— Иногда бывает необходимо прогнуться, чтобы удержаться на плаву.
— А иногда нужно защищать свои принципы, чтобы не потерять свою честь.
— Насколько я могу судить, в этой ситуации твои принципы тебе не особо помогли.
Девушка вскинулась, обдала его ледяным взглядом и сухо выдала:
— Ты всегда был высокомерным.
Она вошла в дом, извинилась перед его родителями, сославшись на плохое самочувствие, и удалилась домой. Хёншику было не интересно слушать, о чём говорят за столом. Поэтому он набрал на отдельную тарелку закусок, налил себе ещё вина, устроился во дворе, сев в удобное плетёное кресло, и открыл соцсети. Ему вдруг захотелось посмотреть, что такого писали про Ён Хи и в чём конкретно её обвиняли. Найти информацию не составило труда.
Отец мальчика обладал красноречием и умел аргументировать свои обвинения. В его постах Ён Хи представала как грубая, бездарная и вульгарная учительница, какой не место в школе. Знаний она давать не умеет, с детьми ведёт себя отвратительно, грубит и оскорбляет, а ещё она посмела делать непристойные намёки отцу ребёнка.
Хёншику показалось, что как-то автор этих постов сгущает краски. Ён Хи ему самому не слишком нравилась, но это уже перебор. Он сомневался, что соседка прям настолько плохой человек. Да и её мать не стала бы придумывать факты, которые легко проверить, например титул «учитель года». И всё-таки наверняка было в её поведении что-то, что спровоцировало постороннего мужчину разнести её репутацию в пух и прах.
На следующий день Хёншик расспросил свою маму подробнее о том, что она знает про ситуацию с Ён Хи, про сложности с поиском работы. Ещё он детально вспомнил старый детсадовский конфликт и свои чувства по этому поводу. Хотя сейчас они уже казались ему сугубо детскими, обида осталась, и его мнение о соседской девушке не изменилось в лучшую сторону.
— Сынок, не почти за труд занести соседям тарелку из-под пирожков, — попросила мама по окончании разговора, пока накрывала и убирала в холодильник оставшиеся от завтрака блюда и делала заготовки на обед.
Хёншик взял тарелку и уверенным шагом направился в соседский двор.
Госпожа Ли встретила его тепло и почти по-матерински. Сразу позвала дочку, хотя в этом, очевидно, не было никакой необходимости.
— Ён Хи, смотри, кто в гости зашёл. Давай чаю заварим, и принеси печенье, которое ты утром испекла.
Хёншику показалось забавным такое явное сватовство в свой адрес. Мать девушки словно старалась показать её лучшие стороны, чтобы заинтересовать его как мужчину. Он мог бы сразу поставить её на место и дать понять, что им обеим ничего не светит, но промолчал. В конце концов, госпожа Ли не сделала ему ничего плохого, если не считать ее чрезмерной болтливости. Что же до прошлого 25-летней давности, его вряд ли стоило вспоминать.
Ён Хи энтузиазм матери совершенно не разделяла. Хёншик ей категорически не нравился, и она не собиралась ему угождать. И всё-таки перечить маме она не стала. Женщина сильно сдала после смерти любимого мужа, а когда Ён Хи потеряла работу и фактически села матери на шею против своей воли, госпожа Ли совсем расстроилась и стала вести себя как наседка.
— Я бы не хотела, чтобы ты неправильно понял мою маму, — начала Ён Хи, пока госпожа Ли скрылась в своей комнате. — Она ничего такого не имеет ввиду, а я тем более.
— Ничего такого — это какого? — усмехнулся мужчина.
— Думаю, ты понимаешь, о чём речь.
— Не уверен. Почему мне кажется, что ты меня на дух не выносишь?
— Потому что это так? — ответила она вопросом, посмотрев ему прямо в глаза. — Давай начистоту. Мама хочет устроить мою личную жизнь, но не думай, что меня это интересует. К тому же ты не в моем вкусе, и меня не впечатляет твой статус, внешность, заработки или что-то другое. Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы обольститься всем этим. Желания моей матери не равны моим. Просто хочу, чтобы ты это знал.
— Вот поэтому у тебя и нет личной жизни, — ухмыльнулся Хёншик. — Какой мужчина захочет слушать подобное?
— Вот и замечательно. Мы прекрасно друг друга поняли, — подытожила Ён Хи и выставила на стол кружки для чаепития. Почти сразу после этого в столовую вошла госпожа Ли, как если бы подслушивала их разговор и дожидалась удачного момента.
— Ты ещё не разливала чай? Дочка, что же ты медлишь? Предложи нашему гостю хотя бы сесть!
— Всё в порядке, госпожа. Я не захотел присесть, потому что насиделся дома. Но от чая не откажусь. — Хёншику вдруг понравилось провоцировать Ён Хи и ловить её недовольные взгляды, а ещё забавляла суета её матери вокруг него и её неумелые попытки захомутать себе успешного зятя.
За чаем они разговорились на разные темы, в том числе о школе. Хёншик заметил, с какой добротой и любовью говорит девушка о своих учениках, их успехах, как сочувствует их неудачам. Она явно любила свою работу и в общем-то прекрасно вписывалась в образ учителя. Он даже перестал пытаться понять, в чем же она могла накосячить. Как вдруг госпожа Ли спросила:
— Хёншик, а у вас часом не найдется работы для моей Ён Хи? Она не неженка, но больше преуспела в труде интеллектуальном. Вы работаете в большом агентстве, у вас много связей…
— Я уже нашла место в супермаркете, мам. Пойду туда кассиром временно.
— Каким кассиром, дочка? Ты с ума сошла?
— Нормальная работа, не хуже других, — пожала плечами Ён Хи. — Уж явно лучше, чем быть кому-то обязанной.
— О каких обязательствах ты говоришь? — мама Ён Хи в этот момент напомнила Хёншику наседку, растопырившую крылья. Сравнение получилось настолько забавным, что он не сдержал смешок.
— Всё в порядке, госпожа Ли. У нас не требуются учителя, но я спрошу, может, есть другая работа.
— Не стоит. Поверь, я могу сама о себе позаботиться, — отрезала учительница.
— Не сомневаюсь. Что ж, спасибо за чай и ваше гостеприимство, но мне уже пора.
Госпожа Ли снова закудахтала, уговаривая его посидеть ещё немножко. По взгляду Ён Хи безошибочно читалось желание вообще его не видеть, предпочтительно никогда. Самого Хёншика ситуация попросту насмешила, дразнить Ён Хи оказалось интересно, даже забавно. Когда он вышел из дома, то услышал через дверь, как мать начала песочить дочь за неподобающее поведение, нежелание понравиться красивому мужчине и глупые ответы. Девушка уверенно отбивалась, настаивая на своей точке зрения, и повторила тоже самое, что сказала ему в лицо. Это и вовсе привело госпожу Ли в бешенство, и та стала кричать и, кажется, даже пару раз ударила Ён Хи, судя по глухим хлопкам.
Послушав некоторое время, Хёншик решил всё-таки ретироваться. Не его дело, о чем спорят мать с дочерью, даже если это напрямую его касается, ведь он не собирается иметь с ними никаких дел.
Вечером он отдыхал в родительском доме, мама читала, а отец предложил ему выпить пива и поболтать по-мужски. Хёншик не стал отказываться. Они развели костер в мангале и сели в плетеные кресла с бутылками пива в руках. За приятной непринуждённой беседой прошел вечер.
За полночь он никак не мог уснуть, вспоминая эти выходные и своё общение с соседками. По необъяснимой причине ему импонировало отношение Ён Хи, которая вела себя искренне, не пыталась лебезить или понравиться ему, не видела в нем потенциального мужа с тугим кошельком. А ведь учитывая её ситуацию, вполне могла бы, ведь это самый лёгкий для женщины путь.
Зато её мать оказалось типичной с весьма устаревшим представлениями. Одно дело — пытаться сосватать дочку, и совсем другое — её просьба! Подумать только, госпожа Ли не постеснялась попросить его трудоустроить Ён Хи! Вот ведь наглость. Даже если бы он мог подыскать ей работу, то не стал бы этого делать. В обществе это в целом не приветствовалось, тем более они впервые встретились за много лет. Да и сама девушка не желала такого развития событий.
Его собственная мать никогда не предпринимала попыток женить его. Во-первых, у нее был старший сын, уже успевший осчастливить её двумя внучками. А во-вторых, она понимала, что Хёншик не такой человек, чтобы пожертвовать всем ради создания семьи. Мама одобряла его желание построить карьеру и добиться чего-то.
