- Хорошо хоть палку дали. Будет чем сусликов и барсуков отгонять. – брезгливо перевела взгляд на то дреколье, которое по ошибке богов кто-то криворукий и слепой назвал копьем. Длинная почти полтора метра, немного кривая палка с одной стороны оканчивалась неумело затупленным концом, а с другой стороны - варварски заостренным срезом. Черные опаленные следы на последнем, давали слабую надежду на то, что изготовитель сего предмета искренне знал что делает, стараясь тем самым предать копью хоть какую-то крепость.

«А может он увидел дело своих рук и решил от греха подальше сжечь это убожество?! Вот только кто-то достаточно туповатый взял и вытащил подпаленную палку из костра?» - скепсиса во вме хватило бы на десяток людей.

Никакого оружия, даже отдаленно напоминающее то, что она видела у вождя или воинов племени Каменных Холмов, не было и в помине.

В этот печальный момент из-за вигвамов-типи появилась позабытая ею пятерка тел. Больше всего они напоминали компанию мужчин, выбравшихся на речку чтобы порыбачить. Идя вальяжно и явно не торопясь они обсуждали что-то животрепещущее, нисколько не стремясь прибыть к своему новому командиру в максимально сжатые сроки.

«Ничего свиньи, вы у меня умоетесь потом и кровью. Я из вас еще сделаю спецназ каменного века» - мысленно пообещала Белка, дождаясь пока они наконец-то дойдут до нее.

- …а я ей и говорю, «Что ты..!». Ну что ты врешь! У тебя же вон ноги грязные! – последнее видимо было ожидаемым окончанием рассказа пожилого и не в меру разговорчивого охотника и вызвало буквально нестерпимый приступ смеха у остальных.

Дождавшись пока все пять тел прекратят конвульсивно дергаться от охвативших их спазмов гомерического хохота, Иришка перехватила копье поудобнее и стала ожидать окончания мизансцены.

Первым на нее все-таки обратил свое внимание зачинщик остросюжетного юмористического рассказа, все тот же неугомонный дед.

- Ха! Красавица, а вот и мы. Лучшие воины среди всего племени Каменных… - начал он заливать соловьем, но был остановлен взмахом руки Иришки.

- Кто я? – произнесла она, внимательно переводя взгляд с одного тела на другое. Юнцы быстро опускали глаза к земле, старательно отводя их. Из оставшихся двоих охотников-неудачников, флегматичный вообще продолжил стоять и пучить глаза, а вот дед постарался выдержать ее взгляд.

«Вот и нашелся кандидат на первый мордобой и на последующую должность моего заместителя» - усмехнулась про себя Иришка, после того как дед, поборовшись с ней взглядом с десяток секунд, тоже отвел взгляд.

- Ты! – быстро подняв копье и направив его тупым концом в грудь деда, повторила свой вопрос она – Звать тебя буду Дед. Ответь. Кто я?

- Ну, это. Чего ты? – начал он сначала оправдываться, но с каждым словом все больше и больше заводясь – Ты бы попридержала язык женщина, а то…

Договорить он не успел, так как конец копья словно живая змея мгновенно сократил расстояние и врезал ему по зубам. Отшатнувшись Дед, не веря прикрыл разбитые губы рукой и опустив руку, ошеломленно смотря на окровавленную ладонь. Собственно как и все оставшиеся четыре тела.

- Ты охренела? Да я тебя сейчас… - что он хотел сделать с Иришкой так и осталось загадкой для всех, включая ее саму.

Действуя в строгом соответствии с древнейшей традицией любого человеческого общества, Иришка решила выбрать наипростейший путь подчинения и дисциплины. Суть метода была проста и стройна словно кипарис, а уж опробованная и отточенная на протяжении тысячелетий не давала сбоя. Заключалась она в выстраивании вертикали власти и главенства по средством превосходства одного индивида над другим. Проще говоря, в коллективе все подчиняются тому, кто более нахрапист, нагл и способен пустить кровь любому кто не согласен с проводимой генеральной линией все того же индивида.

Бросив поочередно зрительный вызов каждому из членов ее маленького отряда, она быстро определила, что существующим лидером является Дед. Далее следуя шаблону, она сначала присвоила ему кличку, а затем бросила вызов. Тем самым заявив свои права на главенство в группе и нанося моральную и физическую травму выявленному лидеру. Теперь обрубив любые иные пути решения, она просто свела весь процесс к выяснению кто кого и как нагнет.

Подчиняясь стадному рефлексу, коллектив всегда идет за тем лидером, который сможет подтвердить свои слова практикой, а именно, отстоять свои права и главенство грубой силой.

Был конечно вариант другого исхода, когда группа могла целиком накинутся на нее. Но для этого они должны являться единым спаянным боевым звеном, где каждый боец прикрывает соседнего. Надежды на то, что все пять тел усиленно маскировались до этого момента были исчезающе малы, а после того, как все четверо сделали по паре шагов назад, избегая ссоры с ней, вообще растаяли как утренняя росса.

Поняв это, Иришка не стала сдерживаться и не дав заговорить Деду, снова врезала ему, но теперь уже целясь в солнечное сплетение. Получив резкий и неожиданный удар по диафрагме, Дед проглотил все заготовленные для нее оскорбления и выпучив глаза, по инерции постарался отступить, сделав пару шагов назад.

Быстрый рывок и Иришка, сократив дистанцию, дозируя вкладываемую силу, врезала правой ногой по мужскому достоинству оппонента. Дав пару секунд на всеобъемлющие ощущения, внешне проявившееся в покрасневшей наглой его морде и сипящему голоску, тут же добавила ему ударом копья по затылку.

«Мда-а-а. Бойцы! Орлы, мать их!» - констатировала она глядя как беззвучно, словно куль, пыльным и вонючим мешком старый охотник упал на землю – «Ладно. Этап номер два выстраивания вертикали власти».

Развернувшись к остальным четырем горе-охотникам, она перехватила копье и снова задала свой вопрос:

- Кто я?

- Эээ… - раздалось с разных сторон нестройное блеяние. Выждав секунд десять и выслушав несколько робких и абсолютно глупых догадок, Иришка подняла руку, призывая к тишине.

Сигнал был усвоен быстро и все четверо мгновенно замолчали.

«Может и будет с них толк и они не сложатся в первом бою» - отметила она частью сознания, а тем временем, четко дозируя слова произнесла:

- Я ваш полевой вождь. В походе я для вас все и вся. Вы ловите мои слова и исполняете их мгновенно и не задумываясь. Я сказала – упасть и вы падаете, я сказала – замерли и вы словно суслики замерли и приросли задницами к тому месту где вас застал приказ. А сказала в атаку и вы разорвали, того на кого я указала. Это понятно?

- Да. Да…да. – нестройным эхом раздалось четыре утверждения, о том что слова дошли до всех.

- Теперь следующее. – пройдя обратно к камню, на котором она сидела до этого и у которого остались два ее баула, Иришка продолжила – Вы, трое молокососов. Теперь вы просто номер Один, Два и Три. Ясно?

Не дожидаясь ответов, она продолжила закреплять уставные отношения в ее личном маленьком банд-формировании:

- А ты длинный и тупой будешь Дылдой. Один и Два, быстро привели в чувство Деда и подтащили его ко мне.

Что удивительно, но дальнейших понуканий и инструкций не потребовалось. Оба названных юнца синхронно промычав утвердительно «Ага и сейчас» побросали свои пожитки на землю и бросились в сторону завозившегося Деда. Быстро подхватив его под руки, они подтащили его ко мне.

«Бросать товарища на землю не стали. Молодцы. Понимают, что в следующий раз могут оказаться на его месте» - отметила позитивные сдвиги в коллективной взаимопомощи у ее отряда, Тем временем Деда аккуратно и бережно положили  у моих ног, после чего ближайший из них сбегал за своими вещами и порывшись извлек, аналогичный имеющемуся у меня, бурдюк с водой и с моего разрешения начал отпаивать пострадавшего.

Дав ему время прийти в себя Белка поймала его блуждающий взгляд.

- Кто я? – повторила Иришка глядя в злые и немного подернутые болью его глаза.

- Вождь. – признал он мое главенство.

- Полевой вождь или просто Белка. – поправила я его - Даю десять минут на приведение себя в порядок. После чего выдвигаемся вперед.