— Ева, мы тебе подарок приготовили! — Ритка хватает меня за плечи.

В зале, где мы отмечаем мою днюху, приглушается свет. Из динамиков льется музычка, подходящая для интима.

Настроение просто отвратительное.

Еще долбит и накрывает после развода. А еще, я сделала одну глупость с горя…

— Ну, девчонки… — протестую.

Черт, я просто хотела напиться, поехать домой и поплакать под Меладзе.

Поздно…

Включается машина, раскидывающая разноцветные световые пятнышки по стенам, и в зале появляется он.

Заказали мне стриптизера.

Подходит ко мне уверенной походкой.

Из одежды на нем черные штаны, которые держатся очень низко и на честном слове, и… Шлем. Ага, черный мотоциклетный шлем, сверкающий граненой поверхностью и полностью скрывающий лицо парня.

Жеребец.

Шикарный накачанный торс, весь забитый татухами. Нижний пресс весь на виду, и, судя по бугру в его штанах, переходит в нехилый член.

Рефлекторно сжимаю бедра, вспомнив Кирилла.

Боже, я трахнула друга своего сына… Или он меня трахнул. Вырос мальчик во всех местах.

В себя засунуть не позволила, но все же не устояла.

Парень протягивает мне руку.

Меня бьет горячим ознобом. Какие руки, боже. Красиво проработанные, и венки такие выпуклые. Хочется схватить и прижаться губами к запястью, чтоб почувствовать, как грохочет пульс этого продажного молодняка.

Медлю.

— Ева, иди в приватку, — подруги буквально выталкивают меня из кресла.

Хватаюсь за руку. Мои пальчики оказываются в его большой и горячей ладони. По телу электрический ток.

Парень подхватывает меня на руки так легко, словно я ничего не вешу.

Несет в приватку, сажает на красный кожаный диван и проводит пальцами по моим бедрам.

Подол очень короткий — одно неловкое движение, и покажутся мои трусики.

Это так пикантно, что он в шлеме.

Поворачивается ко мне задом, чтоб я рассмотрела шикарную спину. Его фигура — это идеальная перевернутая трапеция.

Анатомическое совершенство. Каждую мышцы хочется обвести языком.

Мои колени оказываются между его раздвинутых ног. Шлепаю по литому заду.

Разворачивается, оказавшись еще ближе. Двигает своим телом, потираясь об меня промежностью.

Соблазнительно, эротично, грязно.

Хватает меня за руку и прижимает ладошкой к своей груди. Горячий, твердый, кожа вся лоснится от блесток и пота.

Интересно, он симпатичный?

Прогибается так, что его пах маячит еще ближе ко мне.

Тащит мою руку ниже по своему обнаженному телу. Я чувствую каждую твердую, напряженную мышцу.

Он идет до последнего. Накрывает моей ладошкой выпуклость в своих штанах и трет.

Ого, большой мальчик!

Садится на меня, трется промежностью так, что у него встает еще тверже.

Хватает за обе руки и ведет моими пальцами по своему шикарному телу.

Мокро и тяжело сглатываю, рассматривая его соски.

Хочу взять каждый в рот. Хочу, чтоб он снял шлем и приласкал мою грудь.

— Мне только танец. Даже если девочки заплатили за что-то большее, — голос у меня глохнет.

Я тону в этом тягучем разврате.

Он настолько близко, что запах стриптизера проникает в меня. В нем есть нечто очень знакомое. Такое сладковатое и непозволительное.

Ева, у тебя совсем крышу снесло после развода.

Резко, дерзко и развратно он скользящим движением встает на колени и раздвигает жестко мои бедра. Так жестко, что кончики пальцев оставляют на внутренней поверхности синячки.

Трется корпусом о мои бедра.

Заводит. Мои трусики стремительно промокают.

Нагло и без моего на то разрешения стриптизер задирает подол моего платья и сдирает с меня трусики.

Не снимает. Он срывает их, словно собрался насиловать.

Пальцы горячего гада оказываются на моем лобке, и до меня доходит, откуда я знаю этот запах.

— Шлем сними! — почти рычу я.

— Мне виски с колой. Льда поменьше. Да и колы тоже, — прошу молоденького бармена за стойкой.

Хорош пацан. Просто лакомство. Я рассматриваю его, словно молодняк — это сочный кусок мяса.

Мне можно. Я сегодня официально развелась с уродом, который наставлял мне рога не один год. Растоптал меня.

У него кудрявые, темные волосы, но виски жестко выбриты. Глаза у парня разного цвета. Один голубой, другой зеленый. Они кажутся еще более яркими и затягивающими из-за темных и длинных ресниц. Любая девочка обзавидуется таким.

На нем темный костюм, под которым явно прячется накачанный торс. Ткань красиво обтягивает молодое, пышущее жаром тело.

Двухметровый красавец с широкими плечами, но движения кошачьи, завораживающие своей плавностью. Но что-то глубоко внутри меня кричит о том, что он может быть грубым и дерзким.

— Один момент, — проговаривает таким завораживающим голосом, что меня пробирает до костей.

Бархатный баритон. Темный, вкусный, способный довести до оргазма вкупе с его шикарными длинными пальцами.

Мы в баре одни. Я последняя клиентка.

Вертит свои бутылки, подбрасывает, крутит их, ловит ловко. В общем, выделывается изо всех сил.

Ставит передо мной стакан на подставку, вскользь задев мои пальцы.

— Спасибо, — улыбаюсь ему алыми губами.

— За счет заведения, — произносит тихо, пробираясь своим голосом мне под кожу.

— Льда многовато, — проговариваю, глядя мальчишке в глаза.

Боже, по возрасту он не сильно старше моего сына.

Не знаю, зачем я это делаю. Хотя… я просто хочу оторваться.

Засовываю пальцы в стакан с коктейлем, вытаскиваю “лишний” лед и беру его губами. Сосу на его глазах, словно это леденец. Перекатываю в губах, загоняю за щеку и, наконец, глотаю остаток.

Его зрачки становятся огромными, на лбу проступает мелкими капелькими пот.

— Я исправлюсь, — обещает.

Берет бутылку и с высоты наливает мне еще виски. Абсолютно непрофессионально ловит с носика дозатора каплю алкоголя на подушечку пальца и слизывает.

Я хочу этот язык в себе. Во рту и не только.

— Кончил? — спрашиваю, достав из сумочки сигарету.

— Что, прости? — переспрашивает, ухмыльнувшись.

Вытаскивает из кармана серебряную зажигалку, красивым и резким движением откидывает крышку и дает мне прикурить. Во всех смыслах.

— Я спросила, с коктейлем ты закончил? — выпускаю дым из губ прямо ему в лицо.

— Я бы приготовил тебе “Секс на пляже”, — заявляет нагло. — Но раз ты не хочешь даже попробовать.

Этот наглец без зазрения совести опускает пальцы в мой напиток и тоже выуживает лед.

Проводит по нему кончиком языка, с тихими стонами перекатывает во рту.

— Какие таланты, — усмехаюсь, когда он глотает ледышку с токсичной улыбкой.

— Хочешь, покажу фокус? — спрашивает, склонившись ко мне.

Я поднимаю взгляд от его невероятных кистей и нарываюсь на взгляд, который трахает меня глубоко и мощно.

— Ага, покажи, — делаю глоток коктейля, который теперь с его вкусом.

Сказала бы я ему, чего хочу вместо сливочного ликера.

Достает из стеклянной банки красную коктейльную вишенку, отправляет ее в рот. Пережевывает и что-то делает языком во рту, глядя на меня.

Высовывает язык и показывает мне узелок, завязанный на черенке.

— Талантливый мальчик, — улыбаюсь.

Внизу живота у меня тоже завязывается узел — настолько возбуждена.

Я не хочу сейчас отношений. Все, что мне нужно, — это секс. Грубый, безудержный, чтоб меня жарили до слез и оргазмов.

Этот юный жеребец — отличная кандидатура на эту роль.

Мне неважно, кто он, есть ли у красавчика девушка… Мне даже плевать, как его зовут. Пусть просто оттрахает, и мы разойдемся. После него останется только тянущее чувство внизу живота. А я отплачу ему тем, что опорожню яйца.

— Пойду носик попудрю, — улыбаюсь ему.