– Да ты, – завопил шехзаде, от чего его ломающийся голос сорвался на петушиный визг.
Рука молодого султана потянулась к украшенным ножнам сабли. Моя сабля, не такая кривая и богатая, тоже была при мне. И, по идее, я должен ответить на нечаянную, но неотвратимую дуэль. Но нет. Убийство на собственной помолвки не входило в мои планы.
Молодой шехзаде замахнулся, намереваясь разрубить меня от плеча до паха, парень вложил в удар все силы. Было видно, как в желании преодолеть пропасть между ним и одаренными, Мурад отлично овладел фехтованием. Даже мне, неискушенному в дуэльном деле, был заметен опыт мальчишки.
Как я уже сказал, убивать напичканного гормонами мальчишку – не входило в мои планы. Умирать, кстати, тоже. Поэтому подскочив к Мураду на пяток шагов, я отгадал время, когда мальчишка изготовится к удару, а затем подцепил носком свободный стул его папеньки и, не сбавляя хода, швырнул его вперед.
Мурад не сплоховал. Его сабля тоже. Гнутая и явно дорогая мебель разлетелась, не выдержав сабельной атаки. Но своего я добился – оружие противника смотрело вниз. Конечно, молодой Султан мог поймать меня на противоходе, развернуть острие и сделать взмах вверх. Но древесная пыль и мягкая набивка сидения не позволили ему разглядеть, как сквозь щепки и воздушные облака синтепона мой кулак метит в его челюсть.
– Да бл*!!! – сорвалось с губ, когда костяшки пробороздили по зубам шехзаде.
Было больно. А вот моему визави… Чувствуют ли боль при нокауте? Не знаю. Когда меня обычно вырубают, темнота приходит как спасение. Наверное, для Мурада тоже.
Но потом, когда парень очнется, ему будет сто крат хуже. И дело даже не в челюсти, которую абсолютно точно я либо выбил, либо сломал. Дело в посрамлении чести и неподобающем поведении. Мало того, что мальчишка спровоцировал жениха дочери хозяина, так еще и взялся за оружие! С точки зрения этикета – это нонсенс! Если даже не отлучение от двора и высшего света, то султану Замиру, чтобы загладить урон части сына, придется сильно попотеть.
Как? Не знаю. Возможно, отгрохает семиэтажный небоскреб для сирот и для нуждающихся. Или снарядит сына в экспедицию, куда-нибудь в неизведанные дебри Нидавеллира. Где мальчишка найдет славу или погибель. Не знаю. Мне все равно. Но одно точно: завтра каждый желтый таблоид Европы будет трубить о произошедшем. И мое назначение и помолвка будут совсем не главной новостью.
Тем временем Мурад продолжал лежать, улыбнувшись лицом в ковролин, и помочь ему явно никто не собирался.
– Ну что вы, как не христиане, ей-богу! – закатил я глаза. – Поднимите молодого шехзаде на ноги! Приведите в чувство и дайте воды! А еще, – я повернулся к Луке Драгановичу. – князь, прошу прощения за беспорядок. Но…
– Магнус, внимание! – в наушнике прозвучал голос отца. Как безопасник клана даже сейчас он не отринул обязанности. – В мужском туалете третьего этажа Вампир и Швабра обнаружили султана Замира. Без сознания.
– Гадство! – выругался я, чем вызвал удивление на лицах Луки Драгановича. – Князь, кажется, моя перепалка с шехзаде Мурадом не главная наша проблема.
Одновременно с этим я активировал золотые глаза. Зачем? Не знаю. Скорее это произошло на автомате. За последние пару месяцев я выработал стойкую привычку подрубать их в любой ситуации. У моих гремлинов затроил двигатель? Давай посмотрим на его работу через золотые глаза Ньёрда! У Вики пропал ее Бич Укрощения? Так вот же он! Лежит в холодильнике в отделе для яиц!
Во-первых, это постоянная тренировка навыка. А во-вторых, почти абсолютное зрение на триста сорок градусов с возможностью даже сквозь невидимость видеть ауру одаренных.
Вот и сейчас за спиной, на самом краю слепого пятна, я заметил неладное. Кривая и богато украшенная сабля шехзаде пошла рябью. И я узнал это изменение. Так вскрывается морок иллюзий обмана. Но кому придет в голову маскировать что-то под оружие? Зачем? Это ведь глупо! Если только за золотом и дамаском сабли не прячется другое, гораздо более опасное, оружие!
Вырубленный мною шехзаде уже очнулся. Перестав прикидываться ветошью, рванул к своей странной сабле.
Я сделал тоже самое, но Мурад был ближе. Когда его пятерня схватила рукоять изменяющегося клинка, я решил не рисковать и что было сил ударил каблуком по запястью Мурада.
По моим прикидкам этот удар как минимум должен был сломать кости не в меру воинственного шехзаде. Однако этого не произошло. Вместо возгласа боли Мурад зашипел, хищно оскалив пасть. Да и Мурад ли? Лицо паренька вытянулось, а кожа вокруг рта потрескалась, обнажая пасть полную игл-зубов.
– Адам?! – вытянулось мое лицо, когда в буйном, но немного потешном сыне султана я узнал старосту-джараксуса.
– Привет Магнус. – Его змеиный язык облизнул тонкие губы. – Умереть не хош?
Сбрасывая человеческую кожу, староста из прошлой жизни не отрывал от меня янтарно-желтых глаз.
Ну почему он здесь? Зачем? Ведь раса джараксусов – это черная метка! Первые и истинные, созданные самим Каином, вампиры отличались от нынешних слащавых метросексуалов, как волкодавы отличались от остриженных болонок. В средние века за одни только подозрения в связи с джараксусом сжигали целые города. И сейчас я бы не сказал, что это было чрезмерной жестокостью. Выводцы и любимые дети Каина всегда были творцами его воли и любимым оружием.
Раньше всего этого я не знал, а потому проявил мягкосердечие, отпустив Адама с его беременной спутницей. Но второй раз я не мог пойти на подобное.
Перенеся вес тела на ногу, что прижимала руку джараксуса, я что было сил ударил другой Адама в лицо. Джараксус относился к реликтам, и его силы были несоизмеримы с силами простого человека. Я за последние несколько месяцев немного прибавил в уровнях и мастерстве. Змееподобная голова Адама едва не оторвалась от силы моего удара, однако нокаутом, как в прошлый раз, здесь и не пахло.
Но оно и понятно. Джараксус это даже не доплер, который копирует лишь облик. Истинный прародитель-вампир буквально становится поглощенной жертвой. Внешность, уровень, повадки, даже поверхностные воспоминания – для джараксуса буквально не остается тайн о своей жертве.
Приняв личину шехзаде Мурада, джараксус принял и его неодаренность. Именно поэтому подмену не заметили ни охранные артефакты, ни даже сам султан Замир. И именно благодаря этому пару минут назад мне удалось его вырубить прямым в бороду.
Но сейчас Адам вернул себе истинное лицо и уровни. Пятьдесят четвертый… Казалось бы, против половины одаренных в зале, в том числе и меня, его уровень, что называется, не танцевал. Но не стоило обманываться. Джараксус – это реликт. Как дракон, виверна или Копилка – скальный тролль ЗИЛа. А это означает наличие многих неприятных особенностей, из-за которых уровень реликтов можно смело множить на четыре или пять.
Легкое, даже ленивое движение вооруженной рукой и я, думавший что плотно припечатал ее каблуком к паркету, лечу задницей на тот самый паркет. Всего одно мгновение, и вот мы поменялись местами, и теперь уже Адам навис надо мной. А сабля в его руке превратилась в… Первый Клинок!!!
И тут я испугался. Нет, я не впервые стоял на краю, но раньше все происходило спонтанно и зачастую понимание, что я разминулся с костлявой, приходило гораздо позже. После боя. А вот сейчас…
Передо мной стоял джараксус, противостоять которому вряд ли может кто-то в этом зале. А в его руках легендарный Первый Клинок, одно касание костяного лезвия которого убивает даже одаренного. И нет сомнений в том, что Адам пришел именно за мной.
– Каин передает привет? – облизав в момент высохшие губы, произнес я.
– Прости, Магнус, я не хотел. Но…
Будто извиняясь, Адам пожал плечами.
– Ну да. Понимаю. Работа такая, – нервно усмехнулся я.
Адам слегка кивнул, будто благодаря за последние слова, и атаковал.
Спрятанный рядом с нательным крестиком Амулет Черного Солнца ожег кожу и разлетелся. Многозарядный артефакт блокирующий небольшое количество входящего урона просто не выдержал силы Первого Клинка. Однако я не умер.
