— Киран? — спросила я, с явным подозрением.

— Да, это я, — подтвердил он, широко улыбаясь и разводя руки в стороны, словно предлагая восхищаться его великолепием.

— ТЫ!!! — прорычала я, угрожающе указывая на него дрожащим пальцем. Лицо мгновенно перекосилось от ярости, в голове бешено застучало, а рот открылся для потока нецензурной брани. В этот момент я, скорее всего, выглядела как самая настоящая злобная ведьма, готовая обрушить на своего обидчика весь ад земной.

Естественно, сияющее выражение лица молодого бога моментально исчезло, сменившись растерянностью и испугом. Рядом второй бог, судя по всему, младшенький — Айварс, застыл с раскрытым ртом, видимо поражённый дерзостью простой смертной, позволившей себе столь грубое обращение к божественным особам.

Вы что же, друзья, думали, я тут буду петь вам дифирамбы? — ядовито подумала я, кипя от злобы и начиная угрожающе двигаться в их сторону.

— Елизавета, попрошу тебя успокоиться. — запричитал Киран, в попытке призвать меня к порядку, но в целях безопасности начал отступать от меня на безопасное расстояние. — Мы пришли с миром. Честно.

— Что это ты тут притворяешься белым и пушистым? — огрызнулась я, сердито сверкнув глазами. — Я отлично помню вчерашний день, когда ты без спроса копался в моей памяти, словно шаловливый подросток в чужой сумке.

— Да что ты перед ней сюсюкаешься?! — вспылил младшенький. — И это перед этой человечкой мы должны извиняться? Она даже не оказывает нам должного почтения и уважения.

— А за что я вас должна уважать, стесняюсь спросить? — саркастично ухмыляясь, осведомилась я, вытянув шею.

— Я бог! — раздражённо вскричал он.

— И? — сухо отзеркалила я, вздёрнув бровь. — Что ты сделал, что бы я тебя уважала?

— Я создал этот мир!

— И чуть не угробил его! — презрительно заметила я, не давая ему насладиться триумфом.

— Да как ты …! — божок явно уже был на грани и готов кинуться на меня.

Нас растащили по разные стороны друг от друга. Разъярённого бога войны удерживал его старший брат, а меня Эван, пряча за своей спиной и тихо пытался призвать к разуму и порядку. Наверное, всё-таки не стоило быть такой дерзкой, по отношению, к божественным персонам, но меня уже несло.

— Айварс, прекрати пожалуйста. — прервал его Киран. — Ты помнишь, за чем нас сюда отправили?

— Я не стану перед ней извиняться! Это всё из-за неё! — орал он, конкретно выходя из себя и тыкая в меня пальцем.

— Айварс, нас сослали сюда из-за нашей ошибки! Из-за того, что мы нарушили небесный закон.

Оказывается, строгие божественные родители решили наказать своенравных детей и сослали их на Таглар. Теперь они вынуждены провести определенное время среди обычных смертных, лишённых своей мощи и особых привилегий, оказавшись в стесненных условиях человеческого существования.

Теперь понятно, откуда столько ярости у младшего бога. Я бы тоже вела себя точно так же. Оказаться вырванным из привычной среды обитания, потерявшей магические способности и могущество, да ещё и оказаться среди низших существ — это испытание невероятно тяжёлое. Более того, их обязывают извиниться перед обычной смертной девушкой, той, из-за которой всё это и произошло, что является настоящим ударом по гордости и самолюбию.

А ещё новостью для меня стало. То, что моё предназначение, по отношению к Левайну уже свершилось. Так что мир спасён, а Доби свободен! На мой вопрос — в чём же заключалось это предназначение, Киран лишь развёл руками, это не было известно даже им. Главное, что оно свершилось.

Обсудив все вопросы, взаимно извинившись друг перед другом и распрощавшись на, относительно, доброй ноте, мы разошлись, каждый в свою сторону. Вместе с этим встратым предназначением, у меня с души, словно гора свалилась, даже дышать стало легче. Но откуда не возьмись, появилось иррациональное чувство вины, за то, что из-за меня так жестоко наказали двух юных богов. Если бы я не артачилась сразу, то им бы не пришлось вмешиваться и нарушать их законы.

Ещё сегодня утром, за вчерашний выверт я готова была им выцарапать их божественные глазюки, а теперь мне их жалко. Вот так парадоксальность женской натуры вновь доказала свою непредсказуемость и уникальность.

— Меня иногда поражает твоя отчаянная безрассудность. — вдруг произнёс Эван, когда мы уже ехали обратно. — Так вести себя с богами…

— Тоже мне боги… — недовольно хмыкнула я в ответ. Хотя отлично понимала Эван прав, я сегодня вела себя в крайней степени не разумно. — Два легкомысленных эгоиста с манией величия и юношеским максимализмом.

— Да в масштабах вечности, они ещё действительно юнцы — всего-то больше двух тысяч лет каждому. — усмехнулся муж, а я от озвученных цифр присвистнула. — Но Лиз, что бы ты там не думала, они в первую очередь боги. А конкретно Айварс создал этот мир и всё то, что нас сейчас окружает и пусть не очень умело, но как мог сохранил, всё что создал. Не бросил на неминуемую погибель, свой неудавшийся проект, а теперь всеми силами пытается сохранить это всё и дать нам всем достойную жизнь. Поэтому не стоило так.

— Да я уже поняла, что была не права и излишен резка. — согласилась я, смущённо потупив взгляд, свои ошибки признавать всегда трудно. — Просто мне пока что сложно это всё осознавать. Там в моём мире верят всего в одного бога и представляется он несколько иначе, да и то я никогда не была особо верующей. А тут… Они ведь чисто внешне и правда мальчишки и их поведение, их восприятие… всё как-то не соответствует моему представлению о божественном. Пожалуй, вот только сейчас я по-настоящему начинаю осознавать, весь масштаб задницы в которую меня угораздило угодить. Сначала я всё отрицала, мне казалось, это всё не по-настоящему, что это всё какая-то глупая шутка или бредни старого безумца, потом меня обуял гнев, за то что меня втянули в это всё, не спросив при этом моего мнения, по этому поводу, потом я пыталась торговаться сама с собой и вот только сейчас у меня начинается стадия принятия. И я честно понятия не имею, как всё исправить.

— Все мы, и боги в том числе, имеем свойство совершать ошибки, главное, что бы каждый вынес из этого урок и сделал правильные выводы. — приобняв меня, мягко произнёс муж. — Ты не хочешь прогуляться? Я хотел бы тебе показать одно место.

— С удовольствием. — согласилась я. Сейчас не помешает немного отвлечься.

С каким-то радостным воодушевлением Эван изменил маршрут движения и наш транслант тут же помчал в обратном направлении, снова куда-то на юг. Я так полагаю в эльфийские земли. Я там была лишь раз, когда мы знакомились с его родителями. В тот раз мы особо ни где не были и видела я мало, но даже этого мне хватило. Меня поразило как эльфийский народ филигранно объединил научный прогресс и природу.

Аларион раскинулся на живописных холмах, словно нежная паутина, сотканная самой природой. Высокие башни устремляются вверх, изящно переплетаясь ветвями гигантских деревьев, чьи кроны касаются облаков. Их стволы украшают серебристые ленты светящихся волокон, несущих энергию ветра и света.

Здесь каждый дом напоминает цветок или лист, вырастающий прямо из земли. Из окон домов струятся тонкие нити зеленого свечения — энергия растений, переданная через биоэнергетические панели. Вода стекает прозрачными потоками по стеклянным каналам, наполняя фонтаны удивительной красоты, превращая воздух в легкий аромат влаги и свежести.

Серые или сумеречные эльфы, больше тяготеющие к науке и знаниям, но при этом не утратили связи с природой. Они словно мост между двумя мирами: рациональным и природным. Их название говорит само за себя — сумеречные. Сумерки — это пограничное время, между днём и ночью, между светом и тьмой. Эти эльфы воплощают в себе баланс и гармонию, соединяя противоположности и находя красоту в их единстве.

Транслант примчал нас на общественную транспортную станцию, выйдя из которой мы действительно оказались в одном из эльфийских городов, судя по оживлённости это Аларион — их бывшая столица.