‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я принимаю душ, надеваю чистые вещи и вызываю такси. По дороге звоню и договариваюсь о ремонте машины. Сейчас двенадцать часов дня, я подъезжаю к дому ее родителей. Выхожу из такси и звоню в дверь. Никогда раньше не заходил внутрь. Не видел ничего кроме этих ворот, и то только издали. Провожать до ворот Алису было нельзя, ведь родители могли увидеть. Сейчас даже смешно. Сколько глупых рамок нам навязывает общество. Когда мы виделись в последний раз до моего отъезда, ей было восемнадцать, я вполне мог прийти к ее родителям и сватать ее. Сейчас не понимаю, почему тогда упустил свой шанс. Они, конечно, могли мне сначала отказать, но главное, что они бы знали о нас, и я не думаю, что помешали бы счастью дочки. Алиса всегда с очень большой любовью говорила о них, и я знаю, насколько она близка со своей семьей.

Дверь открывается, и передо мной появляется взрослая, но очень ухоженная женщина. Это мама Алисы. Они совсем не похожи. Я уже видел ее и не один раз, но никогда не разглядывал. Всегда пытался остаться незамеченным.

Сзади, держась за подол ее платья, появляется ребенок. Маленький худенький мальчик с большими черными глазами, точь в точь как у его мамы. Ребенок протягивает мне мяч, и я, наклонившись, беру его.

— Давид! Иди в дом, дедушка тебя звал. — Женщина бросает строгий взгляд на ребенка и подталкивает в сторону дома.

Здравствуйте. Меня зовут Георгий. Я друг и одноклассник Алисы. Мне нужно с ней поговорить, позовите ее, пожалуйста.

— Здравствуйте, — Женщина окидывает меня недовольным взглядом и продолжает, — Алисы сейчас нет. Она уехала. Не знаю, когда приедет, но я скажу ей, что вы приходили, и она позвонит, если захочет.

«Если захочет» — последнюю фразу она произносит с нажимом, как бы давая понять, что это вряд ли случится.

— Куда она уехала? — спрашиваю, не обращая внимание на то, что мама моей Белоснежки уже собирается закрыть калитку перед моим носом.

— Она нам не сказала, извините, ничем не могу вам помочь.

Дверь захлопывается, и я даже не успеваю попрощаться. Запрокидываю лицо к небу и нервно смеюсь. Детский сад какой-то. Не удивлюсь, если Алиса дома, а мне просто не дали ее увидеть. Я знаю по меньшей мере десяток женщин и их мамаш, которые мечтают, чтобы я, офицер и герой, остановил свой выбор на их дочках. Но, видимо, с Алисой, как и раньше, будет непросто. Мы повзрослели, и преграды, разделяющие нас, выросли вместе с нами. Увидев сейчас ее пацана, я начинаю это осознавать.

Я никуда не уехал. Стою под ее воротами уже битый час. Пытаюсь дозвониться еще несколько раз. Но все безуспешно. Решаю ждать, пока она не выйдет, ну или приедет домой, если ее мама сказала правду. Через полчаса к воротам подъезжает такси, и к моему удивлению из него выходит Алиса. Безупречно красивая, как и всегда. Но сегодня она другая, больше похожа на малышку из моего детства. В джинсах, кедах и широкой майке серого цвета. Волосы, уложенные в легкие кудри, очень ей идут.

Я замираю на месте, но прихожу в себя, вспоминая, что ужасно зол, и мне нужны правдивые ответы на все мои вопросы.

Алиса.

За чашкой чая в уютном кафе мы с подругой из института обсуждаем работу, детей, ее отношения с мужем и свекровью и еще многое из того, о чем — давно не удавалось поговорить в коротких разговорах по телефону.

Аида — скромная кабардинка и необыкновенная красавица. Она училась со мной в одной группе, мы подружились практически сразу, обе закончили институт с красным дипломом. После института поддерживаем дружбу вот уже на протяжении нескольких лет. Она, как и я, практически сразу вышла замуж. У ее мужа уже было двое детей от первой жены, а своих Аиде пока родить не удалось. Она старалась подружиться с мальчишками, но все ее попытки не увенчались успехом. К тому же муж в постоянном поиске работы, да еще и свекровь, которая живет с ними. Аида работает на двух работах и ведет кулинарный канал на Youtube, чтобы обеспечить всем необходимым свою большую семью.

Да и с мужем, и со свекровью у нее частые недопонимания и ссоры. Свекровь ее мучает постоянными претензиями, а муж, похоже, вообще ничего не хочет, кроме как сидеть за компьютером и играть в войнушки по сети.

Слушаю Аиду и понимаю, что отчасти мне грех жаловаться на мужа. Если бы не мое отношение к нему, а точнее отсутствие чувств, то, возможно, мы были бы очень счастливой парой. Марат обеспечивает меня, безумно любит нашего ребенка, его родители никогда не вмешивались в нашу жизнь, а работаю я только потому, что сама этого хочу. Получается, я сама виновата в том, что наши отношения изменились… Его гнев и злость — это лишь реакция на мою холодность к нему. Но если бы только я могла что-то изменить… Сердцу ведь и правда не прикажешь, и дело совершенно не в том, что Марата невозможно любить. Совсем наоборот, он заслуживает любовь, уважение, заботу и верность. Это я досталась ему бракованной, во мне проблема, моя неизлечимая болезнь, имеющая имя Георгий. А любовь, как известно, на троих не делится. Поэтому Марату просто не повезло, что он выбрал меня.

Впечатленная произошедшим вчера и услышанным сегодня, даю себе слово изменить свою жизнь. Вернусь в Москву, постараюсь наладить отношения с мужем и буду любыми способами запрещать себе думать о НЕМ. То, что произошло вчера, должно стать концом моей одержимости. От мыслей меня отрывает вибрация телефона в сумочке. Достаю и вижу входящий звонок от человека, о котором только что запретила себе думать. Он еще не все сказал? Что еще ему от меня надо?

— Алиса, ты как будто побледнела. Все нормально? Тебе кто-то звонит? — Аида, уставившись на меня, протягивает руку и заботливо гладит — по плечу

— Все в норме, дорогая, это по работе. Кажется, мне уже пора, сейчас увидела время, мы с тобой засиделись. — Аида не знает и не догадывается о моих проблемах. У нее у самой их — столько, что про себя я даже стесняюсь говорить. — Давай я уже вызову себе такси, а по дороге как раз перезвоню на работу.

— Я могу тебя подбросить домой. — Предлагает Аида, доставая ключи от машины из маленькой сумочки.

— Не стоит, я хотела еще заехать в аптеку и в универмаг, нужно купить кое-что домой. — Вру, понимая, что просто хочу остаться одна, чтобы решить, как будет строиться наше общение с Гео.

Попрощавшись с подругой и сев в такси, я стараюсь мыслить разумно. Кручу в руке телефон и думаю, что нужно перезвонить, попытаться спокойно поговорить, забыть все обиды и помнить только то хорошее, что у нас было. Но где-то читала, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает, и подсознание подсказывает, что это плохая идея. Нас слишком тянет друг к другу физически, поэтому, если и принимать единственно верное решение, то это полное отсутствие общения и встреч с этим мужчиной. Но как же мне будет его не хватать! Смогу ли я забыть про него, если в течении долгих лет полного молчания так и не забыла. Но чтобы окончательно не потерять свою жизнь и не испортить ее сыну, нужно быть сильной.

“Сильной”, - говорю себе это и вижу Его, стоящего рядом с нашими воротами.

Выхожу из такси, замечаю, как он жадно меня разглядывает. Взгляд полный решительности, не то что у меня сейчас, наверное.

Подходит и говорит таксисту, чтобы тот ждал. Потом переводит взор на меня и без приветствия сообщает, что нам нужно поговорить.

— Мы вчера поговорили, мне не о чем больше разговаривать. И вообще зачем ты приехал сюда? Откуда знал, что я была не дома? А если бы родители тебя увидели?!

— Я позвонил в дверь, вышла твоя мама и сказала, что тебя нет. Где ты, не сказала. Поэтому я тебя ждал.

Я удивленно округляю глаза.

— Мама?! Ты серьезно? И что она еще сказала?

— Блядь, Алиса! Мне не нравится твоя реакция! Ты так боишься, что обо мне кто-то узнает, что меня это уже начинает бесить! — Он берет меня за локоть и подталкивает к машине. — Поехали, есть темы, которые нам нужно обсудить.