Значит, дело было в чём-то ещё.

Дух мести… в него превратился медведь, которого великан и убил. Причём, ритуально. Если верить Голосу Святилища духов, это было жертвоприношение.

— А великаны приносят жертвы?

— Да кто ж их знает, — Дарен вяло пожал плечами. — С ними из всей деревни только старик наш общался, когда поднимался в горы, да бабка-травница, лет десять назад зашла как-то на их землю.

— Почему ты спросил, про жертву? — Весна покосилась на меня.

— Потом, — я кивнул на рану Дарена. — Перевяжи его, для начала.

Следующие пару минут я пошагово объяснял Весне как правильно перевязать рану, а иногда и помогал ей левой рукой. Получилось сносно, для первого раза.

— Сейчас ему лучше никуда не идти, — сказал я, глядя на быстрое темнеющее синее небо. — Далеко до деревни?

— Нет, — ответила девушка, не сводя с меня глаз. — Полчаса или час.

— Тогда подождём, пока кровь остановится снова. Потом дойдём.

— Варадар, у меня есть к тебе вопросы, — сказала она.

— Они подождут.

Весна поджала губы, но кивнула.

Через несколько минут кровотечение остановилось и мы продолжили путь. В тишине.

Только изредка останавливались по моей команде, чтобы Дарен немного отдохнул. Ему было тяжелее с каждым шагом. Весна тоже выглядела вымотанной.

Так что я поддерживал Дарена, а во время перерывов протаптывал часть пути вперёд. Я всё ещё чувствовал себя бодрячком. Несмотря на то, что, порой, чуть ли не тащил на себе слабеющего парня.

Когда тьма полностью захватила небо, идти стало сложнее. Мы не использовали никакого освещения, ни факелов, ни лучин. Потому что создание потребовало бы времени и сделало бы нас крайне заметными в ночном лесу.

Но нам повезло: яркий полумесяц луны освещал снежный покров под ногами, так что, в целом, мы видели куда ступаем.

А потом я увидел во тьме между деревьями искру. Яркую и синюю. Она мелькнула метрах в двадцати впереди, отчего я сразу остановил наше движение.

Получен духовный опыт: 1.

Получите ещё 41/250 духовного опыта, чтобы перейти на четвёртый уровень Пути Шамана.

Система, что это было?

Остаточная Яра.

Рекомендация: для выяснения подробностей изучите источник остаточной Яры поближе или взгляните из духовного тела.

— Стойте здесь, — сказал я.

— Ты что-то увидел, да? — Весна уставилась на меня пытливым взглядом, будто ждала этого самого момента.

— А ты что-то знаешь?

— Там обереги дедушки — защитный пояс деревни. Они отпугивают злых духов, духовных зверей и оберегают деревню от врагов, — ответила она. — Ты их видел, да?

— Почти. Идём, — бросил я. — Чем быстрее дойдём, тем лучше будет для твоего брата. Он скоро вырубится.

Мы прошли рядом. Я лишь вскользь взглянул на источник той самой искры. Во тьме было сложно рассмотреть, но я увидел, что это была деревянная дощечка, с вырезанными на ней не то словами, не то знаками. Без подробностей.

Система, анализ.

Обнаружен духовный амулет: «Предупредительный оберег».

Уровень качества: 1 (ничтожное).

Эффект:

Создаёт вокруг себя поле из духовной Яры. Имеет слабый эффект запугивания. В случае приближения чужака, передаёт предупредительный сигнал хозяину амулета (не установлен).

Амулеты… интересно, почему вокруг деревни они висели, а вот для внуков старый шаман их сделать не удосужился?

Может, потому что проку от них особого не было? «Ничтожное» качество — это как-то совсем уничижительно.

Вскоре впереди, между деревьев, показались оранжевые огни. Уже близко.

Через несколько минут мы вышли из леса, оказавшись у подножия большого холма. Перед нами — склон. А на самом холме — тёмная линия частокола и россыпь уже увиденных огоньков. Вокруг каждого угадывались тёмные очертания бревенчатых домов, похожих на древнерусские срубы.

За холмом, на фоне, мрачно возвышались горы — огромные чёрные тени, местами покрытые снегом.

— Дошли… — выдохнула Весна. — Слышишь, Дарен?

Он что-то насмешливо промычал в ответ.

— Идём, — я поудобнее подхватил его под плечо и двинулся вперёд.

Последний подъём был бы для Дарена самым непростым. Так что Весна убежала вперёд, чтобы привести подмогу, а мы остановились в самом начале склона, не доходя даже до первых домов.

— Чудной ты, желтоглазый, чудной… мог ведь на нас великана повести, тебе б было проще, — едва слышно сказал Дарен. — Но нет же, и тут отвёл от нас беду, пёс тебя знает, почему… Знаешь, я теперь за тебя всем рожи бить буду. Кто чё вякнет — сразу ко мне иди, живо накостыляю, для ума-разума… Только оклемаюсь чуть…

— Я запомню, здоровяк, — кивнул я. У окраин деревни показался огонёк факела, приближающийся к нам. За ним следовало несколько человеческих фигур. — А сейчас держись, ты почти дома.

— Угу…

Через пару минут к нам подошли трое крепких мужчин. Широкоплечие, бородатые, они стреляли в меня хмурыми и очень недружелюбными взглядами. Все похожие, только один был заметно старше остальных, с проседью в густой бороде. Наверняка — отец, а остальные — его взрослые сыновья.

Тем не менее, они без разговоров подхватили Дарена под плечи и потащили вперёд. Весна всё время суетилась вокруг них, но не отвлекала лишними разговорами.

Только старший из мужчин остался. Он сурово и долго смотрел на меня, будто пытался понять, что у меня на уме.

Я спокойно смотрел в ответ.

Мы стояли вдвоём.

— Шаманова внучка сказала, что ты речь вспомнил. Правда это? — пробасил он наконец.

— Правда, — ответил я.

— Ага, правда значит, — повторил он, хмурясь ещё больше. Ещё несколько секунд паузы. А потом он то ли увидел, что хотел увидеть, то ли ему надоели наши гляделки. — Идём тогда, что тут зад морозить. Только сразу говорю: дуростей не твори, у меня рука тяжёлая.

— Договорились, — произнёс я и мы двинулись за остальными.

Дарена дотащили до крайней избушки деревни. Рядом с ней была широкая поленница, полная дров. Плотно закрытый сарай и несколько чурбаков, на которых, вероятно, кололи дрова. Неподалёку, лежали несколько брёвен и ещё необтёсанных еловых стволов.

Лесорубы. Вот кто здесь жил.

Мы с мужчиной зашли в дом последними.

В тепло. Первое настоящее тепло, которое я ощущал после ухода от нашего костра в лесу. В нос сразу ударил густой запах свежей похлёбки, чьё бульканье доносилось из растопленной печи.

Слюна сразу наполнила рот, а в животе заурчало от голода. Даже не думал, что настолько хочу есть.

Помимо ароматов пищи, внутри стоял запах топлёного жира, которым заправили глиняные лампы — по сути, блюдца, в которых горел кусок ткани в жиру. Ещё пахло горящей хвоей. Рядом с печью лежала растопка в виде сушёных иголок и веток.

Под потолком висели пучки высушенных трав, а над печью — пара кусков копчёного мяса.

У стены стоял широкий и добротный деревянный сундук. Рядом с ним — угол, где на полке находился глиняный горшочек и три деревянные фигурки-идола, изображавшие: медведя, дерево с лицом, а также улыбчивого старичка с растрёпанными волосами.

Вокруг них едва-едва мелькнул ореол знакомой духовной Яры. Но настолько слабый, что даже Система никак на него не отреагировала.

Статуэтки духов-покровителей дома и семьи. Очевидно.

Братья уложили Дарена на широкую скамью. Затем один из них оделся и покинул дом, видимо, чтобы оповестить кого-то из деревенских. А раненым занялись жительницы дома — женщина и молодая девчушка, примерно ровесница Весны. Видимо, мать семейства и дочка.

Когда я только зашёл, они настороженно уставились на меня. Но, получив кивок от главы семейства, продолжили ухаживать за Дареном.

Я внимательно следил, что они делали. Но, на удивление, они всё делали правильно: аккуратно сняли повязку, промыли рану растопленным снегом и, сами, напоили парня свежей водой из глиняного кувшина.