— Идём в дом. — вырвал меня из моих грёз, голос мужа.

— Идём. — с улыбкой согласилась я. — А ты не устал? — спросила, вспомнив, что ему пришлось, тащить мои не самые компактные телеса.

— Тебя я готов носить на руках всю жизнь.

Дом мне напоминал небольшие футуристичные абсолютно треугольные домики на наших базах отдыха. Внутри он оказался, маленьким аскетичным, но таким тёплым и уютным. Он состоял всего из одной небольшой комнатки, в которой стояла большая двухспальная кровать у стены и явно самодельный камин, сложенный их круглых камней, из-за чего от него веяло теплом невзирая на то что он не был разожжён. Единственным освещением тут было панорамное треугольное окно, во всю стену, которое щедро пропускало свет Аремана и небольшая световая сфера, стоящая на камине и дарящая тёплый, приглушённый свет.

— Лиза, я… — сбивчиво начал Хано, когда, осмотревшись я повернулась к нему.

— Ненужно слов. — покачала я головой и привстав на цыпочки приникла к его губам.

Для него это стало словно спусковой крючок. Он набросился на меня с неистовой страстью, целовал глубоко, жадно, его руки блуждали по моему телу, исследуя каждый его сантиметр, заставляя выгибаться ему на встречу и млеть в его руках. Когда его ладонь сжала мою полную грудь, вызвав во мне возбуждённую дрожь, и мой приглушённый поцелуем стон, Хано буквально зарычал мне прямо в рот словно обезумевший, дикий зверь. Не разрывая поцелуй, он начал стаскивать с себя рубашку, при этом подталкивая меня к кровати. Когда я упёрлась ногами о её край, наконец-то оторвавшись от моих губ, одним слитным движением стянул с меня платье. Его дыхание сбилось, глаза горели жарким пламенем, в котором отражалась я, распалённая его страстью. Не отрывая от меня жадного, горящего взгляда, протянув ко мне подрагивающую руку, он очертил ладонью линию скулы, а подушечкой большого пальца, мою нижнюю губу, которая горела от его поцелуев. Зарывшись рукой в моих волосах и немного сжав их в кулаке, Хано притянул меня к себе и набросился с ещё большей страстью, то целуя, то слегка прикусывая — губы, скулы, шею, плечи… периодически порыкивая, между поцелуями. Аккуратно опрокинув меня на кровать, он сорвал с нас остатки одежды. Оставшись абсолютно обнажённой, перед его откровенным взглядом, я дрожала от дикого возбуждения. Огладив мои ноги, не разрывая зрительного контакта, стал прокладывать дорожку из лёгких поцелуев, от щиколотки вверх по внутренней стороне бедра. Выпустив судорожный, рваный вздох, я закусила нижнюю губу, подрагивая в его руках и продолжая следить за каждым его движением, не в силах оторвать взгляд. Буквально в самый последний момент, он остановился, лукаво глядя на меня и проделал то же трюк со второй ногой, снова остановившись, не доходя до самого чувствительного местечка считанные сантиметры, вызвав мой разочарованный всхлип. Ему явно нравилась моя реакция и заводила такая игра, потому что он продолжил меня мучить, всё больше распаляя своей страстью и откровенными ласками. Нависнув надо мной, скользнув губами по скуле, и обдав меня своим горячим дыханием, прошептал мне на ушко, что-то на незнакомом языке, слегка прихватив зубами кожу на шее, тут же зализал место укуса и поцеловал. Сжимая своей рукой мою левую грудь, сильно, на грани боли, он проложил новую дорожку из поцелуев и спустился к правой груди, обхватив сосок губами, втянув его и слегка оттягивая выпустил с пошлым чмоканьем. Затем не сильно, но весьма чувствительно куснул его, обвёл языком и подул, заставляя его сократиться, а всё моё тело моментально покрылось возбуждёнными мурашками. Тот же фокус был проделан и со второй грудью. Всё моё тело на этот момент уже изнывало от страсти и жаждало решительных действий, а муж не спешил, ему доставляла удовольствие эта извращённая, сладкая пытка. Медленно, неспеша, следя за каждой моей реакцией, Хано начал спускаться к средоточию моей страсти, что уже давно истекало соками. Глянув мне в глаза и явно прочитав там что-то не доброе, он больше не стал меня мучить и приник губами к чувствительной горошинке. От остроты ощущений, моё тело тут же прострелило миллионом разрядов, маленьких молний. Муж то водил своим языком между мох складочек, то посасывал клитор, потом ещё добавил свои умелые пальцы, он творил что-то невероятное, каждый раз останавливаясь, когда я уже была на грани, доводя меня до исступления. Я громко стонала, не сдерживая себя, комкала в кулаках покрывало, запрокинув голову назад, сильно зажмурив глаза и кусала губы.

— Хано пожалуйста. — взмолила я, потому что уже была не в силах терпеть, эту сладкую пытку.

— Да моя королева. — отозвался он, снова поднимаясь ко мне, зацеловывая каждый сантиметр моего тела.

Нависнув надо мной, опираясь на одну руку, второй зарылся в мои волосы, пару раз качнулся, потираясь своей возбуждённой плотью о мои мокрые складочки, вызвав у меня очередной судорожный вздох. А потом закрыв мой рот поцелуем, неспеша наконец-то вошёл в меня и замер. А у меня на глазах навернулись слёзы, а из горла вырвался крик, заглушённый поцелуем Хано.

— Тшшш. Сейчас всё пройдёт. — успокаивающе шептал муж, поглаживая меня по голове. — Всё хорошо малыш, всё хорошо.

— Мммм… О таком предупреждать надо было. — сдавленно прошипела я, отходя от резкой боли и привыкая к давно забытым ощущениям.

При переходе в этот мир, организм полностью обновляется. ПОЛНОСТЬЮ твою мать! Я только что второй раз за свою жизнь лишилась девственности.

Зацеловывая моё лицо и шепча какие-то нежности, Хано собрал губами выступившие слезинки, понемногу начиная лёгкие движения во мне. Оглаживая моё тело свободной рукой, снова распаляя, схлынувшую страсть, он начал постепенно наращивать темп. Вскоре от прежней боли не осталось и следа, осталось лишь дикое возбуждение, безграничная, необузданная страсть и неописуемое удовольствие, одно на двоих. Домик наполнился, запахом секса и пошлыми звуками.

Домой мы вернулись ближе к обеду, потому что какая-то Лизонька нагло продрыхла, отсыпаясь после бурной, бессонной ночи. Стоило мне только ступить на порог дома и увидеть понимающие лица остальных мужей, как меня тут же придавило чувство неловкости. Все мы взрослые люди, и они отлично осознают, что этой ночью произошло между мной и Хано. А у меня от их взглядов возникло чёткое ощущение, словно они подглядывали за нами в замочную скважину. А ведь у меня с каждым из них когда-то это произойдёт. С КАЖДЫМ. И они все друг о друге будут знать. В моей голове моментально ожил отдел по, разного вида «загонам», где трудолюбивые тараканчики тут же развили бурную деятельность, генерируя всё новые и новые разрушительные мысли, мешающие здраво мыслить и приспосабливаться к новой реальности. Но им пришлось экстренно сворачивать свой штаб, под давлением успокаивающей магии Саргата, который явно почувствовал неладное в моём состоянии.

Этот момент не остался незамеченным, от внимательного Агана. В доли секунды он по-своему оценил ситуацию, сделал какие-то свои выводы, рыкнул на Хано, прострелив его убийственным взглядом, обещающим все кары небесные, и уволок меня в свой кабинет, подальше от всех.

— Что он тебе сделал?! — прорычал он, стоило двери захлопнуться за нашими спинами.

— Ни чего он мне не сделал. — попыталась я объяснить, но мои слова не были услышаны.

— Ведь я же говорил. Я же просил! — Схватив меня за плечи, чародей судорожно осматривал всю меня на предмет повреждений, он явно был на взводе.

— Аган, всё хорошо. Правда.

— Я убью его!

— Аган! — прикрикнула я, привлекая наконец его внимание к себе. — Ты можешь помолчать и выслушать меня?! — словив зрительный контакт и поняв, что на сей раз мои слова достигнут цели, я продолжила уже спокойнее. — Успокойся пожалуйста. Ничего плохого Хано мне не сделал. Мы прекрасно провели время…

— Но я почувствовал, как Саргат тебя успокаивал.

— Да. Такое было. Потому что я испытываю чувство неловкости, стыда и немножко вины перед вами.