Дым, мой верный ящер-телохранитель, едва ступил на ковёр, как тут же был атакован.

— Дымо-о-ок! — визг детей заглушил даже звон золота.

Раптор, этот добрый гигант, способный разорвать быка пополам, тут же плюхнулся на пузо, позволяя малышне карабкаться по себе, как по живой горе. Я улыбнулся. Хороший он всё-таки парень!

Я с грохотом опустил сундук перед Ирен.

— Как думаешь, у нас в хранилище пол не провалится? — спросил я, вытирая пот со лба.

Ирен рассмеялась, открывая блокнот:

— Боюсь, нам придётся вызывать каменщиков, чтобы расширить подвал и, возможно, нанять ещё одну бухгалтерскую контору.

Мэриголд и Зелиз, стоявшие рядом, переглянулись, на лицах читалась тревога.

— Господин, — осторожно начала Мэриголд, поправляя передник. — Бухгалтеры умеют держать язык за зубами, но… такой объём золота привлечёт внимание. Слишком много внимания.

— Разве за нами и так мало следят? — тихо добавила Зелиз, её крылышки нервно зажужжали.

Ирен нахмурилась, постукивая карандашом по губам.

— Мы можем распределить активы. Часть через гномов, часть через гильдию…

— О, я вас умоляю! — раздался насмешливый голос.

Лейланна спускалась по лестнице в грацией королевы, сошедшей к подданным.

— Вы только что заработали больше, чем вся провинция за год, включая налоги, — фыркнула она. — Я не сошла с ума?

— Ну, — я пожал плечами, изображая скромность. — Нам подвернулся древний гномий город, и мы его немножно… гм, обанкротили. — К тому же у меня очень мощный лук, — добавил поспешно, поймав взгляд Мии. Богиня стояла чуть в стороне, и её зелёные глаза сияли. — Зависимость урона от скорости атаки, знаешь ли…

Мия улыбнулась мне в ответ той самой улыбкой, от которой у меня по спине пробегали мурашки.

Бойцы начали выгружать добычу, Ирен едва успевала записывать. Сначала пошли артефакты, потом золото, затем серебро. Горы серебра. Мешки с монетами глухо ударялись о пол и деревянные столешницы, рассыпаясь звонкими ручейками.

Я тоже внёс свою лепту, начав опустошать сундук.

— Ох ты ж! — выдохнул кто-то из слуг, когда я вытащил очередную древнюю статуэтку.

Зал наполнился звоном, блеском и возгласами изумления. Это напоминало сцену из фильма про пиратов, только вместо грязного трюма уютная гостиная, а вместо головорезов моя семья и друзья.

Я смотрел на это богатство и думал не о том, что теперь сказочно богат, а прикидывал, сколько смогу построить стен, сколько нанять лучников для охраны и сколько артефактов защиты купить для детей.

В этом мире золото — не роскошь, а броня.

— Мэриголд, сортируй по типу! — командовала Ирен. — Оружие отдельно, драгоценности отдельно! Лили, Лейланна, помогите с оценкой магических свойств!

Я решил, что часть древних гномьих реликвий предложу Торику и Корогану красивым жестом уважения к его предкам, дипломатии и всё такое. Остальное пойдёт на укрепление нашего будущего.

И, конечно, выделю премию Лиау, пусть купит своей Фелиции что-нибудь красивое.

В царящей суматохе легко потерять бдительность. Но не мне.

Я незаметно поманил Лютика, моя ясновидящая же оказалась рядом.

— Собери, пожалуйста, все осколки маны, — шепнул я ей на ухо, кивнув на рассыпанные кристаллы, которые могли закатиться под мебель. — И… приглядывай за выходами. Никто не должен покинуть зал, пока мы не закончим.

Лютик серьёзно кивнула, она всё понимала. В такой куче золота у кого угодно могут зачесаться руки, даже у самых верных.

Оставив её на посту, направился в гостиную. Там, среди подушек и игрушек, царил свой мир, далёкий от звона монет.

Белла сидела на диване, держа на руках нашу малышку Милу, Макс, мой сын, возился у её ног с плюшевым ящером, издавая грозное рычание.

Увидев меня, Мила потянулась навстречу, её маленькие пальчики сжимались и разжимались. Я не удержался подхватил её, прижал к себе, вдыхая запах детской присыпки и молока.

— Папа! — пискнула она.

Белла улыбнулась, её пушистый хвост, свесившийся с дивана, лениво вильнул. Уши, мягкие, висячие, как у спаниеля, дёрнулись в мою сторону.

— Я доверяю всем здесь, — тихо сказал я, садясь рядом и обнимая жену свободной рукой.

— Я знаю, — она потёрлась щекой о моё плечо. — Но деньги, Артём… Они меняют людей, мы это не раз видели.

Она легонько похлопала меня по руке и вдруг насторожилась, ноздри хищно раздулись.

— Присмотри за детьми, я… чую что-то не то.

Я перехватил поудобнее Милу, а другой рукой подхватил Макса, который тут же вцепился в меня, не выпуская своего игрушечного раптора.

— Иди, — кивнул я.

Белла скользнула в толпу слуг и помощников, двигаясь с грацией охотницы, я же направился к няням, где Клавдия укачивала Иэна и Марка.

— Клавдия, возьми малышей, — попросил я, передавая ей Макса и Милу.

Корова-кормилица, добрая душа, тут же приняла их в свои объятия, а я поспешил в гостиную, где уже начиналась перепалка.

В центре зала, у столов с пересчётом, возникла какая-то заминка. Голоса становились всё громче, кто-то резко вскрикнул.

Поверх голов я увидел, как Белла, моя милая добрая жена, вдруг превратилась в фурию и схватила за грудки одного из клерков, щуплого мужчину в очках, встряхнув его, как нашкодившего котёнка.

— Я их поднял с пола и хотел отдать! — заверещал клерк, пытаясь вырваться. — Клянусь! эти золотые просто выпали! Господин потерял их, пока нёс мешки!

Тяжело вздохнув, я направился к месту происшествия.

Шум стих, все замерли, глядя на нас.

Ирен и Белла стояли над перепуганным клерком.

— Сколько? — спросил я тихо, но в тишине мой голос прозвучал как удар хлыста.

— Семнадцать золотых, — прорычала Белла, снова встряхнув бедолагу. — Он распихивал их по внутренним карманам, пока считал серебро.

— Пытался убедить себя, что это чаевые, — добавила Ирен. Её лицо, обычно спокойное и одухотворённое, сейчас напоминало маску судьи. — Скорее всего планировал умыкнуть и пару серебряных кубков под шумок.

Я потёр переносицу. Грейсон. Я знал его, неплохой парень вроде бы…

— Какая у тебя зарплата, Грейсон? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.

— Э-э… Тридцать два золотых и пятьдесят серебряных в год, сэр, — пролепетал он, поправляя сбившиеся очки. — Плюс бонусы…

— У тебя жена и двое детей, верно? — продолжил я безжалостно. — И ты ухаживаешь за той гоблиншей, Ши’Мейла? Хочешь взять её второй женой?

Грейсон побледнел и опустил взгляд.

— Да, сэр.

— Ты бедствуешь? Тебе нечего есть?

Клерк молчал, Белла рыкнула и тряхнула его сильнее.

— У меня… долги, — выдавил он наконец. — Игровые долги, сэр.

Я на секунду прикрыл глаза. Игроман! Классика.

— Он твой подчинённый, Ирен, — сказал я, поворачиваясь к жрице. — Тебе решать.

Ирен покачала головой. В её глазах мелькнула жалость, но голос прозвучал твёрдо.

— Если мы спустим это сейчас, он сделает это снова, и другие подумают, что так можно.

— Нет, сэр! Госпожа! — Грейсон рухнул на колени, цепляясь за подол Ирен. — Пожалуйста! Не губите! Я всё верну!

Ублюдок! Он не о долге думал, когда крал, он думал, что самый умный.

— Ты уволен, — отрезал я. — И ты изгоняешься из провинции Кордери и всех территорий расширения навсегда.

— Но… — он задохнулся. — Как же мне кормить семью?

— Об этом надо было думать раньше. Твоя семья может остаться или уехать с тобой, выбор за ними. Мы не звери, выгонять детей на улицу не станем, но ты здесь больше не живёшь.

Я кивнул Владису. Танк шагнул вперёд, его огромная тень накрыла бывшего клерка. Грейсон сник.

— Слишком мягко, — фыркнула Белла, отпуская его воротник. Её хвост нервно подрагивал.

— Я компенсирую, — вздохнула Ирен. — Придётся искать нового клерка. Жаль, он был толковым парнем, пока не связался с костями.

Белла кивнула и, бросив последний презрительный взгляд на Грейсона, которого Владис уже тащил к выходу, повернулась ко мне.

— Я продолжу обход, — сказала она, всё ещё явно взвинченная.