Я вспомнила его выражение лица, такое красивое и доброе, и его синие глаза излучающие нежность. Я надеялась, что я ему всё-таки понравилась. С этими мыслями и курткой возле своего лица, я заснула.

На следующий день, я встала очень рано. Приведя себя в порядок, я начала выбирать, что мне одеть. Хотелось выглядеть скромно, чтобы он не подумал, что я вырядилась ради него, и в тоже время хотелось произвести впечатление. Я рылась в шкафу, примеряя то один наряд, то другой, но ничего не могла найти подходящего. Тут я наткнулась на платье, которое мы с мамой купили мне накануне моего отъезда к бабушке, оно оказалось кстати. Платье было с коротким рукавом и с небольшим прямоугольным вырезом на груди. Оно было скромным и в тоже время стильным.

«Что надо» - подумала я, и надела его.

Платье сидело на мне шикарно, подчёркивая все достоинства моей фигуры, и я мысленно поблагодарила маму за покупку. Довольная своим видом, я взяла пакет и сунула в неё куртку Эмиля, заодно захватив небольшую сумочку с разными женскими принадлежностями. Надев туфли лодочки, я тихо вышла из дома, чтобы не разбудить бабушку. Когда я подошла к дому председателя, он уже стоял возле машины и ждал меня.

- Ну, молодец, вовремя пришла, я уж думал, проспишь, вы молодёжь любите поспать, - он засмеялся своим низким голосом.

- Как видите не все, - улыбнулась я ему.

- Ну ладно, залезай в машину, нам пора ехать, - и он открыл дверцу, приглашая меня в кабину.

Какое-то время мы ехали молча, затем я спросила:

- Пётр Петрович, а вы долго будете у лесника?

- Да нет. Думаю около часа, загружусь и обратно в деревню, - он весело подмигнул мне.

- А чем вы грузитесь у лесника, если не секрет? - поинтересовалась я.

- Да какой там секрет, в основном это мёд. У них там много ульев, и я забираю его, чтобы отвезти на рынок. Дарья Миронов продаёт его. Часть денег идёт в совхоз, остальные деньги я привожу Кейнам после продажи. Мёд у них отменный, во всём районе не найдёшь такого, - довольно заметил председатель. - Да ты и сама можешь попробовать у них медку, я думаю, они угостят гостью.

- Надеюсь, угостят, - кивнула я.

- Ну вот, почти приехали, за этой сопкой их дом, - он указал пальцем на скалу слева.

Объехав её, мы оказались на открытой местности, где стоял большой двухэтажный дом, с большими окнами и балконом. Под домом был подземный гараж, возле которого стояли две дорогие машины: серебристый “Бентли” и чёрный “Порше Кайен”. Вокруг дома росло большое количество цветов и кустарников, от которых исходил нежный, насыщенный аромат.

«Вот чем пахнет куртка Эмиля» - озарила меня догадка.

Не думала, что в наше время так живут лесники. Мне представлялся небольшой деревянный сруб, в густом, непроходимом лесу, а рядом собачья будка. Ну да, чего я хотела, мы живём в двадцать первом веке и лесники сейчас другие.

Председатель нажал на клаксон, в надежде, что нас услышат и кто-нибудь выйдет из дома. Но никто из людей не вышел, кроме большого лабрадора, который виляя хвостом, подбежал к председателю, узнав его.

- Привет, привет, Барт. Хозяева-то дома? - он дружески потрепал собаку по загривку.

Пёс запрыгал на месте, как будто хотел что-то сказать. Потом он подошёл ко мне и настороженно стал обнюхивать. Я стояла, не шевелясь, боясь, что пёс меня неправильно может понять и укусит.

- Не бойся, погладь его, он не кусается, - подбодрил меня председатель.

Я протянула руку и осторожно погладила пса по голове. Он обнюхал мой пакет, в котором лежала куртка Эмиля и, узнав знакомый запах, весело завилял хвостом, лизнув мне руку.

- Ну, вот вы и подружились, - засмеялся Пётр Петрович. - Постой тут, пойду, посмотрю, кто есть дома, - и он исчез в дверном проёме.

Я стала бесцельно бродить по двору, рассматривая цветы, росшие у высокого крыльца.

«Как я ему скажу, что я думаю о нём? - думала я, переходя от одного цветника к другому. Кому скажешь, что Эмиль лель, на смех поднимут. А вдруг я ошибаюсь? Нет, не может быть, слишком много необычных совпадений», - я терзала себя сомнениями, кусая нижнюю губу.

«С чего начать разговор? Может в ходе беседы с Эмилем я пойму, кто он на самом деле? Надо взять себя в руки и не нервничать. А может он меня и слушать не захочет, подумает, что я сумасшедшая» - как бы то ни было, я хотела знать правду о нём.

За своими мыслями, я не заметила, как зашла за дом и теперь стояла под ветвями деревьев, на небольшой тропинке, ведущей к постройкам за домом. Вдруг я почувствовала, как чья-то рука легла мне на плечо. Я резко обернулась и охнула, передо мной стоял Эмиль и улыбался. Он был в бриджах, заправленных в высокие сапоги, кожаная куртка, с множеством карманов и молний, плотно облегало его стройное тело, на голове жокейский шлем, в руках он держал стек и уздечку. От неожиданности, я подалась ему навстречу и наступила ему на ногу.

- Ой, прости, - отскочила я назад, но он как будто, не почувствовал этого.

- Пустяки, не обращай внимания, мне не больно, - сказал он, и улыбнулся мне самой обворожительной улыбкой.

Мы так растерялись, от такой неожиданной встречи, что даже не поздоровались друг с другом, но в данный момент мы даже этого не заметили.

- Как ты здесь оказалась?! Я не ожидал такой встречи с тобой!

О, его голос, был подобен журчащему ручейку. Он говорил мягко, а в его глазах, я заметила радость от нашей встречи.

«Уже неплохо» - отметила я про себя.

- Пётр Петрович - председатель, привёз меня сюда, - смущаясь, ответила я.

- И чем была вызвана эта поездка, позвольте узнать, мисс? - шутливо спросил он.

- Я куртку забыла тебе вернуть, вот решила исправить свою ошибку, - я протянула ему пакет.

Он взял его.

- Очень любезно с твоей стороны, но могла бы её себе оставить.

- Но ты мне её не дарил, а забыл, поэтому я сочла нужным её тебе вернуть. Я вижу, ты увлекаешься конным спортом? - я кивнула на уздечку, которую он держал в руке.

- Спортом - сильно сказано, мне просто нравится кататься на лошадях. У нас в конюшне есть несколько неплохих коней и одна лошадь, и я иногда катаюсь. Ну, раз ты приехала ко мне, пошли в дом, я чем-нибудь угощу тебя, - протянул мне руку Эмиль, кивком головы приглашая в дом.

Мы вернулись во двор, где стоял председатель, озираясь по сторонам, так как в доме он никого не застал. Увидев нас, он всплеснул руками:

- Эмиль, где твой брат?! Мы договорились встретиться с ним сегодня.

- Извините, Пётр Петрович, Вильем срочно уехал в город. Но вы не волнуйтесь, я в курсе ваших дел и помогу загрузить вам машину.

- Ну, раз так, хорошо, давай. Видишь, какую гостью я тебе привёз. Рад? - он кивнул в мою сторону, подмигнув Эмилю.

- Очень рад! Большое спасибо, Пётр Петрович, - Эмиль по-дружески похлопал его по спине, а затем повернулся ко мне: - Наташа, пойдём, я отведу тебя в дом, подождёшь меня там, а мы пока с Петром Петровичем машину загрузим, - Эмиль взял меня под локоть и повёл в дом по широкой лестнице.

Мы вошли в просторный вестибюль. По обеим сторонам стен, стояли небольшие диванчики для посетителей, а на полу лежал светло-коричневый ковёр, в тон со стенами. На высоком потолке висела большая, круглая люстра. Из вестибюля мы попали в гостиную. Она была настолько большая, что в ней могли разместиться человек двадцать. Большие окна занимали почти все пространство стен, отчего в гостиной было много света. На одной из противоположных стен висел большой телевизор, под которым разместилась стереосистема, с двумя стеллажами дисков. Посреди гостиной, стоял большой угловой диван, а возле него журнальный стол, заваленный какими-то бумагами. В гостиной также имелось несколько кресел, расставленных вдоль стен. Справа от входа, я заметила камин со стеклянной дверцей и небольшой поленницей дров. Напротив камина стояли два кресла и небольшой столик. На полу, как и в вестибюле, лежал пушистый ковёр. Во всей обстановке чувствовался аскетизм, но я понимала, что эта обстановка очень дорогая, особенно картины, висевшие на стенах.