Обняв её за талию, притянул к себе. Она была напряжена, как струна.

— Спасибо, родная, — шепнул Белле в макушку, целуя между мягких ушей. — У тебя нюх на крыс.

Она уткнулась носом мне в грудь и наконец расслабилась, позволив себе короткий усталый выдох.

Теперь, после этого показательного выступления, я сомневался, что кто-то ещё рискнёт сунуть руку в мой карман. Страх — отличный мотиватор, но охрану всё же придётся усилить.

Когда суета с золотом немного улеглась, и Мэриголд с Зелиз принялись за скучную инвентаризацию, ко мне подошла Мия.

— У тебя есть минутка, мой герой? — она мягко взяла меня за руку прохладными нежными пальчиками. — Нам нужно поговорить наедине.

— Конечно, — кивнул я, позволяя ей увести себя из шумного зала.

Мы поднялись по лестнице в мой кабинет. Мия шла чуть впереди лёгкой, почти невесомой походкой. Я любовался ею, гадая, о чём пойдёт речь. О новых угрозах? О божественных планах?

Она закрыла за собой тяжёлую дубовую дверь, щёлкнула замком и…

В следующее мгновение я оказался прижат к этой самой двери.

— Мия? — выдохнул я, когда её руки обвились вокруг моей шеи, а губы накрыли мои в жадном, требовательном поцелуе.

Она не просто целовала, а пожирала меня. Её маленькое тело прижалось ко мне с такой силой, будто богиня хотела слиться со мной воедино.

— Ох, мой великий покоритель Бездны, — прошептала она мне в губы, лихорадочно расстёгивая мою рубашку. — Ты был чертовски сексуален там, внизу. Командовал, решал судьбы…

Платье полетело на пол, под ним оказалось белое шёлковое бельё: чулки на подвязках, кружевной бюстгальтер, едва сдерживающий грудь, и крошечные трусики.

— Мне нужно тебя сейчас же! — выдохнула она, и в её голосе зазвенела сталь.

Я поднял её на руки, собираясь отнести к дивану, но Мия не хотела ждать. Она тут же обхватила меня ногами за талию, продолжая целовать.

— Нет, здесь! — скомандовала она, укусив меня за ухо.

Я прижал её спиной к двери. Ловкие руки уже распутали завязки и скользнули в штаны, и я застонал, когда её прохладные пальцы сжались на члене.

Она сама оттянула ластовицу трусиков в сторону.

— Входи! — потребовала она.

Я вошёл резко, глубоко, до самого основания. Мия вскрикнула, запрокинув голову, и её ногти впились мне в плечи. Она была узкой, горячей и невероятно влажной, каждый толчок отзывался во мне вспышкой чистого наслаждения. Я двигался ритмично, вколачивая её в дверь, а она отвечала мне, сжимая мышцы, подстраиваясь под мой темп.

— Да… Да! — стонала она мне в шею. — Ещё! Глубже!

Комната наполнилась запахом озона и цветов, ароматом амброзии,запахом её возбуждения, её божественной сущности, вырывающейся наружу.

Я чувствовал, как внутри Мии нарастает напряжение, её тело дрожало, мышцы сокращались, обхватывая мой член, массируя его.

— Артём! — вскрикнула она, и её накрыло волной оргазма.

Я не выдержал. Рывок, ещё один, и излился, наполняя её лоно своим семенем, чувствуя, как пульсирует каждая клеточка моего тела.

Мы сползли на пол, тяжело дыша. Мия уткнулась мне в грудь, её сердце билось, как птица в клетке. Я гладил её по волосам, вдыхая этот невероятный пьянящий запах.

— Люблю тебя, — прошептала она, всё ещё дрожа.

Я поднял её на руки и отнёс на диван. Богиня свернулась калачиком, положив голову мне на колени, и казалась сейчас такой хрупкой, такой… человечной, но тень в её глазах всё ещё не ушла, только спряталась за страстью.

— Тебя всё ещё беспокоит то, что случилось в Пустоте, — тихо сказал я, проводя рукой по её спине. — Больше, чем ты показываешь.

Мия напряглась, подняла на меня взгляд, и в её глазах я увидел бездну, не пугающую, но бесконечную.

— Меня как существо, живущее вне времени, мало что может напугать, муж мой, — ответила она серьёзно, — кроме угрозы моей семье, той семье, которую я обрела здесь, с тобой, и которую полюбила больше, чем могла себе представить.

Я нахмурился.

— Насколько оно было опасно, то существо?

— Для тебя? Смертельно, — честно ответила она. — Но… я позаботилась об этом, — она села, взяла моё лицо в свои ладони и заглянула мне в глаза.

— Ты оказался там по воле богов, и долг богов — защитить тебя от последствий. Я встала между тобой и Бездной, тебе больше не нужно беспокоиться об этом, Артём, я закрыла этот вопрос навсегда.

Я представил её хрупкую фигурку в белом платье, стоящую перед лицом непостижимого космического ужаса, раскинув руки, чтобы закрыть собой меня. В груди защемило.

— Спасибо, — прошептал я, прижимаясь лбом к её лбу. — Я люблю тебя, Мия.

— Всегда, — эхом отозвалась она, и её губы тронула лёгкая улыбка. — В этой жизни и во всех будущих, если я того пожелаю.

Мы сидели так ещё долго, просто наслаждаясь тишиной и теплом друг друга. Золото внизу могло подождать, проблемы мира могли подождать.

Сейчас у меня было всё, что нужно.

Найти место, где уединились мои дамы, оказалось несложно. Я сам настоял на том, чтобы выделить им безопасную зону для магических экспериментов, что-то вроде нашего земного стрельбища, только вместо свинцовых пуль здесь свистели огненные шары и каменная шрапнель, способная превратить человека в фарш за долю секунды.

Зрелище, открывшееся мне на полигоне, завораживало.

Лейланна, моя прекрасная сумеречная эльфийка, танцевала с огнём, отрабатывая заклинание Свободная форма — высший пилотаж пирокинеза. Живая лента мягкого алого пламени, похожая на послушную змею, обвивалась вокруг её тела, не касаясь кожи и одежды. Отсветы огня играли на лице, подчеркивая идеальные скулы и придавая ей вид древней могущественной богини. В этом было столько грации и скрытой силы, что у меня перехватило дыхание.

Ванесса же напротив, выглядела так, будто собиралась кого-либо убить, и я даже догадывался кого. Саму себя.

Вампирша пыталась сформировать простейший огненный круг на земле, но пламя дрожало, срывалось и гасло. То, что у неё получалось, больше напоминало каракули пьяного гоблина, чем идеальную геометрию заклинания.

— Да чтоб тебя Бездной пробрало! — выругалась она, срываясь на шипение.

— Терпение, Ванесса, только терпение, — голос Лейланны звучал мягко, но с наставническими нотками. Она плавно повела рукой, и огненная змея послушно скользнула к её ногам. — Всё дело в разуме и воле. Визуализируй. Это не так уж сильно отличается от того, как ты раньше управляла своими лозами.

— Это совсем другое! — рявкнула Ванесса, резко поворачиваясь к эльфике. Её глаза полыхнули алым. — Мои лозы были живыми! Я чувствовала их, как продолжение своих пальцев, направляла их рост, как садовник ухаживает за любимым розовым кустом, а этот проклятый огонь… Это форменный хаос! Его укротить всё равно что пытаться пасти бешеных кошек, просто крича на них! — она раздражённо махнула рукой, развеивая жалкие остатки своего заклинания, и в изнеможении опустилась прямо на вытоптанный снег. На её аристократическом лице застыло выражение обиженного ребёнка, у которого отняли любимую игрушку.

— Ну и как тут поживают мои прекрасные пиромантки?

Я, улыбаясь, вышел из-под защиты деревьев, Лейланна просияла, увидев меня. Она развеяла своё пламя с той же лёгкостью, с какой разгоняют дым, и радостно бросилась мне навстречу.

— Артём! Как мило, что ты пришёл! — воскликнула она, крепко обвивая меня руками и прижимаясь всем телом. — Ты как раз вовремя, чтобы оценить мои педагогические таланты!

Я с удовольствием распахнул объятия, вдыхая знакомый аромат и любуясь её одеянием. Сумеречная эльфийка с поразительным энтузиазмом восприняла свою новую роль наставницы. Более того, с помощью Ирен и нашего портного она создала нечто, что заставило бы любого подростка с Земли истекать слюной: классический земной костюм сексуальной учительницы.

Строгая юбка-карандаш цвета хаки так плотно облегала округлые бёдра, что каждый шаг казался преступлением против морали, а пуговицы белоснежной рубашки вели героическую, но заранее обречённую на провал борьбу, пытаясь удержать роскошную грудь. Чёрные шёлковые чулки и практичные коричневые туфли на небольшом каблуке довершали образ.