— Пуфлерикус. — усмехнувшись напомнил мне Хано. — Нет, сильнее. Я же тебе писал. — скуксил он наигранно обиженную мордаху, но лишь на миг, а потом вновь расплылся в своей самой очаровательной улыбке и чмокнул меня в кончик носа. — Кстати у меня для тебя сюрприз.
С этими словами он соскочил с кровати и вышел из комнаты, а буквально через мгновение вернулся, держа на одной руке ну просто запредельный эквивалент ми-ми-мишности. Это был небольшой зверёк серого цвета с пушистым хвостом, большими ушами и крыльями как у летучей мыши, а его огромные изумрудные глазки бусинки, затмили собой даже васильковые глаза Эвана. Его очи оказались не очень-то конкурентноспособными.
— Боже, что это за прелесть?! — запищала я от восторга, тут же принимая сидячее положение и протягивая руки к этой милахе.
— Это и есть тот самый загадочный пуфлерикус.
Хано присел на край кровати и аккуратно протянул ко мне зверька, но не спешил его пересаживать ко мне на руки, давая ему возможность привыкнуть к новой обстановке и к нам. Это чудо сидело на огромной ладони Хано, вцепившись в него как в спасательный круг, настороженно навострив ушки и вертя своей головкой, оглядывая всё вокруг. Я без лишних движений протянула ему свою ладонь, показывая, что не представляю для него опасности. Сначала он замер, а потом несмело потянулся к моей руке и обнюхал её, смешно шевеля своим носиком.
— Уии! Какой ты хорошенький. — умилилась я, легонько проводя кончиками пальцев по его мягкой шёрстке и подставляя вторую ладонь, как бы предлагая ему перебазироваться, но он что-то не торопился, ему и у Хано неплохо сидится. — Ну же дружок иди ко мне.
— Осторожно у него довольно острые когти. — Предупредил меня Ирлинг, аккуратно пересаживая пушистика ко мне на руки.
— А это мальчик или девочка? — Спросила я, наглаживая и почёсывая эту прелесть. А зверёк, освоившись на моих руках, как ручной кот, блаженно подставлял мне свои бока и шейку, забавно стрекоча от удовольствия.
Зверёк оказался мальчиком, которого я назвала Морт. Потому что он мне напомнил милого пушистика Морта из мультика «Мадагаскар». Весь день я с ним тискалась, не спуская из рук, а с моего лица не сходила умильная улыбка. С Хано я выпытала, всё что мне нужно знать по уходу за этим малышом (который таковым и не оказался, мой Морт оказался взрослым мужчиной в полном расцвете сил))), а потом я потащила мужей в близлежащий город, что бы купить всё необходимое для его содержания.
А дальше жизнь закружилась вереницей событий и массой новых лиц. Мы возобновили процесс знакомства с родственниками. Откладывать уже больше было некуда, потому что неумолимо утекало время отпуска у моих мужей, а нам ещё нужно было успеть пройти обряд «принятия в семью», который я им сама и предложила.
Первыми были семья Саргата, которые приняли меня как родную особенно его мама — лира Арания. У него были очень милые и славные родители, но вот конкретно к его родному отцу я относилась слегка предвзято, после истории, которую мне поведала Бриалина, но всем своим видом старалась этого не показывать. Кто я такая в конце концов, чтобы кого-то судить. «Не зная нот души чужой не нужно струн её касаться. Быть дирижёром не спеши, что б палачом не оказаться.»
Знакомство с семьёй Эвана, оказалось как для нас, так и для его родителей, просто данью уважения друг перед другом. В этой семье мне — обычной человечке рады не были. Родители Эвана — все высокопоставленные эльфы Накто — чтили чистоту крови и хотели бы видеть в роли жены своего старшего сына представительницу их же народа — то бишь эльфийку. Но так уж вышло, что я уже «возврату» не подлежу — после прохождения ритуала обмена энергиями, союз становится нерушимым, развод в таких семьях просто невозможен, так как в каждом из нас теперь частички друг друга и наши ауры буквально срослись. Поэтому всё что осталось эльфийской семейке это повздыхать сокрушённо и нехотя принять выбор сына. Между нами создался холодный, отчуждённый нейтралитет. Ну хоть во враги народа меня не записали и на том спасибо.
Как-то так вышло, что больше всего мне по душе пришёлся дядя Агана. Сарос Арен — старый полковой комиссар, был единственным выжившим, после жестокой войны, родственником Агана. Своей семьи у него никогда не было и Агана он воспринимал как своего сына. Он был приятным, душевным и как-то сразу располагал к себе. Лир Сарос очень переживал за судьбу своего племянника, которому пришлось весьма нелегко в этой жизни и искренне желал ему счастья. Он очень много рассказал мне про моего старшего мужа, который не торопился сближаться со мной полноценно и делиться сокровенным, своими переживаниями, страхами, скрытой болью. Теперь я в какой-то степени стала больше его понимать.
Вот и настал волнительный день — сегодня мы проведём тот самый обряд «принятия в семью». Мои мужчины отправились готовить всё для проведения обряда. А меня оставили на попечение лиры Арании и Бриалины, мать Эвана не почтила нас своим присутствием, что было ожидаемо. Мои свекрови совместными усилиями снова нарядили меня в традиционный наряд невесты, простое хлопковое платье насыщенного зелёного цвета, вплели в мои волосы живые цветы и нанесли лёгкий, нежный макияж.
Церемония проводится в святилище богини Хала, что находилось глубоко в сердце леса Нэр`Ишра. Деревья леса считаются хранителями мудрости и символами вечной любви. Место это сокрыто от простых обывателей и попасть в него можно только через портал, который находится в храме богини любви и плодородия, который открывали служители храма.
Мои мужчины встречали меня у арки портала, торжественно украшенной белыми цветами и золотыми украшениями. Все четверо такие разные и такие родные. Жрецы начали активировать переход, вот арка засветилась мягким светом и завибрировала, а внутри неё закрутилось спиралью перламутровое марево. Мы вместе встали у портала, готовые шагнуть в него и оказаться по ту сторону — в святая святых богини Хала. Аган и Эван встали по обе стороны от меня и взяли за руки, а Саргат и Хано расположились за моей спиной, положив свои руки мне на плечи, слегка сжимая их в качестве ободрения. Пока меня собирали мне провели полный инструктаж и подробно описали, что меня там ждёт, поэтому я спокойно шла в перёд без страха и сомнения, шаг в шаг, за своими мужчинами. На месте нас встречали старейшины родов. Никого из присутствующих я ещё не знала, кроме, лира Сароса, со стороны Агана. От эльфов ожидаемо никого не было, и всё равно это оказалось несколько обидно, особенно сей факт разочаровал Эвана, хоть он и старался не подавать вида, но явно в глубине души до последнего надеялся. Я ободряюще сжала его ладонь, даря ему свою поддержку и понимание, что несмотря ни на что у него есть мы.
Святилищем оказался большой грот, врезанный в скалу у подножия одноимённой горы Нэр`Ишра. Своды пещеры светились мягким, золотистым светом, словно само небо спустилось на землю и притаилось в этом укромном местечке, окутывая всех присутствующих теплом и покоем. Воздух был наполнен благовониями и свежими запахами леса, окружавшего святилище. Стены пещеры были украшены резьбой, изображающей сцены из мифологии и повседневной жизни семьи, подчёркивая связь поколений и важность родственных уз. А центром этого святилища было небольшое капище — большая чаша, вырезанная из камня, в которую, прямо из породы сочилась вода, наполняя её до краёв. Рядом с источником на небольшом постаменте стояла статуя, прекрасной девы — это и есть богиня Хала.
Каждый участник церемонии и мы, и старейшины родов, преподнесли богине свои дары, корзины с фруктами, мёдом, цветами и травами, символизирующими изобилие и благополучие, оставляя их у подножия статуи. Опустившись на колени перед ней, каждый из нас зачитал свои клятвы, наши голоса звучали громко и уверенно, отражая искреннюю веру и преданность друг другу.
А дальше началось основное действо — принятие в семью. Ко мне по очереди подходили по одному представителю от каждой семьи, предлагая чашу с напитком мира, после того как я выпивала предложенный напиток, мне на шею одевали амулет со специальными символами, отражающими историю и ценности семьи.
