Это ж на один укус! Ну и жлобы эти итальянцы! Есть он уже не хотел, но когда ж ещё такая халява-то обломится?

— А давайте всего по два — а там мы разберёмся, — решил Мальсибер. — Медальоны — это часть свиной туши, — пояснил он. — Куски в виде круга — отсюда и название. Не в размере дело… но увидите.

— Округлой формы, — недовольно поправил его Снейп. — Круг — фигура плоская.

— Как остроумие у некоторых, — тихо буркнул Рабастан.

— А мы на автобус-то не опоздаем? — спросил Серёга, посмотрев на часы на стене. — А то ведь потом хрен уедешь!