— Ты ж мне их вчера приносил.

— Правда? — блин! — Заработался!

— Тебе в отпуск пора, Кир. Ты когда нормально отдыхал и расслаблялся, не считая гулянок по выходных и твоих любовных похождений?

— Скажешь тоже “любовных похождений”. Прям делаешь из меня какого-то казанову недоделанного! — бурчу и выдыхаю. — Месяц назад отдыхал, когда к матери ездил.

— Это когда ты ей погреб чистил? — хохочет друг. — Хороший такой отдых. Так, в эти выходные я никак не могу, а на следующие собирайся, поедем на рыбалку. Как раз тесть мой оклемается, он давно уже рвётся на вольные хлеба.

— Понял, принял, — ну а что, рыбалка это отлично, тем более с тестем Серёги. Он у него мировой мужик, и отличный рыбак! Такие места знает — закачаешься. — Слушай, а где наш аудитор? Хотел ей сегодня работёнки подкинуть, а она так и не появилась, — наконец задаю волнующий вопрос, стараясь говорить самым безразличным тоном.

— Катерина Юрьевна на удаленке, — отвечает Сергей под стать мне, а я вижу, что он что-то скрывает.

— А чего так? Заболела? Иль наш офис не нравится? Может люди в офисе не те?

Сергей вздыхает. Думает с минуту и наконец выдает:

— Только никому, хорошо? Катерина с Васькой моей в Питер улетела.

Моя челюсть ползёт вниз. Я знал, что супруга Миронова летит в Питер на какой-то там форум по благоустройству территории. Василиса, несмотря на то, что её муж вроде как вполне способен обеспечить семью, сама в тень не уходит. Мало с того, что она ведущий дизайнер нашей компании, так ещё берёт сторонние заказы, которые ей интересны, и постоянно учится, развивается. Вот, теперь в ландшафтный дизайн ударилась, и как оказалось — не зря, покупатели с радостью оформляют доп услуги на дизайн дворовой территории.

— С Васькой? Зачем? Разве они дружат?

— С недавних пор да, — улыбается Серёга. — Ну это их девичьи дела. А нам предлагаю заняться мужскими. У нас сегодня мальчишник! Айда к нам на пельмени!

— Не, Серёг, пельмени я и дома поем.

— Васькины фирменные? — хитро тянет Серёга.

Ну точно, что-то до меня не дошло!

— Пять минут и я готов, без меня не рыпаться! — подрываюсь со стула.

— Не торопись, мне тут еще работы минут на двадцать, — кричит мне вслед Сергей.

Значит Катерина улетела с Василисой. И Серёга наверняка что-то про неё знает — никогда не поверю, что Васька не поделилась с мужем жизнью Кати.

И это мне ой как на руку!

Поэтому всю дорогу до дома Мироновых, я пытаюсь подвести Сергея к разговору о Катерине, но увы, у меня не выходит. Сначала мы забираем младшего Сергеича из детского сада. Мишка всю дорогу трещит, рассказывая что они ели и чем занимались.

Потом мы заезжаем к Липатовым и забираем Матвея, который после школы заехал к бабушке с дедушкой. Перекинувшись парой фраз со Львом и загрузив велосипед Матвея, наконец-то едем в Майский. По дороге Матвей рассказывает отцу про школу, хвалится пятерками и четверками, а я снова в пролёте.

Наконец, мы добираемся до Майского и до семейного гнездышка Мироновых. Дом, с которого и началась история “Строй Мечты”.

— Матвей, выпусти собак погоняться. Миша, мыть руки и переодеваться, — командует отец семейства, выгружая велосипед.

Матвей деловито открывает дом, выпуская на волю двух псов Мироновых: черного Тумана и рыжего шпица Санни, а попросту Саньку, которого Мироновы забрали из ветлечебницы, куда того с сильнейшей алопецией сдали нерадивые бывшие хозяева.

Честно скажу — люблю я бывать у Мироновых. Мало с того, что у них прекрасное семейство, так еще и дом просто островок уюта, который Василиса оформила с особой чуткостью и любовью.

Мы располагаемся в большой кухне-столовой перегороженной лишь прямоугольным открытым стеллажом, полки которого заставлены комнатными цветами. Сам хозяин кухни круглый стол находится в эркере с большими окнами, зашторенными легкими, прозрачными тюлевыми шторами в пол, а вокруг него расставлены мягкие стулья. Там мы и усаживаемся.

Сергеичи уже успели переодеться и помыть руки, а я обошёлся просто гигиеническими процедурами. Псов предварительно накормили и снова выпустили во двор, чтобы не крутились под ногами и не попрошайничали.

— Так, мужики, чем будем праздновать наш мальчишник? — Серёга залезает в холодильник. — Что там нам мама оставила?! Ага, отбивные. Нет? Поехали дальше… котлеты.

— Я буду! — вопит Миша. — А с чем?

— Макароны, рис.

— Макарошки!

— Принято. Так, суп отметаем. Ну и пельмени.

— Я буду! — хором голосим с Матвеем.

— И я! — подвывает Миша.

— Ты ж котлетки хотел.

— Котлетки завтра. С пюррррешечкой! — рычит младший Сергеич.

— Ну пельмени, так пельмени, — Серега достаёт большую кастрюлю и ставит её на огонь. — Ну что, Кирюх, в таком случае — по пивку?

— Я не против, только я ж за рулём.

— Так оставайся у нас. Гостевая свободна.

— И мы по пивку! — восклицает Миша.

— А вы по компоту, — Сергей наливает в два высоких стакана и ставит перед сыновьями.

Когда пельмени готовы, мальчишки первые сметают их, щедро макая в сметану и запивая компотом. Загрузив грязные тарелки в посудомойку, Матвей выпрашивается поиграть в компьютер, и Серёга позволяет. Мишка же следует за братом хвостом, копируя чуть ли не каждое движение.

— Матвей так вырос, даже не верится! — провожаю взглядом своего крестника.

— Взрослеет прямо на глазах. Скоро начнется переходный возраст, уже порой проскальзывают капризные подростковые нотки. С Васькой пока не ссорится, а мне уже начинает дерзить.

— Ну ничего, перерастет. Эх, счастливый ты человек, Серёга, завидую тебе белой завистью. Если жениться, то только так, как вы с Васькой, каждый день в любви, согласии и понимании. Только вот где найти такую, чтобы идеально подходила? — одним глотком осушаю кружку пива, хотя ужасно хочется чего-то покрепче.

— Интересные разговоры у нас начались. Ну раз так… — Серёга лезет в холодильник достает початую бутылку коньяка. Разливает напиток по бокалам. Задумчиво крутит свой бокал в руке. — Знаешь, многие ждут любви, а когда она появляется, удивляются, что не всё так красиво, как они себе намечтали. Поэтому и разводов так много, работать над собой никто не хочет, все хотят, чтобы их принимали такими, какие они есть, хотя сами же принимать другого человека с его тараканами не хотят, пытаются поменять под себя. Думаешь, у нас с Василисой было всё гладко? Ты даже не представляешь, как мы ругались первые месяцы после свадьбы. У меня даже мысли были об очередном разводе.

Вкусный пельмень не удерживается в моем распахнутом рте и плюхается обратно в тарелку.

— Вы ругались? Да ну… пиздишь!

Серёга ухмыляется и залпом выпивает коньяк.

— Ещё как ругались. Медовый месяц закончился и начались трудовые будни. А вместе с ними и бытовуха, и притирание. Конечно, сейчас я понимаю, что в большинстве случаев был виноват я — Василиса молодая девушка, не опытная, а я, как бы мысленно не заверял себя в обратном, проецировал на неё и на наш брак свои прошлые ошибки. Маленькая искра и я разгонял огонь до огромных масштабов. Ревновал её к каждому столбу, постоянно контролировал, пытался прогнуть её под себя и подстроить. Васька отчаянно сопротивлялась, злилась, бесилась. Практически каждый вечер мы ругались и засыпали спиной друг к другу. Спасибо ей, что хоть не сбегала к родителям и меня не выгоняла, иначе мы бы точно развелись.

— А мы-то думали, что ты такой загруженный, потому что молодая жена спать не даёт, — я сижу и ловлю каждое слово Серёги, даже забыв про пельмени.

— Не до секса нам тогда было, а когда и было, то совсем не так, как хотелось, словно все чувства сгорели. Просто физическое удовлетворение, не больше. Последняя капля капнула в мой котелок после её дня рождения. Мы тут помирились, вроде всё стало налаживаться, но в один из вечеров она написала мне, что задержится на встрече с клиентами, что бы я ехал домой, а она возьмет такси. Дома я ждал её час, периодически названивая, но телефон оказался выключенным. И когда она вернулась, я был взвинчен донельзя. Увидев в ее руках букет, я дал волю своим чувствам. Она что-то пыталась мне объяснить, что букет подарили её клиенты, пожилая пара, которым она бесплатно полностью переделала свой же проект. Там ситуация интересная: их дети заказали дизайн квартиры, но вообще не попали во вкусы родителей. Хорошо, что всё выяснилось до ремонта, обошлись малой кровью. Но не суть. В кафе Васька была с этой парой, а на обратном пути застряла в пробке. Позвонить мне не могла — её старенький телефон быстро сдох. Но мне тогда показалось это типичными оправданиями, которые я даже не желал слушать. Высказав все недовольства на повышенных тонах, я не удержался и ляпнул, что все бабы одинаковые. На что получил вопрос: не сожалею ли я о том, что снова женился. А я на эмоциях ответил, что возможно уже и сожалею. Тогда Васька сняла кольцо, сунула его мне в руку и молча ушла в комнату. А я, вместо того, чтобы идти и извиниться, хлопнул дверью и свалил на улицу. Гулял почти до полуночи, обдумывая всё, что говорил и что делал. Смотрел на кольцо и возвращался мыслями к разводу. И отчетливо понимал, что не хочу этого, не хочу жить без Васьки, что несмотря на все ссоры и скандалы, я люблю её и мне нравится наша жизнь. Хоть мы и засыпаем спиной друг к другу, но мы рядышком, и я знаю, что она у меня есть, и она всегда меня поддержит, а я поддержу её. Когда я вернулся, Васька не спала, лежала и плакала. Я лег, обнял её и, протянув кольцо, попросил всё забыть и дать мне шанс начать всё с начала. Она кольцо забрала, но забывать и начинать сначала отказалась, сказала, что так мы не усвоим урок и так и продолжим тянуть всё плохое дальше. Потом мы разговаривали до утра, делились своими тревогами и переживаниями, высказывали всё, что накопилось. С тех мы больше не ругаемся, не пытаемся подстроить друг друга под себя, а если что-то не устраивает, обязательно садимся и обсуждаем, ищем компромиссы.