Во второй половине дня вырабатываю общую концепцию дизайна дома заказчика, утверждаю ее у Натальи Владимировны. Она довольно хмыкает, вносит несколько правок. Сажусь на рабочее место. Бужу компьютер, щелкаю мышкой по поэтажному плану, но ничего не происходит. Даже курсив не бегает по экрану. Все зависло. Вызываю диспетчер задач — никакой реакции.

Нажимаю горячие клавиши, перезагружаю процессор. Жую губу от волнения. Я не сохранила последние изменения. В голове подсчитываю, сколько понадобится времени на восстановление. Много… Дура! Я всегда боялась подобной ситуации, и вот она произошла. Хватаю ручку, начинаю щелкать колпачок. Компьютер загружается. Экран загорается… и снова потухает.

— Да чтоб тебя… — выругиваюсь себе под нос.

— Что случилось? — Наталья Владимировна выглядывает из-за монитора.

— Кажется, комп сдох, — откидываю ручку на стол.

— Так звони айтишникам. Чего тянешь? — рявкает она.

Тяжело вздыхаю. Молитвенно взываю к вселенной, чтобы хоть какая-то информация по проекту сохранилась, иначе придется начинать все заново. Страх липкими щупальцами скручивает желудок. Набираю внутренний номер IT-отдела. Длинные гудки давят на виски. Закрываю глаза, откидываюсь на спинку офисного стула, стараясь успокоиться.

— Алло, — наконец произносят на другом конце провода.

— Добрый день! Это Алиса-дизайнер, — тараторю я, подскакивая на месте. — У меня беда. Комп завис. А там важная информация.

— Алиса, успокойся, — перебивает спокойный мужской голос. — Я сейчас подойду.

На этом разговор прерывается. Не очень понимаю, кто из ребят придет, но надеюсь, что мне помогут.

Через пару минут раздается уверенный стук в дверь, после чего в кабинет заходит молодой человек в зеленой клетчатой рубашке. Он высокий, но почему-то сутулится, словно стесняется своего роста. Кудрявые каштановые волосы торчат в разные стороны. Голубые глаза скрываются за очками в модной прямоугольной оправе.

Облегченно выдыхаю. Хорошо, что пришел Виталик. Талантливый парень, способный починить все на свете.

— Всем добрый, — он взмахивает рукой. Ему отвечает нестройный хор голосов. — Что тут у вас случилось? — проходит сразу к моему столу.

— Все черное, — киваю на экран, поднимаясь. — Садись.

Виталик занимает мое место. Берется за мышку. Внимательно всматривается в монитор. В ожидании тереблю край платья, заламываю пальцы.

— Не переживай, — Виталик поворачивает ко мне голову. — Ничего страшного. Я все сделаю. Там есть что-то важное?

— Ага, — киваю несколько раз. — Я не сохранила последние изменения.

— Сейчас восстановим, — он тепло улыбается.

Поджимаю губы. Ладони потеют от волнения. Вроде бы ничего страшного, но все равно тревожусь.

— Готово, — весело произносит Виталик. — Смотри, все так?

Неверяще окидываю взглядом загоревшийся экран. Опираюсь рукой на стол, наклоняясь к монитору. Всматриваюсь в размеры на плане, нанесенную разметку, выискиваю последние исправления, о которых помню. Все как надо. Облегчение прокатывает по телу.

— Ты приятно пахнешь, — вдруг тихо произносит Виталик.

Недоуменно поворачиваюсь к нему. Только сейчас понимаю, насколько близко мы находимся друг к другу.

— Прости, — тут же выпрямляюсь. — И спасибо большое!

Виталик поднимается из-за стола. Рядом с ним я совсем малышка.

— Если будет нужно, сразу звони, — улыбается он и уходит, не оборачиваясь.

А у меня возникает устойчивое чувство, будто я что-то упустила. Хмурюсь, но сразу махаю рукой, отделываясь от этой мысли. Плюхаюсь на стул, немедленно сохраняю все изменения, и только после это начинаю дальше прорабатывать дизайн.

Конец рабочего дня наступает внезапно. За проектом не замечаю, как проносится время. Почти все уже ушли. А Стас за весь день не написал ни слова. Возможно, тоже работает. Может, стоит сходить к нему? Или не нужно? Глупые бабочки в животе начинают пархать, стараясь своими крылышками утянуть меня к нему. Тру глаза, отстраняясь от монитора. Все-таки схожу, хотя бы узнаю, как он.

И снова в коридоре тихо, как было утром. Гулкие шаги отлетаю от стен. Уже почти заворачиваю в крыло, где находится кабинет Стаса, когда сзади раздается знакомый голос:

— Алиса, — радостно окликает меня Виталик.

Разворачиваюсь к нему. Тепло улыбаюсь. Благодарность так и рвется наружу.

— Ты еще не ушел домой? — делаю шаг в его сторону.

— Нет, — он мотает головой. У него в руке кружка. Видимо, тоже работы через край. — Ну как? Все работает?

— Да, — киваю. — Спасибо тебе большое! Это было… волнительно, — усмехаюсь.

— Было бы за что, — щеки Виталика розовеют.

Жду, что он еще что-нибудь добавит, но Виталик молчит. Тишина затягивается. Нервно переступаю с ноги на ногу. Открываю рот, чтобы уже попрощаться, как слышу:

— Может быть, сходим куда-нибудь? — тихо произносит Виталик.

— Прости, что? — округляю глаза, неверяще глядя на него.

— Я хочу пригласить тебя на свидание, — Виталик трет шею, опускает взгляд в пол. — Давно хотел, но все не решался. А сегодня подумал, что нужно рискнуть.

Сжимаю губы, не зная что ответить. Моргаю. Вот это новость! Никогда бы не подумала, что нравлюсь Виталику. Да мы с ним почти и не общаемся. Как такое может быть?

— Прости, я не могу, — слова даются с трудом.

— Я тебе не нравлюсь? — он вскидывает на меня грустные глаза.

— Не в этом дело… — перебираю пальцами подол платья.

— У тебя кто-то есть? — тут же перебивает Виталик.

Задумываюсь. А есть ли?

В мыслях всплывает лицо Стаса. По идее мы же не встречаемся. Я вообще не понимаю, какие отношения нас связывают. Но в то же время чувствую, что принадлежу ему. И пусть все дело в словесном контракте, только для меня это нечто большее. “Он тебя шантажировал, а ты к нему чувства испытываешь?”, — ехидная мыслишка всплывает ярким светом.

— Нет, у меня никого нет, — тяжело вздыхаю. — Но…

— Что здесь происходит? — грубый мужской голос не дает мне закончить.

Давлюсь воздухом. Оборачиваюсь через плечо. Стас в белой рубашке, без пиджака, жестко смотрит на меня. Его губы сжаты. На скулах ходят желваки. Он взбешен.

— Виталий, у вас работы мало? — Стас переводит взгляд на айтишника. Тот молчит в ответ. — Если так, то могу добавить. Либо идите домой, а не засиживайтесь в офисе, — цедит он.

Виталик скомкано кивает, глухо извиняется и уносится прочь. Поражаюсь скорости, с которой он сбегает. Не понимаю, что произошло, но поведение Стаса достойно подростка, срывающего свою злость на окружающих. Разворачиваюсь к нему, желая отчитать за несдержанность, но не успеваю слова сказать, как он грубо хватает меня за локоть и тащит в сторону ближайшей переговорки. Заталкивает внутрь.

— Ты что творишь? — разворачиваюсь к Стасу, когда он с грохотом закрывает дверь.

— Что этот хотел от тебя? — он в два широких шага подходит ко мне.

Не смотря на то, что в переговорке темно, света из панорамных окон хватает, чтобы осветить напряженное лицо Стаса. Сведенные брови, тяжелый взгляд, сжатые губы — все говорит о том, насколько он зол. Сглатываю. Я впервые вижу его в таком состоянии. Даже в наш первый раз в кабинете Стас был спокойнее.

— Да какая разница? — повышаю голос. Но это скорее защитная реакция.

— Алиса, — Стас хватает меня за предплечье. Смотрит в глаза. — Я задал вопрос, — цедит сквозь зубы.

Язвительные слова уже готовы сорваться с губ. Вовремя останавливаю себя. Глубоко вздыхаю, остужая разгоряченные легкие. Нужно успокоиться, иначе неизвестно, к чему наша перепалка может привести.

— Стас, правда, я не понимаю, чего ты так завелся, — стараюсь говорить ровно.

— Не понимаешь? — он звереет еще больше.

Наклоняется вперед, становится почти вплотную ко мне. Чувствую его теплое дыхание на лице. Буравим друг друга взглядами. Вдруг Стас резко прижимает меня к себе. Толкает назад в сторону круглого стеклянного стола. Отпихивает мешающий кожаный стул с невысокой спинкой. Тот с грохотом врезается в стену.