— Доброе утро, — произнёс он.

— Ага, — ответила она коротко, закидывая куртку на плечи.

— Как себя чувствуешь после вчерашнего? — его голос был спокойным, но в нём слышался оттенок интереса.

— Нормально, — пожала плечами. — В платье неудобно, если что.

Он усмехнулся уголком губ.

— Значит, будем считать это исключением.

Она фыркнула, но внутренне почувствовала укол разочарования. Исключение… А ей почему-то хотелось, чтобы это было не так.

Филин зашёл на кухню, развеяв атмосферу:

— Ну что, голубки, завтракать будем или только переглядываться?

Мия закатила глаза, схватила кружку кофе и вышла первой.

Но Вадим остался стоять на месте, глядя ей вслед. И внутри у него мелькнула мысль, которая настойчиво не давала покоя:

— Она умеет быть разной. И именно это делает её ещё опаснее для меня.

В офисе Сазонова день шёл своим чередом: переговоры, звонки, кипа бумаг. Но стоило Мие пройти по коридору, как взгляды сотрудников невольно тянулись за ней.

— Это она? — прошептала одна девушка из бухгалтерии.

— Ага, вчера была с ним на встрече, в платье, — ответил другой голос.

— С ума сойти… И что, это теперь «его»?

Мия сделала вид, что не слышит, но уголки губ предательски дрогнули. Она замедлила шаг, чуть наклонив голову, и бросила через плечо:

— Да-да, я именно та страшная тайна босса. Осторожно, кусаюсь.

Шёпот мгновенно стих, лица покраснели, а Мия с победной улыбкой скрылась за поворотом.

В кабинете Вадим сидел за столом, когда она вошла.

— У тебя тут фан-клуб, — сообщила она. — Шепчутся, что я, оказывается, твоё украшение.

Он поднял взгляд от документов, задержался на её лице.

— Не обращай внимания.

— А я и не обращаю, — фыркнула Мия. — Но, если что, могу подыграть. Буду мило улыбаться и строить глазки, чтоб они ещё больше сплетничали.

Вадим откинулся в кресле, скрестил руки на груди.

— Ты уже достаточно на себя внимания привлекаешь.

На секунду в кабинете стало тише, чем обычно. Мия моргнула, потеряв дар речи, а потом усмехнулась, стараясь скрыть, как у неё сбилось дыхание.

На следующий день

— Колесникова, у тебя два свободных дня, — ровно сказал Вадим, не поднимая глаз от бумаг. — Филин прикроет, если что. Мия прищурилась.

— Два дня? Просто так?

— Да. Ты и сама жаловалась, что устала.

— Я? — усмехнулась она.

Вадим поднял взгляд. В глазах — холодное спокойствие.

— Отдыхай, Колесникова. Это приказ.

Она стиснула зубы. Хотелось огрызнуться, но не было смысла. Просто кивнула и пошла собирать вещи. В рюкзак летели джинсы, футболки, пара кроссовок. Но на комоде она нарочно оставила комплект ножей.

— Завтра вернусь за ними. Чует сердце: что-то здесь не так. Сазонов что-то скрывает.

Когда дверь за ней закрылась, Вадим позволил себе глубокий выдох.

— Пусть уйдёт. Мне проще так. С ней под боком я начинаю терять контроль. А это недопустимо.

Следующее утро

В кабинете сидели Вадим и Филин.

— Значит, сегодня к тебе должна прийти эта… — начал Филин, заглядывая в бумаги.

— Лариса Демидова, — подтвердил Вадим. — Правая рука Туза, того, с кем мы встречались в ресторане. Вроде как на мировую идут.

Филин скептически фыркнул.

— Мировая, ага. У них даже мир пахнет порохом.

Вадим собирался ответить, как вдруг дверь распахнулась.

— Я за ножами, — бодро объявила Мия, переступив порог.

Оба мужчины уставились на неё.

— Ты что здесь делаешь? — голос Вадима прозвучал слишком резко. — Тебя не должно быть здесь.

— Забыла ножи, говорю. Решила вернуться.

— Забирай и уходи, — процедил он. — У меня скоро важная встреча.

— А-а, значит, вот откуда два свободных дня. Не хотел, чтобы я увидела, с кем ты тут за спиной дела ведёшь? — её голос был язвителен, но глаза горели тревогой.

Вадим уже собирался схватить её за локоть и выпроводить, когда в дверь раздался звонок.

Он замер. — Чёрт. Не вовремя.

Филин взглянул на босса:

— Это она.

Вадим спустился вниз. В комнату вошла женщина лет тридцати пяти. Высокая, ухоженная, с хищной улыбкой.

— Господин Сазонов, — пропела она. — Какая радость встретиться.

— Лариса, — вежливо кивнул Вадим. — Рад приветствовать. Прошу, садитесь. Кофе?

Она скользнула взглядом по нему, слегка флиртуя.

— Если только вместе с вами.

Мия наблюдала со второго этажа, спрятавшись за перилами. В груди клокотало что-то неприятное.

— Вот почему он мне дал выходной. Чтобы эта лиса здесь уселась.

Вадим налил кофе, подал чашку Ларисе, вторую оставил себе. Вежливо, спокойно. Всё выглядело почти буднично, пока он не отвлёкся на звонок телефона и вышел в коридор.

И именно в этот момент Мия заметила: Лариса, улыбаясь, незаметно достала из сумочки крошечный пузырёк и что-то сыпанула в его кружку.

Мия почувствовала, как сердце ударило в горло.

— Чёрт.

Вадим вернулся. Взял в руки кружку, но в этот момент Мия схватила нож, метнула его вниз. Лезвие со звоном вонзилось в столешницу.

Лариса вскрикнула и отшатнулась.

Вадим вбежал обратно, резко вскинув голову. И увидел её — Мию, стоящую наверху с ещё одним ножом в руке.

— Ты что, блять, творишь, Рыжая?! — рявкнул он. — С ума сошла?!

Мия, не моргнув, спустилась вниз.

— Эта женщина хотела тебя отравить. Я видела, как она что-то подсыпала в твою кружку.

— Что за бред?! — вскричала Лариса. — Кто вообще эта девка?!

— Я его охрана, — отчеканила Мия.

— Серьёзно? — холодно усмехнулась Лариса.

Вадим был зол как никогда.

— Хватит, Мия. Не позорь ни себя, ни меня.

Она шагнула к кружке.

— Ну тогда проверим.

Мия быстро спустилась вниз и резко схватила кружку Вадима.

— Не вздумай, — резко сказал он.

Но она уже сделала глоток. Маленький, упрямый.

В тот миг в голове Вадима мелькнула паническая мысль: А если она права?

Он выбил кружку из её рук. Кофе расплескался по полу.

— Что за спектакль?! — закричала Лариса. — Всё, я ухожу! — и, резко схватив сумочку, вылетела из кабинета.

Мия усмехнулась, но в следующую секунду её лицо побледнело. Она пошатнулась, и нож выпал из руки.

— Мия?! — Вадим подхватил её, но она уже падала.

— Ты… никогда мне не веришь, — прошептала она и обмякла в его руках.

— Эй! Рыжая! Хватит прикалываться! Вставай, я сказал! — голос сорвался, стал отчаянным.

Но дыхание у неё сбилось, глаза закрылись.

Вадим схватил телефон и набрал Филина.

— Слушаю, — отозвался тот.

— Филин! Вызывай скорую, живо!

— Что случилось?!

— Делай, что сказал! Быстро!

Филин понял по тону — дело серьёзное. Через минуту скорая уже ехала.

Вадим тем временем перенёс Мию на диван. Её кожа была холодной, дыхание слабым.

Он опустился рядом, сжал её ладонь и впервые за долгое время ощутил, как внутри рвётся что-то, что он привык держать под замком.

— Господи… Только бы выкарабкалась. Ты меня сведёшь с ума, Колесникова. Но если я потеряю тебя сейчас — я потеряю больше, чем готов признать даже самому себе.

Сирена скорой разорвала тишину улицы.

Вадим сидел на жёстком пластиковом кресле, уткнувшись локтями в колени. Коридор пах антисептиком и чем-то слишком стерильным, от чего становилось только хуже. Часы на стене тикали медленно, как будто нарочно издеваясь.

— Два часа. Два чёртовых часа. Она там, а я здесь, как придурок, который даже ничего сделать не может.

Каждый раз, когда дверь палаты приоткрывалась, он вскакивал, но это оказывалась медсестра или санитар. Ни одного слова о Мие.

Перед глазами Вадима вставала сцена с отравленным кофе, и голос Мии, которая тогда с упрямством бросила: "Ты никогда мне не веришь…"