— Боюсь, я всё ещё не понимаю.

Он тяжело вздохнул и закатил глаза.

— Я не считаю общение с тобой пыткой. Так понятно? Но пыткой будет изображать то, чего нет в течение целого дня и при этом мы всё время будем на ногах. Когда я делаю это перед камерой, я знаю, что любая сцена скоро кончится, режиссёр крикнет «снято» и можно будет расслабиться, сесть, закрыть глаза. А сегодня расслабляться нельзя. К вечеру мы с тобой будем с ног валиться от усталости.

— А, вот ты о чём. Думаю, тут ты прав. Изображать то, чего нет, на самом деле сложно. Но давай договоримся, не использовать резких слов в отношении друг друга?

— Я и не собирался. Можешь постараться не взрываться вот как сейчас? Даже если тебя что-то заденет?

— Я постараюсь.

— Ты закончила? Вижу, прическа удалась. А что насчёт украшений?

— Хан Бёль подобрала мне только для парадных выходов. Обычно я не ношу украшения, поэтому у меня их нет.

— Тогда сегодня я подарю тебе какие-нибудь серьги, которые ты сама выберешь.

— Лучше подари мне хороший увлажнитель воздуха. Этот очень слабый, кожа сохнет.

— Без проблем. Будет два подарка.

— А тебе что «подарить»? — она заковычила последнее слово. Понятно же, что это будет за его деньги, да и сам увлажнитель потом останется в этой квартире, он ей не будет принадлежать. Так что Ён Хи не считала это настоящим подарком.

— Не знаю. Но что-то нужно придумать. За нами будет ходить фотограф от одного издания, чтобы сделать красивые фотки.

— Давай купим косметику, которой ты обычно пользуешь? Явно же не дёшево выйдет.

— Да, давай. Практично. Можешь матери заодно что-то выбрать, если у вас принято подарки дарить.

— Я подумаю. Маме тоже можно обновить увлажнитель, её давно на ладан дышит.

— На твоё усмотрение.

Следующие два часа они ходили по дорогущему торговому центру на Каннаме. От ценников у Ён Хи глаза на лоб лезли, и девушка ворчала себе под нос о бесполезных тратах и что-то про беспринципных богачей. Хёншику приходилось регулярно трогать её за локоть, чтобы не забывала улыбаться.

— Вон там ювелирный, — он указал направление, — пойдём тебе серьги выберем.

— Это же бутик! Там безумно дорого!

— Это же подарок.

— Я не смогу носить такие дорогие украшения.

— А я не могу ходить по дешёвым магазинам.

— Кто бы сомневался, — Ён Хи расплылась в ехидной улыбке, повернувшись к нему.

— Ты не понимаешь. Ну хорошо. Пойдём, покажу тебе, почему.

Он взял её за руку и потащил за собой на этаж ниже, где располагались магазинчики попроще. Людей здесь было больше и одеты они были привычнее для Ён Хи. Но Хёншик почему-то постоянно осматривался, пока они шли к ювелирному. Войдя в небольшой магазинчик с самыми простыми белыми шкафчиками для украшений под стеклом, он обвёл торговый зал рукой:

— Выбирай.

Цены её уже больше устраивали, поэтому девушка с энтузиазмом принялась рассматривать серьги и просила их мерить. На кольца и подвески она внимания не обращала, даже если мимоходом что-то нравилось. Всё равно же не будет потом носить, зачем расстраиваться?

Хёншик заметил за дверью женщину, странно застывшую и внимательно рассматривавшую именно его. Других мужчин в этот момент в магазинчике не было. Ну вот, начинается.

— Ты уже выбрала? — тихо поинтересовался он у Ён Хи.

— Вот из трёх выбираю.

— Поторопись.

Он достал телефон и написал Дже Уку сообщение, как раз Ён Хи определилась и мужчина оплатил покупку своей картой. Не успели они выйти из магазина, как туда вбежала толпа женщин и девушек. Они облепили актёра, устроили галдёж, требовали автограф и умоляли сделать совместное фото. Хёншик лучезарно улыбался и объяснял, что прямо сейчас он не сможет всё это сделать, что это его личное время и вообще он здесь не один.

Понаблюдав за этим хаосом пару минут с огромным удивлением, Ён Хи встала перед ним и громким учительским тоном сказала:

— А ну тихо! Что вы тут устроили?! Вы же взрослые люди!

— А ты вообще кто такая? — тут же озлобилась одна из фанаток.

— Я его девушка.

— Ой, да ладно врать! — встряла другая. — Никто не верит, что у него есть девушка. Ты наверное какая-нибудь родственница.

— Разве родственникам покупают серьги с бриллиантами на рождество? — Ён Хи помахала маленьким пакетиком с логотипом магазина перед лицом оппонентки.

— Тогда ты просто охотница за деньгами.

— Даже если не верите, дело ваше. Но как можно набрасываться на человека в публичном месте? — не отступала Ён Хи.

— Этот человек наш кумир и мы его любим. А ты отойди в сторону.

— Никуда я не уйду! Это мой парень. Мы вместе пришли, вместе и уйдём.

— Хёншик, что это за девка?

— Она даже не красивая!

— Почему эта женщина заявляет, что она с тобой пришла?! Тебе лет то сколько, тётенька?

— Да она просто меркантильная обманщица, гоните её.

— Тётенька? — возмущённо выдохнула Ён Хи. — Девка? Да кто вы вообще такие?!

— Девушки, прошу вас, — перетянул на себя внимание Хёншик. И тут началась потасовка. Фанатки бросились к нему, а Ён Хи оттолкнули в сторону и чей-то локоть зарядил ей в грудь. Хёншик повысил голос и резко велел успокоиться, затем ухватил её за руку и толкнул себе за спину.

— Ён Хи действительно моя девушка. И оскорбляя её, вы оскорбляете меня.

Воспользовавшись их минутной заминкой, актёр обнял Ён Хи за плечи и стремительно повёл к лифту. Ноги у неё подкашивались. Почувствовав это, мужчина обнял девушку за талию и почти понёс. Двери лифта как раз открылись, внутри уже стоял Дже Ук и двое охранников, работавших в этом торговом центре. Хёншик втолкнул девушку внутрь и встал перед ней спиной к фанаткам, которые уже догнали их. Как в немом кино Ён Хи видела чужие руки, которые ложились на его плечи, пытались стянуть куртку, развернуть к себе. Он морщился, но молчал. Охранники уже оттолкнули фанаток и двери, наконец, закрылись.

Не сразу Ён Хи поняла, что с ней происходит. Ещё в лифте девушка буквально оглохла, а сейчас конечности её похолодели и онемели, стало не хватать дыхания, в груди собрался тугой ком, сердце пустилось вскачь. Она вцепилась в предплечья Хёншика и посмотрела на него округлившимися от страха глазами.

— Ён Хи, что? Что случилось? Ты дышишь вообще?

Она дышала, но тяжело и рвано, со свистом.

— Руки такие ледяные. Замёрзла?

Лифт выплюнул их на площадку подземной парковки и равнодушно закрылся.

— Эй, приди в себя!

— Мне бы… сесть… только… не… в машину.

— Не в закрытое пространство?

— Да.

Он огляделся в поисках подходящего места, но вокруг были только автомобили. Менеджер как раз подъехал к их компании. Охранники ушли на свои рабочие места. Тэгён, заметив, что что-то не так, выскочил с водительского места и подбежал к ним.

— Что с ней?

— Атака… — прохрипела Ён Хи.

— Паническая атака? — уточнил Хёншик.

— Да… она… только не… уходи… сейчас.

— Я не уйду. Раз нельзя в машину, сядь на машину.

Он приподнял её и усадил на плоский багажник. Ён Хи вцепилась в его руки и старалась размереннее дышать.

— Вызвать скорую?

Она отрицательно покачала головой.

— Пройдёт… само… время… нужно…

— Чем помочь? — уточнил Тэгён.

— Успокоительное… любое…

— Дже Ук, сгоняй в ближайшую аптеку, — распорядился Хёншик и обхватил руками лицо девушки, заметив, что она почти теряет сознание. — Ён Хи, держись! Ты же сама говорила, что победила их. Так почему опять? Поговори со мной?

— Меня толкнули… в грудь… Видимо это… спровоцировало… Нехватка воздуха — один из… симптомов.

— Дыши, ты уже не такая бледная. С тобой всё в порядке. Ты цела. Это нервы, помнишь?

Она снова закивала, дыхание постепенно приходило в норму, сердечный ритм замедлялся, паника начала отступать. Хёншик опустил большой палец к пульсирующей вене у неё на шее, посчитал удары сердца.

— Уже не так быстро бьётся, — сказал он и притянул её голову к своему плечу. — Вот, обопрись об меня. Ты холодная такая. А наши куртки остались в гардеробе.