— И кошмары тебе больше не снятся в такие ночи?

— Бывает повторяются, но наступает утро и пора работать.

— А ведь есть способы избежать повторений. Какого рода у тебя кошмары? Ты видишь смерть, тебя преследуют, задыхаешься во сне? Тонешь? Падаешь с высоты или барахтаешься в трясине?

— Преследуют. Почти всегда. Это какие-то монстры, большие темные существа, чьих лиц я никогда не вижу. Только иногда черные провалы глаз или красные зрачки.

— И обычно ты пытаешься их задушить?

— Обычно я пытаюсь от них сбежать и спрятаться. Если кидаются, отбиваюсь и снова бегу.

— Помогает избавиться от преследования?

— Нет. К чему ты клонишь? Если хочешь знать, я был у сомнолога, психолога и психиатра, но они ничем не смогли мне помочь.

Девушка только повела бровью и отпила глоток чая.

— В следующий раз, когда в твоём кошмаре тебя будет кто-то преследовать, остановись, повернись к нему лицом и спокойно спроси «что тебе нужно?».

— Я понял, ты точно издеваешься. Просто решила посмеяться надо мной, — Хёншик со звоном поставил кружку на столик и поднялся, чтобы уйти.

— Лет с 8 меня мучили кошмары.

Он остановился, они встретились взглядами и по её печальному лицу мужчина понял, что говорить она будет серьёзно. Он снова сел и взял вторую печеньку.

— Иногда в кошмарах меня преследовали. Люди, бешеные животные, монстры, смерть с косой. Гигантские пауки. Иногда я видела смерть близких. А иногда умирала сама.

— В смысле, видела свою смерть?

— Нет. Проживала её. Чувствовала боль и страх. Однажды мне приснился сон, в котором я горела заживо в домике посреди озера. И я там была совершенно одна без шансов на спасение. В другом сне умерла и стала привидением в заброшенном каменном замке. Я отчаянно пыталась ввернуться к близким, но не могла найти выход. За́мок был запечатан.

— Мои сны в сравнении с твоими просто страшные сказки, — сказал мужчина.

— У каждого своя боль. Так вот мне помогло это. Спрашивать во сне, почему со мной такое происходит. Зачем меня преследуют. Это был как раз сон, в котором меня преследовала смерть с косой. Такая высокая фигура в плаще с капюшоном и без лица. Там вообще ничего не было внутри, темнота и давящая пустота. Оно словно загоняло меня куда-то. Я вспомнила, как себя вести, повернулась и спросила «Что тебе от меня нужно?».

— Что происходит, когда ты произносишь эту фразу?

— Сон рассеивается. И чаще всего больше не снится. Потом нужно не бояться, а проанализировать то, что видел, попытаться понять, откуда именно эти образы взялись с чем они могут быть связаны. А после проговорить вслух, как ты поступишь в следующий раз. Со временем сможешь прямо во сне отличать кошмар от реальности, даже взаимодействовать с ним. Ты научишься чувствовать, что находишься во сне и остановишь его, как только это поймёшь.

— Меня учили, что надо искать нелогичности, часы, которые стоят, и прочие странные вещи, которые помогут понять, что это сон.

— Но чтобы их искать, сперва нужно убедить себя, что тебе это нужно. И проговорить порядок действий перед сном, пока ты ещё в сознании. Кроме того, нелогичностей может не быть. Мне к примеру часы никогда не снились.

— Как давно у тебя был последний кошмар?

— Лет 5–6 назад. В студенческие годы в библиотеке я случайно наткнулась на книгу про управление снами. Прочитала и стала применять на практике, но оставить себе к сожалению не смогла. Потом пыталась найти такую же, но увы, слишком старое издание. Там был ещё опыт народов разных стран мира, о том, как они относятся к снам. Например, у индейцев принято за завтраком обсуждать, кому что снилось. Старшие учат младших понимать их сны, правильно к ним относиться и в том числе как переживать кошмары.

— Мне всегда говорили не рассказывать страшные сны, чтоб не сбылось.

— А работает наоборот. Ты проговариваешь свой страх вслух, мозг воспринимает это как что-то случившееся и ставит галочку «сделано». Может сработать не сразу, но это зависит от твоей уверенности.

— Не пойми неправильно, но со стороны выглядит глупо.

— А ты попробуй. Зачастую самое простое решение — самое верное. Раз уж тебе не помогли врачи. Ты ведь ничего не теряешь.

— Это да. Но ты говорила про успокоить мозг. Что насчёт этого?

— А тут как раз помогают чай и печеньки. Или сухофрукты или ещё что-то сладкое. Или книга вместо телефона.

— Типа излучение экрана и вот это вот всё?

— Да.

— Я не вожу с собой книги обычно.

Ён Хи встала и подошла к прикроватной тумбочке, вытащила оттуда небольшую книгу в зелёной обложке и протянула ему.

— «Вторники с Морри, или величайший урок жизни»? — прочитал Хёншик, листая страницы. — И о чём она?

— Я ещё не дочитала, но тебе сейчас нужнее. Ты же потом её вернёшь? Другие книги я с собой не брала.

— Если вообще дочитаю. Выходит, ты победила кошмары?

— Да. В то время у меня ещё появились панические атаки и случались после каждого кошмара. Так что победить их стало моей целью и мне это удалось.

— А атаки?

— Их тоже. Самовнушением.

— Что же ты себе внушала?

— Что это не болезнь, что я не умираю, что с моим телом всё в порядке и всё это идёт от мозга. Для этого с начала нужно разобраться с физиологией.

— Я думал, с паническими атаками работают только психологи и психиатры и то через таблетки.

— Они сами говорят, что единственный верный способ — это собственная работа пациента над собой. Мне правда это помогло. Почему ты никому не говоришь об этой проблеме?

— Ненавижу, когда меня жалеют, а фанаты точно будут, если узнают.

— Что ж, это твоя жизнь. Если не против, я хочу успеть поспать немного. Сейчас только 3.20 ночи.

— Да, конечно. И спасибо. Но в будущем не приходи, чтобы я случайно тебе не навредил.

— Хорошо. А ты всё же попробуй мою технику.

— Договорились, — мужчина похлопал книгой по раскрытой ладони и удалился к себе.

Ён Хи повела себя иначе, чем он ожидал. Можно сказать позаботилась о нём, помогла ему даже. А это дорогого стоит, особенно когда человек знает, что делать с тем, с чем другие не разбираются. Что ж, он действительно ничего не потеряет, если попробует говорить со своими кошмарами.

— Ты уверен, что мы выдержим весь день вместе? — Ён Хи торопливо накладывала лёгкий макияж, пока мужчина сидел в её кресле и наблюдал. Сейчас они действительно были похожи на пару, в которой мужчина ждёт, пока его женщина соберется на свидание.

— Придётся. Сегодня Рождество, гуляют все парочки. Это идеальное время показать наши отношения.

— Чем будем заниматься весь день? — Ён Хи распустила узел на затылке и принялась расчесывать длинные волосы. На минуту он засмотрелся, но потом заговорил.

— Сперва пойдём по магазинам на пару часов. Нужно выбрать друг другу подарки. Потом пообедаем в моей любимой кофейне и съедим традиционный десерт. Потом будем просто гулять по улицам, фотографироваться, можем посетить каток. Мне нужны фотки для постов в соцсетях. Вечером ужин и конец этой пытки.

Ён Хи передернуло от слова «пытка». Неужели он правда воспринимает время, проведённое с ней, как пытку? Всё настолько плохо? А ведь она только-только начала оттаивать к нему. Девушка вдруг разозлилась.

— Ты как-то сделал мне замечание, что я огрызаюсь на каждую твою фразу. Но как мне не огрызаться, если ты считаешь пыткой общение со мной?! Я как бы тоже не в восторге изображать твою девушку, но если будешь так меня оскорблять, давай сразу всё закончим.

— Всё сказала? — спросил он строго. Она кивнула. Тогда мужчина продолжил. — Не знаю, почему никак не поймёшь меня. Я слишком хорошо воспитан, чтобы оскорблять. Тем более женщину. И почему ты решила, что весь день на ногах без перерыва изображать влюблённость это легко? Мне уже не 18, чтобы я без устали мог скакать по всему городу и совсем не устать. Конечно, утомительно будет. Для нас обоих, разве нет?