Сейчас, смотря на Лизу, вижу её улыбку, сияющую радость в глазах, которую она без остатка готова разделить с нами со всеми. Она дарит ощущение дома, спокойствия, уверенности. Видя её окружённую вниманием побратимов, наслаждающихся семейной гармонией, невольно испытываю смешанные чувства. Их отношения вдохновляют, вызывая желание стать частью этого нового мира, но одновременно рождают сомнения: смогу ли я соответствовать ожиданиям, оправдать доверие той, кто заслуживает самого лучшего. С ними она счастлива, а будет ли она счастлива со мной? Невзирая на все заверения Лизы, мне всегда кажется, что я недостаточно хорош для неё, что я её не достоин.

Мне страшно сделать следующий шаг — вдруг всё рухнет, рассыплется на осколки? Может оставить всё как есть, довольствоваться малым, чтобы сохранить хотя бы частичку своего хрупкого счастья? И в очередной раз глядя на идиллию, царящую между ней и побратимами, я ухожу в сторону. Это изощрённая, издевательская пытка, смотреть на то, как женщина, с которой ты отчаянно хочешь быть, счастлива с другими. Я испытываю острую ревность, понимая, что сам виноват в собственных страданиях. Ведь стоит протянуть руку навстречу мечте, преодолеть страхи и неуверенность, решившись наконец начать новую главу в своей истории.

Саргат не единожды пытался поговорить со мной и наставить, так сказать, на путь истинный. Он эмпат и как не кто другой понимает, какие чувства меня терзают. Эванлин тоже не остался в стороне, хотя я считал, что это мне придётся с ним проводить беседы на тему развития отношений между мужчиной и женщиной. Но каждый раз я уходил от этой больной для меня темы.

— Аган можно? — с робкой улыбкой спросила Лиза после короткого стука в дверь, нарушив моё уединение, в момент, когда я в очередной раз трусливо прятался, от собственного счастья, в своём кабинете, по обыкновению с головой зарывшись в дела.

— Да, конечно. Заходи. — с готовностью согласился я, отрываясь от бесконечных отчётов и сводок.

Несмотря на то, что я всё чаще уходил в сторону, стараясь спрятаться, я неизменно чувствовал себя счастливым, встречаясь с ней вновь. Бывало ли у вас такое чувство, когда хочется лишь сидеть рядом с человеком, слушать всё что он только скажет, потому что вам просто нравится его лицо, его голос, его существование?

Меня охватывал неизъяснимый восторг, когда она говорила со мной, одаривала своей улыбкой, прикасалась лёгким жестом, даруя мгновенную нежность. Ночи, проведённые вместе... даже несмотря на то, что наши отношения оставались платоническими, не перерастая в нечто большее, я ощущал полное счастье, от того, что она засыпает рядом, доверчиво прижимаясь своим телом к моему боку.

— Снова весь в делах? — с лёгкой ноткой укора произнесла Лиза, становясь за моей спиной и начиная тихонько разминать мои напряжённые плечи, своими мягкими ладонями.

— Это работа от неё никуда не денешься. — вздохнув ответил я, расслабленно откинувшись на спинку кресла и прикрывая глаза, чувствуя как волны неописуемого блаженства распространяются по моему уставшему телу, вслед за возбуждёнными мурашками.

— Аган, я прекрасно осознаю всю меру ответственности, возложенной на твои плечи. Давно привыкнув держать контроль над всеми процессами и самостоятельно решать любые вопросы, раньше ты мог целиком погружаться в работу, посвящая ей каждую свободную минуту. Однако теперь ситуация изменилась: у тебя есть я, Саргат, Эван, Хано… У тебя есть семья которой требуется твоё внимание. Настало время научиться передавать часть обязанностей другим людям, доверяя коллегам и давая себе возможность отдохнуть. Ты две недели пробыл в отпуске и смотри за это время, там без тебя никто не умер и предприятие не развалилось по камушкам. Может стоит попробовать ослабить вожжи, перестать чрезмерно напрягаться, ммм? — Она произнесла эти слова спокойно, мягко, будто пытаясь деликатно подтолкнуть меня к важному решению. Вздохнув, опустила руки и, обойдя вокруг моего кресла, села напротив на краешек стола, внимательно и пытливо всматриваясь в мои глаза. — Аган, скажи мне только честно как на духу, что происходит? Почему ты отдаляешься? Я понимаю, что наш брак был вынужденным и выбор жены не принадлежал тебе лично. Если бы я сомневалась в искренности твоих чувств, возможно, подумала бы, что ты всё ещё страдаешь от утраты первой жены и я тебе не нужна, но я знаю точно, что это совсем не так. Я никогда не забуду, как ты переживал за меня, когда я лежала в беспамятстве, после обряда, помню твою нежность и тихую заботу, которую ты дарил мне тогда. Я ценю твоё внимание, тепло и поддержку, которую ты даришь мне всё это время.

Давай говорить на чистоту. Я согласилась принять твой выбор, позволяя нашим отношениям развиваться медленно и естественно, давая нам время привыкнуть друг к другу. Теперь же кажется, что вместо сближения ты предпочитаешь отгораживаться от меня, ото всех. Каждый день ты закрываешься в своём кабинете, словно моллюск внутри раковины, предпочитая общество бумаг человеческому общению. Объяснись, прошу. Что тебя заставляет замыкаться? Чем вызвана эта внутренняя стена? Я хочу понять тебя и поддержать.

Моё сердце стучало тревожно и неровно, словно старая колотушка, выстукивающая последний ритм давно забытых песен. Я смотрел на девушку, сидящую рядом, её глаза были открыты навстречу, полные нежности и доверия. Казалось бы, именно сейчас настала та самая долгожданная минута истины... Но почему-то ноги будто приросли к земле, руки холодели, а голос замер где-то внутри груди. Я закрыл глаза, тяжело втягивая воздух через нос, проталкивая его глубже в лёгкие.

— Я боюсь. — с трудом вытолкнул я короткое, лёгкое слово, которое вот уже месяц разъедает мне душу. Открыв глаза, встретился с вопросительным взглядом Лизы.

— Чего же?

— Я боюсь совершить ошибку и потерять тебя.

Лиза потянулась ко мне и взяла мою руку в свою, такую маленькую и нежную.

— Этого никогда не случиться, я на всегда с тобой. — уверенно заявила она, нисколечко не сомневаясь в своих словах. — Мы оба хотим счастья, оба готовы идти на встречу друг другу, так зачем же сомневаться?

— Потому что ответственность слишком велика. Я привык отвечать за себя, но теперь предстоит заботиться ещё и о тебе. А вдруг я окажусь недостаточно хорошим мужем? Вдруг ты будешь со мной несчастлива. Я боюсь, что в последствии ты отвернёшься от меня? Я не хочу тебя потерять. Слишком велика цена за риск.

— Но разве счастье измеряется масштабом риска? Разве любовь не требует смелости, готовности идти навстречу неизведанному? Если бы я боялась принять тебя таким, какой ты есть, разве согласилась бы я стать твоей женой? Ведь выбор тогда зависел именно от меня. И я отдавала себе отчёт, что это навсегда, что развод в нашем случае невозможен и осознанно пошла на этот шаг.

— Ты не представляешь, как я хочу стать твоим, принадлежать тебе всецело, чтобы наши отношения перешли на качественно новый уровень, но я так боюсь облажаться. Увидев тебя там в храме, я вдруг понял, что такое настоящая мужская нежность. Мне хочется беречь тебя даже от самого себя. Я безусловно очень хочу тебя, обладать тобой. Но видеть тебя спящей рядом с собой, я хочу гораздо больше, чем обнажённой.

Я сейчас обличал свою душу, перед женщиной, которую желал всем сердцем. Каждое слово казалось мне тяжёлым грузом, будто я сбрасывал с сердца огромные камни. Я не привык кому-либо показывать свою слабость и уж тем более перед ней, мне совсем не хотелось выставлять себя трусом и слабаком. Но этот разговор действительно необходим нам обоим. Однажды Лиза сказала правильные вещи: в отношениях важно разговаривать и главное слышать друг друга. Именно открытость и понимание служат основой для гармоничного и счастливого союза.

Лиза плавно соскользнула с края стола прямо ко мне на колени. Одной рукой нежно обвив мою шею, другой мягко запустив пальцы в мои волосы, она притянула мою голову ближе к себе, прижимая свой лоб к моему. Блаженно прикрыв глаза, я обвил руками тонкий девичий стан.