Ну да и растереть. Умный подобный спам читать не будет, а с дураками я предпочитаю дел не иметь.

– И еще раз здравствуйте, – выскочив из торба как и черт из табакерки, как ни в чем ни бывало произнес я. – Князь.

Никому конкретно и сразу обоим обозначил я поклон. И на этом с расшаркиваниями было покончено.

– Вот, – произнес я протянув каждому клинок. – У меня нет ответа, как выяснить кто из вас кто, поэтому предлагаю выставить это на суд поединком.

Похожие, как однояйцевые близнецы, князья Луки Баранковичи озадаченно посмотрели на оружие и переглянулись. А мне было весело. Весело как тогда, на питерской набережной, Ведь именно тогда я впервые попробовал зелье ЗИЛа.

К моему мрачному неудивлению, никто из них не бросился зарубить другого. Жаль. Так было бы гораздо проще. Необязательно конечно чтобы выжил именно настоящий князь, но проще. Да.

– Чего, бл*дь?! В сумке клей нюхал? – опешила за спиной Пуговка. А через секунду ее пальцы здорово сдавили плечо. – Ты бы еще предложил им разбить на «камень-ножницы-бумага»!

– А это идея, – улыбнулся я, заправляя большие пальцы за ремень. – Ну или в русскую рулетку сыграть. Вот вы, князь, что предпочитаете?

– Охрана! – с ледяной серьезностью щелкнула пальцами Виктория. – Это не граф Ермолов Самозванец! Под стражу его!

– Вика, ты чего? – в жесте примирения я поднял руки.

Делая вид, что не хочу драки, я как бы невзначай показал девушке пузырек из-под зелья. И будь это настоящая Вика, она бы узнала этикетку. Ведь именно с ней и Пуговкой чуть меньше полугода назад мы едва не разнесли набережную Петрограда.

Однако Вика пузырек не узнала. А значит, это была не Вика.

Ну что ж, на подобный поворот событий у меня тоже был план. Хотя «план» – это громко сказано. Так, испачканные о чернильницу пальцы, на которых зависло несколько капель чернил.

– Это же я! Зуб даю! – окончательно доигрывая роль, я изобразил недоумение и затаенный страх.

И это сработало. Лиловым вихрем с вкраплениями зеленых молний Пуговка истаяла в воздухе, чтобы через мгновение воплотиться у меня за спиной.

Одномоментно с этим на шее ощутил холод ее катаны. И укол. Не серьезный, но распоровший парадный мундир, укол короткого танто. В сантиметре от моей печени.

– Шутишь, пупсик? – бархатным голосом прошелестела Эмма. – Ты не Mагнус. Ты мимик и быдло, что сопли о занавески вытирает! Покажи истинное лицо!

Не попросила, потребовала бывшая вампирша.

– Ослабь хватку, шальная, – процедил я сквозь зубы.

И делая вид, что пытаюсь ослабить стальную хватку девушки, продемонстрировал ладонь с зажатым в ней фиалом зелья ЗИЛа. Пуговка все поняла. Ослабила нажим меча и едва слышно прошептала:

– Какой план?

Удивительно, но происходящая меня почти вдвое Пуговка даже не усомнилась в том, что план у меня был. Хех, мне бы ее уверенность.

Изобразив вялую попытку вырваться, я еще раз продемонстрировал ей пузырек и спросил.

– Есть еще?

– С ума сошел? Это же биологическое оружие!

– Так есть или нет?

Эмма на секунду заколебалась, будто решая, стоит признаваться или лучше промолчать.

– Есть. В бокале этой выскочки, – прошипела она и прижимая к себе мечом слегка довернула мое тело.

И я увидел Лилит, а в ее руке – бокал с неестественно красным, почти фиолетовым, вином.

Внутри все оборвалось. На мгновение я представил, что зелье ЗИЛа может сделать с еще не рожденным ребенком, и внутри все похолодело.

– Да я тебя… – источая праведный гнев, зашипел я.

Но замолчал, бросив взгляд на Карину.

Девушка или, вернее сказать, полусуккуба даже ухом не повела. Никакого удивления от происходящего. Для нее происходящее было чем-то не занимательнее театральной сценки. Причем не самой выдающиеся. Будто Карина с самого начала знала, чем закончится второй акт.

А кульминация была уже близка.

– Но сначала… – решительным шагом подошла Виктория и, запустив руку под полы моего мундира, вынула заткнутый за пояс клинок.

Он отличался от тех, что весели на поясах офицеров. Никакого золота, драгоценных камней или магических плетений. Признаться, даже металла в нем и было-то – одно маленькое кольцо темной метеоритной стали. На одну швейную иглу, не больше.

Однако если не все, то многие узнали этот клинок. Описание этого легендарного оружия не оставляло сомнений – в руках великой княжны сербской и титулованной графини черногорской находился тот самый Первый клинок.

Девушка подхватила его двумя пальцами, подняла так, чтобы было видно каждому из присутствующих.

– Первый клинок – Оружие Каина! Милостивые господа, это оружие несомненной мощи. Посему, до окончания расследования, как хозяйка и единственная наследница Дома Бранковичей я прошу присутствующих глав других домов сопроводить меня в сокровищницу и при свидетелях охранять его до конца изоляции.

Ох-хо-хо! А вот это не входило в мои планы. Даже вышибающее логику и рациональное мышление зелье не подсказало подобного варианта развития событий.

С самого появления я вел себя, как быдло. Не, не так. Вел себя, как пьяный пастух со «свистящей флягой». Не то чтобы я такой хороший актер – девяносто процентов проделало со мной зелье ЗИЛа. Однако факт остается фактом. Я панибратски обращался к великим Домам Европы, выдавал полную ересь за стопроцентный план. Черт, даже руки о штаны вытер. И все это представление было только ради того, чтобы как бы невзначай, в гопнической манере продемонстрировать заткнутый под мундиром за пояс Первый Клинок. И дать самозванцу, кто бы он ни был, повод усомниться в том, что я действительно граф Ермолов, а не прикинувшийся Магнусом допплер.

И до последнего момента все шло хорошо. Увидев клинок, Джараксус повелся. Шестерка Каина выдала себя и под благовидным предлогом затребовала оружие. И мне бы радоваться, ведь выявление Джараксуса идет по плану и до развязки рукой подать. Вот только на проверку Джараксусом оказался не один из князей Бранковичей, а Вика. Моя Вика!

А это значит, что… Захотелось сорваться, достать настоящий Первый Клинок и раскроить башку бывшего старосты. Недавно, но кажется совсем давно, когда джараксус носил личность Адама, я считал его другом. Черт, я даже пошел против логики, отпустив его вместе с его любовью. И вот, как в притче и сказано, за наше добро и великодушие к врагам – мы расплачиваемся смертями невинных. И стала сегодня этой невинной жертвой Виктория. Моя Виктория.

Внутри, в подсознании, я кипел, мысленно представляя, как при помощи гремлинского ножа шнурок за шнурком снимаю с Адама его чешуйчатую кожу. Хмель и яд белладонны подливали масла в огонь моей фантазии. А сознание продолжало бесстрастно обрабатывать новые вводные.

Из положительного: Джараксус, он же теперь Виктория, думает, что вернул себе абсолютное оружие. Из отрицательных моментов: он нашел веский повод окружить себя самыми влиятельными людьми Европы. И не только людьми. Даже Карина, как представитель клана Лейнингейн, была обязана сопровождать джараксуса.

Нехитрый расчет возможных сценариев выводил на не совсем радужные перспективы. Когда двери в сокровищницу захлопнутся, шестерка Каина, прикрываясь обликом Вики, захочет воспользоваться первым клинком и окончательно уничтожить глав присутствующих кланов.

Тут, кстати и перекаченная магическим оружием Сербская оппозиция. Протесты перерастут в столкновения, а затем и гражданскую войну, которая за пару суток охватит всю Сербию. И через пару недель разгорится уже по всей Европе.

А это – основание для первой Мировой Магической войны. Междоусобной и беспощадной. На полное уничтожение.

От осознания масштаба и возможных последствий меня будто ударила молния.

Да, в руках Джараксуса лишь реплика. Почти все главы кланов – одаренные и смерть не уничтожит их окончательно. Но от этого не сильно легче. Адам прикинулся моей Викой, и, пусть даже не окончательная, смерть от руки дочери сербского князя – это хороший повод назначить виноватым Луку Драгановича. А вместе с ним и всю Черноруссию.