Я прищуриваюсь. Может, это потому, что я устала от его высокомерия, но я пишу:

Далия: Нет, спасибо.

Кейн: ?

Кейн: ???

Кейн: Это сарказм какой-то?

Далия: Не знаю. А ты попробуешь со мной нормально общаться?

Кейн: Что значит «нет, спасибо», Далия?

Далия: Это значит «нет» и «спасибо». Ты что, не умеешь читать?

Кейн: Во что ты сейчас играешь?

Далия: Я не играю. Мне просто нужно время. Чтобы я могла как следует восстановиться и морально подготовиться к твоему мудацкому поведению после того, как ты кончишь.

Кейн: С каких это пор тебе не все равно, как я обращаюсь с тобой после секса?

Далия: С этих. Одно дело унижать и оскорблять меня во время секса, но после — это уже другое. Мне не нравится твое холодное отношение и односложные ответы. Я не твоя секс-игрушка.

Кейн: Ты именно она. И я не буду холодно относиться к тебе, если ты будешь знать свое место и перестанешь лезть не в свое дело.

Я кусаю нижнюю губу. Он прав. Кейн никогда не обещал мне ничего, кроме секса. Я даже не знаю, почему я так переживаю из-за этого.

Он ничего для меня не значит.

На самом деле я ненавижу его и то место, откуда он взялся.

Далия: А ты просто еще один мудак, который неплохо трахается, так что я рада, что мы на одной волне.

Кейн: Неплохо? Так ты это называешь, когда кончаешь на мой член несколько раз за ночь?

Далия: Я все сказала. В любом случае, я все равно не хочу видеть твое лицо, примерно три дня. Оно меня утомляет.

Кейн: Не вынуждай меня забыть о вежливости.

Далия: Разве это не твоя стандартная установка?

Кейн: Будь у меня сегодня вечером.

Далия: Только если ты не будешь трахать меня, а мы посмотрим фильм или что-нибудь еще, как нормальные люди.

Кейн: Мы не нормальные люди.

Я читаю, но не отвечаю.

Кейн: Не смей игнорировать меня.

«Прочитано».

Кейн: Далия…

«Прочитано».

Он не единственный, кто умеет играть в эти игры. И он мне даже не нравится.

Ни капельки.

Когда я выхожу из офиса, игроки выходят из раздевалки.

Хантер и Гэвин одеты в толстовки «Гадюки», их сумки перекинуты через плечо, они тихо разговаривают. Я пытаюсь подойти поближе, чтобы подслушать, о чем они говорят.

Кто-то высокий загораживает мне путь.

— Смотрите, кто тут у нас. Дейзи.

Престон улыбается мне, его глаза ярко-зеленые.

Прекрасно.

Клянусь, он делает это только ради развлечения.

— Далия. Серьезно, сколько еще имен на букву «Д» ты знаешь, кроме моего?

— Сколько понадобится, — он подходит ближе, прижимая меня к стене.

— Сколько понадобится для чего?

— Не думай об этом. Скажи мне, что ты сказала Кейну, что он так рассердился, как подросток, и хлопнул шкафчиком? Когда все веселились? Ты мгновенно испортила все настроение. Ты такая зануда. Тебе кто-нибудь об этом говорил?

Я прищурилась.

Престона очень трудно понять.

Иногда он угрожает и обзывает, а иногда шутит. Не знаю, стоит ли у него диагноз, но он явно страдает антисоциальным расстройством личности. Ему нравится унижать других, и он часто делает это очень коварно.

Он мастер в том, чтобы вывести соперника из себя, и всегда после этого выходит сухим из воды. За исключением ситуации с Маркусом. Вот у этого ублюдка точно диагноз.

Я ясно знаю одно: слабость, покорность или, что еще хуже, избегание конфликтов только подпитывают их садистскую энергию.

К тому же я сама настроена на конфликт.

Поэтому я ухмыляюсь.

— А ты не зануда, а? Ты был настолько бесполезен, что «Гадюки» впервые в этом сезоне проиграли.

Его улыбка остается прежней, но блеск в глазах постепенно угасает.

— Неужели?

— Ага. Все видели, как Маркус обернул тебя вокруг своего мизинца и тащил по катку, как мертвый груз, — я улыбаюсь в ответ. — Как я и сказала, бесполезный.

Я понимаю, что переборщила, когда становится уже слишком поздно.

Престон протягивает руку и обхватывает мое лицо, впиваясь пальцами в мой череп, как будто хочет сломать его.

Страх сковывает мои конечности, и я не смею дышать.

— Тебе нужно научиться затыкаться, блять, — его голос становится жутко холодным, совершенно не похожим на его обычное беззаботное поведение. — Ты и этот грязный Осборн — не более чем насекомые. Вы можете немного пожужжать, даже ужалить и доставить мелкие неприятности, но сильно не заблуждайтесь, я могу раздавить вас, когда захочу. Я положу конец вашей жалкой, раздражающей жизни, когда сочту нужным.

Давление в голове нарастает, и я думаю, что он выполнит свое обещание.

Он убьет меня.

Я чувствую это костями — он сломает мне шею и уйдет, как ни в чем не бывало.

А потом ему все сойдет с рук, потому что он родился в нужной семье, а я — никто.

Его рука исчезает.

Я приоткрываю губы и моргаю, чтобы прогнать слезы, наполнившие глаза, когда Кейн появляется передо мной.

Он высокий. Выше, чем обычно. Он частично закрывает мне обзор, и я вижу только его широкую спину, закрывающую лицо Престона.

И впервые я не испытываю отвращения к его спине.

— Уходи, — спокойно говорит он.

— Я был занят, Девенпорт. Может, это тебе уйти?

Я впиваюсь пальцами в капюшон Кейна. Не знаю, что только что произошло, но я была уверена, что Престон собирался убить меня.

Я понимаю, что это жажда крови. Я почувствовала красную пелену в его прикосновении и в каждом его слове.

Это человек, который, вероятно, убивал раньше и сделает это снова без колебаний.

— А теперь ты свободен, — говорит Кейн, не обращая внимания на мою руку. — Уходи.

— Мне плевать на твои приказы. Отойди.

Моя рука дрожит. Что, если Кейн позволит ему сделать все, что он хочет, чтобы преподать мне урок?

Во что я вляпалась?

— Еще раз дотронешься до нее, и ты лишишься руки, Армстронг.

Престон громко хохочет.

— Это угроза?

— Предупреждение. Далия — моя, и я ясно дал понять, что не люблю, когда другие трогают то, что принадлежит мне.

Наступает долгая, невыносимая тишина, прежде чем Престон с силой ударяет плечом Кейна. Затем он уходит.

Я не смотрю на него, сосредоточившись на своем дрожащем, прерывистом дыхании.

Что это за чувство? Всплеск адреналина? Ощущение, что я чудом избежала смерти?

— Ты будешь держаться за меня вечно?

Я отпускаю его толстовку и морщусь, глядя на смятую ткань.

— Прости.

Кейн поворачивается ко мне, его лицо непроницаемо, глаза темные.

— Это все, что ты можешь сказать?

— Спасибо.

— Вместо того чтобы благодарить меня, научись понимать обстановку и выбирать, в какие конфликты ввязываться, — его тон резкий, гневные слова режут меня, как ножи.

Я никогда не видела Кейна таким взбешенным. Черт, я даже не думала, что он способен на такую ярость.

И что заставляет мой желудок сжиматься? Ощущение, что он злится из-за меня.

Из-за моей безопасности.

Я сглотнула.

— Я… не знала.

— Но ты должна была это почувствовать, — он выдохнул. — Держись подальше от Престона и Джуда. Ты не имеешь ни малейшего представления о том, на что они способны.

— А ты? — прошептала я. — Я также не знаю, на что способен ты.