Ты… Когда я увидела тебя в живую испытала просто священный трепет. Такой большой, я бы даже сказала могучий, сильный и не только физически… Твоя внутренняя сила пробивается сквозь внешнюю оболочку. В тебе чувствуются жизненный опыт и мудрость, которые тебе дались не просто так. Видно, что в этой жизни тебе пришлось многое пережить, через многое пройти. И несмотря ни на что ты продолжаешь твёрдо стоять на ногах. Знаешь, у нас на земле есть такая фраза «за мужем, как за каменной стеной», вот с тобой я чувствую себя именно так. Я уверена, что с тобой мне не грозят никакие жизненные трудности, ты закроешь меня от всех бед и несчастий, всегда спасёшь меня, даже если придётся спасать от меня самой. Ты ассоциируешься у меня со словом — надёжный. А ещё хоть ты и строишь из себя сурового, брутального, всегда предельно серьёзного дядьку, я помню каким ты можешь быть нежным, трепетным, мягким. — Я пересела в соседнее кресло, взяла его большую шершавую руку в свою и доверительно заглянула в глаза. — Я тогда всё слышала, и всё чувствовала и мне было несказанно приятно твоё присутствие, твоя забота, твоя ласка, мне как-то даже легче становилось, от твоих лёгких поглаживаний, по моей многострадальной голове.

— Ты всё слышала? — напряжённо спросил Аган, выхватив из всего что я сказала, только одно...

— Да всё. И про твою семью. — подтвердила я. — Мне очень жаль. Правда. Но их уже, к сожалению, не вернуть, а тебе нужно жить дальше и по возможности счастливо. Я не говорю, что их нужно забыть, выкинуть из памяти, словно и не было, но и на своей жизни крест ставить не стоит. У тебя теперь есть я, Эван, Саргат, Хано, а потом у нас будут дети…

— Я не об этом. Разве тебя не беспокоит тот факт, что у меня уже была семья? Что я не смог её сберечь? — Аган смотрел на меня с неверием.

— В жизни каждого, всякое может случиться, далеко не всё зависит от нас. Это твоё прошлое. У меня тоже есть своё прошлое. Прошлое нужно оставлять там позади и строить будущее. Наше общее, светлое, счастливое будущее.

— Я так долго был один, так долго считал, что уже никому никогда не буду нужен. Ведь в нашем мире огромный выбор, более удачных кандидатов в мужья, моложе, красивее меня и без "прошлого", что я до сих пор не до конца верю в происходящее.

— Ну и зря. И вообще, с чего ты взял что ты не красивый?

— Из-за шрамов. — с самым серьёзным лицом ответил муж, словно это непреложная истина.

— Боже мой, какая глупость! — возмутилась я. — Может быть для ваших местных женщин, пресыщенных мужским вниманием и красотой это действительно так. Но у нас на земле есть такая поговорка "шрамы украшают мужчину". Лично для меня это показатель твоей силы духа, что ты через многое прошёл, но не сломался. Ты очень красивый. У тебя истинная, мужественная красота, которая заставляет трепетать моё сердечко.

— О боги, дожил! — счастливо. Искренне счастливо усмехнулся Аган. Пожалуй, я в первые видела его таким, открыто по-настоящему улыбающимся. — Это я должен осыпать тебя комплиментами, рассказывать, как ты прекрасна, как своей красотой ты освещаешь целый мир вокруг себя, какая манящая у тебя улыбка, как совершенна твоя фигура, твои ясные глаза, словно драгоценные лаварамы. Просто смотреть на тебя, любоваться тобой — одно удовольствие, разговаривать и слышать, твой волшебный голос — другое… Даже представить не могу, что-то большее…

— Зачем же представлять, если можно… — как завороженная начала я шептать, соблазнительным, как мне казалось, голосом.

— Лиза прошу, не нужно. — остановил меня Аган. — Не искушай меня. Ни ты, ни я к этому ещё не готовы. — Я горестно вздохнула, стыдливо опуская глаза. Но вынуждена признать, Аган прав, ни он, ни я к этому морально не готовы. Что ж я веду себя как сучка течная? — Давай ложиться, уже глубокая ночь.

Муж порывисто встал с кресла и стянул с себя рубашку, оставаясь в одних лёгких штанах. О боги! И кто кого искушает? Это идеальное тело создал гениальный, искусный скульптор, не иначе. А не менее гениальный художник дополнил его росписью замудрённых татуировок. Не знаю кто как, а я всегда тащилась от брутальных, накачанных, татуированных мужиков. Что бы не доводить до греха, ни себя, ни Агана, быстро обогнула кровать и улеглась на свою сторону, практически с головой зарываясь в одеяло, крепко зажмурив глаза. Я почувствовала, как прогнулся матрас с другой стороны и всё... Больше ничего не произошло... Он даже не додумался меня обнять! Ну что могу сказать: "Акела промахнулся!" Повернулась к нему и в своих лучших традициях, закинула, практически всю себя на его резко напрягшееся тело.

— Лиза. — укоризненно прошипел муж, пытаясь вернуть меня к порядку.

— Спи. — спокойно скомандовала я, и даже не подумала сдавать своих позиций.

Рано утром, когда тусклые солнечные лучи только-только начали пробиваться сквозь запахнутые шторы, Аган зашевелился, пытаясь по-тихому ускользнуть с кровати. Сбежать решил значит, стервец?!

— Ты куда? — Сонно прошамкала я, укоризненно взирая на него одним открытым глазом, второй открываться отказывался.

Сначала чародей замер, как сурикат в надежде, что его тактическое отступление останется незамеченным, но поняв, что его рассекретили, соскочил с кровати, уже не скрываясь.

— Прости что разбудил. Я пойду потренируюсь. — произнёс он шёпотом. — А ты спи пока, рано ещё совсем.

— Мммгы — промычала я невнятно и снова уронила голову на подушку, намереваясь и дальше смотреть красочные сны — как правило весьма дурацкие, на грани абсурда.

В следующий раз меня разбудил шаловливый поцелуй в нос и лёгкие поглаживания по моему бедру. Снова открыв только один глаз и морщась от яркого солнечного света, я лицезрела до безобразия счастливую моську ирлинга, что нависал надо мной непозволительно низко. Тут ещё большой вопрос, что меня ослепило больше, яркое утреннее солнце, а точнее два, или широкая, лучезарная улыбка Хано?

— Доброе утро звезда моя. — прошептал он томным голосом и легко коснулся моих губ своими.

Ирлинг отстранился нарочито медленно, отслеживая мою реакцию. А я то ли ещё не до конца проснулась, то ли не особо-то и против была, не успела в себе разобраться, как на мои губы тут же набросились, уже далеко не с целомудренным поцелуем. Хано облизнул мою нижнюю губу, слегка прикусил её вызвав мой судорожный вздох, а потом совершенно бесцеремонно, вторгся своим языком в мой рот, хозяйничая там как у себя дома. Его поцелуй был жадный и ненасытный, но одновременно с тем, нежный и трепетный. Я не знаю, как ему удаётся это сочетать, но целуется он потрясно, сразу чувствуется опыт. Одной рукой он зарылся в мои волосы, другой нырнул под одеяло и беззастенчиво шарил ею по моему телу, вызывая сладостный трепет и пробуждая во мне первобытную страсть. Периодически проходя в опасной близости, то у самой груди, то у кромки белья, но так ни разу и не пересёк невидимую границу. Сначала его движения, были лёгкими, дразнящими, но чем дальше, тем более несдержанным он становился, и я с готовностью отвечала ему. Слава Богу у Хано хватило разума и выдержки остановиться.

— Нужно идти на завтрак. — тяжело дыша, уткнувшись мне в район шеи пропыхтел он. — У нас ведь на день много планов.

— Ага. — всё что смог выдать мой ошарашенный разум.

Пока я пыталась собрать себя в кучу на первом этаже раздался какой-то шум, там кто-то активно и громко спорил. Причём если мне не изменяет мой слух, громче всех там звучал женский голос. Что там происходит? Я вопросительно уставилась на Хано, и знаете было весьма забавно наблюдать за быстрой сменой эмоций на его лице — сначала, лёгкое недоумение, потом понимание и в конце паника.

— Неет! — в ужасе протянул муж и тут же сорвался в ту сторону.

Господи, что это за женщина к нам нагрянула, что её так испугался взрослый здоровый мужик? Первая мысль — это, наверное, какая-нибудь бывшая-прибывшая, которой он обещал руку, сердце и небо в алмазах, она поверила, а этот шельмец поматросил и бросил, женившись на другой. Надеюсь, волосёнки мне никто не повыдёргивает. Не теряя драгоценных мгновений, рванула следом, наспех накинув на себя халат. ООЧЕНЬ уж интересно, кто она и что ей нужно?