«Ты справишься, Айшат», — прошептала я тихо себе в темноте, впервые за два месяца чувствуя, что теперь у меня есть настоящая причина верить в лучшее.

Айшат

Я стояла под струями душа, позволяя воде смывать с тела накопившееся за день напряжение. Тепло и аромат любимого геля расслабляли, позволяя на мгновение забыть обо всём на свете. Я не заметила, как время пролетело быстро, и, выключив воду, поспешно завернулась в большое полотенце. Мокрые волосы рассыпались по плечам, оставляя на коже прохладные капли.

Сделав шаг из ванной комнаты, я неожиданно столкнулась с широкой спиной Имрана, который стоял возле шкафа, видимо, что-то ища. Я застыла на месте, сердце бешено застучало от неожиданности и смущения.

Он, почувствовав моё присутствие, резко повернулся и тоже замер, внимательно смотря на меня. Несколько секунд длились целую вечность — мы оба молчали, а в комнате вдруг стало очень жарко и душно. Его взгляд прошёлся по моему лицу, затем медленно опустился вниз, задержавшись на оголённых плечах и влажных волосах, с которых капли медленно стекали на моё тело.

Я нервно сглотнула, чувствуя, как от этого взгляда кожа покрывается мурашками, а дыхание становится сбивчивым и неровным. Я ещё крепче прижала полотенце к груди, словно оно могло защитить меня от его изучающего взгляда.

— Прости… — тихо произнёс Имран, и его голос звучал непривычно напряжённо, хрипло. — Я думал, ты уже закончила…

Но он не отвёл взгляда, наоборот, продолжал стоять неподвижно, будто что-то держало его на месте, не позволяя отвести глаз.

— Это я виновата, — смущённо прошептала я, чувствуя, как пылают щёки. — Я думала, тебя ещё нет…

Я хотела пройти мимо, но вдруг заметила, что он сделал шаг навстречу, невольно преграждая мне путь. Его взгляд стал ещё темнее, а дыхание, казалось, тоже сбилось. Он не сводил с меня глаз, словно впервые увидел что-то, чего раньше не замечал.

— Айшат… — произнёс он негромко, почти шёпотом, будто не веря, что видит перед собой именно меня.

Я почувствовала, как сердце затрепетало в груди, не понимая, чего он хочет, почему смотрит на меня так пристально. Раньше он никогда не смотрел на меня с таким интересом.

Он сделал ещё один шаг ближе, и я почувствовала исходящее от него тепло, запах его духов смешивался с ароматом моей кожи, и это сочетание вдруг показалось мне опьяняющим.

— Я не должен был… — начал он тихо, словно оправдываясь перед самим собой, — я не хотел тебя смущать…

И при этом его глаза продолжали изучать меня с таким глубоким интересом, что мои щёки горели всё сильнее, а дыхание становилось прерывистым. Я чувствовала, как полотенце медленно начинает сползать с влажной кожи, и поспешила ещё крепче прижать его к себе.

Имран неожиданно поднял руку, и я едва не вздрогнула, когда его пальцы осторожно коснулись моего мокрого локона, убирая прядь волос за ухо. Его прикосновение было таким нежным и бережным, что я ощутила, как тело невольно дрогнуло, а по позвоночнику побежали мурашки.

Он стоял близко, так близко, что я могла слышать его дыхание, ощущать тепло, исходящее от его тела. Но вдруг, словно очнувшись от наваждения, он резко отвёл руку, отступил назад и опустил взгляд.

— Извини, Айшат, — сказал он сухо и напряжённо, явно стараясь вернуть себе самообладание. — Я не должен был этого делать…

Он быстро отвернулся, и я заметила, как напряглись его плечи, словно он боролся с самим собой. Сердце всё ещё бешено билось в груди, и я не могла произнести ни слова, просто стояла, крепко прижимая к себе полотенце, боясь пошевелиться.

— Я пойду вниз, — произнёс он хрипло, избегая смотреть в мою сторону. — Прости ещё раз.

Он вышел из комнаты так быстро, словно пытался скрыться от самого себя, оставив меня совершенно растерянной и смущённой. Я ещё долго не могла сдвинуться с места, пытаясь понять, что сейчас произошло между нами.

Впервые за эти месяцы он смотрел на меня иначе, совсем по-другому. В его взгляде была не жалость, не отстранённость, а явный, глубокий интерес. Я ощутила в его глазах что-то новое, тревожащее и захватывающее одновременно. Сердце снова забилось сильнее от осознания того, что впервые Имран увидел во мне не просто вынужденную жену, а женщину.

Я поспешно переоделась, стараясь успокоиться и привести мысли в порядок, но его взгляд, его осторожное прикосновение продолжали преследовать меня, вызывая странное, волнующее чувство внутри.

Ночью я долго ворочалась в постели, не в силах уснуть, снова и снова вспоминая его взгляд, его прикосновение. Сердце колотилось чаще обычного, а внутри горело новое, незнакомое тепло, которое я боялась признать даже себе.

И хотя ничего серьёзного между нами сегодня не произошло, я впервые поняла, что отношения между нами стали меняться. В этот вечер Имран впервые увидел во мне ту, кем я так долго хотела стать для него, — женщину, которая могла вызывать в нём чувства и желание. И эта мысль заставляла меня улыбаться сквозь смущение, даря робкую надежду на то, что между нами теперь всё может стать иначе.

Айшат

Весь вечер я не могла избавиться от воспоминаний о том неловком моменте, когда Имран застал меня в комнате в одном полотенце. Мои щёки снова и снова покрывались жарким румянцем, стоило лишь представить его взгляд, который тогда скользил по моему телу. Я старалась избегать его, прятала глаза и не могла понять, как теперь вести себя с ним после того случая.

Имран пришёл домой немного раньше обычного. Он сидел за столом, разбирая какие-то бумаги, и время от времени бросал на меня задумчивый взгляд. Мне казалось, что он тоже вспоминает наш неловкий момент, от чего я терялась ещё больше.

Чтобы занять себя и отвлечься от тревожных мыслей, я начала складывать вещи, стараясь не смотреть в его сторону. Но руки мои дрожали, а сердце беспокойно билось. Я уже почти закончила, когда услышала его голос:

— Айшат, ты сегодня совсем не смотришь на меня. Всё ещё сердишься за вчерашнее?

Я вздрогнула от неожиданности и, поднимая глаза, встретила его пристальный взгляд. Моё лицо мгновенно вспыхнуло, и я поспешно отвернулась.

— Нет, я не сержусь, просто… — голос мой предательски дрогнул, и я замолчала.

Имран вздохнул и медленно встал, подходя ко мне ближе. Я почувствовала его тепло за спиной, и сердце тревожно затрепетало.

— Если ты чувствуешь себя неуютно из-за того случая, то зря, — тихо сказал он. — Я не хотел тебя смущать или пугать, просто не ожидал… увидеть тебя такой.

Его голос звучал настолько искренне и мягко, что я невольно обернулась и посмотрела ему в глаза. В этот момент что-то странное случилось со мной — перед глазами резко потемнело, мир вокруг поплыл и ноги подогнулись. Я слабо вскрикнула и, кажется, уже начала падать, когда сильные руки Имрана подхватили меня.

— Айшат! Что с тобой? — в его голосе звучал искренний испуг и тревога.

Он крепко держал меня за плечи, пытаясь заглянуть в глаза, которые никак не могли сфокусироваться.

— Ничего… пройдёт сейчас… — прошептала я, беспомощно цепляясь за его руки и чувствуя, как голова кружится всё сильнее.

— Нет, не пройдёт, посмотри на меня, Айшат! — требовательно повторил он, приподнимая моё лицо ладонями и пытаясь поймать мой взгляд. — Ты хоть видишь меня?

Я пыталась ответить, но перед глазами всё ещё было темно и мутно. Страх захватил меня, и я инстинктивно сжала пальцы на его руках.

— Уже лучше, я просто переволновалась… — пробормотала я наконец, пытаясь выпрямиться.

— Это не «просто переволновалась», — голос его стал резким и напряжённым. — Такое с тобой впервые?

Я помедлила, затем, чувствуя его настойчивый взгляд, призналась тихо и неуверенно:

— Нет… не впервые. Такое бывает, когда волнуюсь или устаю. У меня с детства проблемы со зрением, обычно быстро проходит…

— И ты не сказала мне об этом раньше? — сердито перебил меня Имран, и глаза его потемнели от волнения и раздражения. — Как можно было молчать о таком, Айшат? Ты понимаешь, что это может быть серьёзно?