Система все так же продолжала утверждать, что исследовательские реакторы находятся в штатных режимах, а приснопамятный блок Ф-1, так и стоит нерабочим. При этом доступ к реакторам был закрыт. От слова совсем. Система просто не реагировала на любые попытки получить доступ в реакторные залы.

Срочно собранные разработчики блоков управления, системные архитекторы сети и обычные программисты в один голос утверждали что такого быть не может, но добиться доступа для сотрудников НИЦ так и не смогли.

«Если бы это был живой человек, то я бы сказал, что наши запросы просто игнорируются» - это был последний, самый внятный комментарий от начальника группы серверной службы. После чего его едва не сожрали собственные коллеги.

К сожалению Дмитрий не мог принять такое. От группы техников в повышенной радиационной защите, которые посменно дежурили у многотонных дверей реакторных блоков, переносные дозиметры продолжали фиксировать излучение превышающее все проектные значения.

Специалисты по буровому оборудованию, в задачу которых входило пробить туннели сквозь стены периметра, сегодня с утра заявили о том, что столкнулись с очередной проблемой. Странно посматривая на меня, их начальник доложил мне и Сергею, о невозможности закончить работы в двухдневный срок.

Со свойственным всем строителям флегматичностью он меланхолично выслушал десятиминутную гневную тираду, после чего используя русский мат в несколько предложений объяснил причины проблемы. Суть заключалась в том, что на последних двадцати сантиметрах бетона, бригада столкнулась с высокопрочными вкраплениями из неизвестных материалов. Обычные буры просто ломались об него и только доставленные сегодня утром специальные алмазные наконечники были способны слегка покарябать его.

- Я не знаю, какого х*я вы туда напихали, но такое г**но мы бурить будем еще пару суток! – закончил он свою тираду указанием сроков работ. После чего пожелал нам успехов в очередных научных экспериментах, слегка пожурил за отсутствие специального покрытия в реакторных блоках, о которых ему ничего не сказали ранее. После чего откланялся.

- По сути Дима, ситуация то никак не изменилась за эти два дня. – констатировал Сергей в слух.

Коварный организм, видя что его хозяин расслабился и усевшись в кресло прикрыл глаза, решительно перешел в наступление. Пару секунд он дал возможность Дмитрию контролировать мыслительный процесс после чего, буквально силой погрузил в сон.

В следующий раз Дмитрий открыл глаза лишь спустя пару часов. Он хотел разразиться гневной тирадой и уже набрал в легкие воздуха, но как и любой человек только что проснувшись все еще помнил отрывки сна. Именно во сне он натолкнулся на ниточку сулящую раскрытие причин части проблем и теперь судорожно искавший зацепки мозг, успел подать сигнал.

- …так. Стоп. Как же там…где это было. – судорожно старался ухватится за рассеивающуюся мысль он. Бросив все он лихорадочно стал перебирать ворох скопившихся бумаг на его столе. Отчеты, экспертные заключения, фотоснимки, все это полетело на стол.

- Да где же это… - злился Дмитрий и тут же словно его кто-то подслушал, вызвавшая его подозрения бумага была найдена.

Внимательно вчитавшись в нее Дмитрий снова нашел то что заставило его ранее обратить на себя внимание, но погребенное под массивом прочие более важной информации, затерялось.

-…были запущены на территорию НИЦ…так это пропускаем… - лихорадочно бежал он по диагонали отчета от службы внешней безопасности – Так.Так…ага вот!

«Территорию покинули семь человек имеющих временный пропуск» - прочитал он и быстро пролистав в начало убедился в том, что память ему не отказывает.

- Было выписано десять временных пропусков, а покинуло территорию только семь. – проговорил он в слух. Отстучав  пальцами нервную дробь по крышке стола, Дмитрий решительно встал с кресла и отправился в сторону двери. Он хотел лично поинтересоваться у координатора лаборатории, некой Анастасии Федоровны Семяка куда же запропастились ее трое нештатных сотрудников.

Вот только реализовать задуманное он не успел. Резко и тревожно запищал его телефон, а с интервалом в пару секунд злобным трезвоном отозвался внутренний НИЦовский телефон.

Скривившись он быстро взял трубку.

- Да, слушаю.

- Это Смирнов, начальник инженерной смены – начал говорить голос с той стороны телефона.

- Короче. – властно заявил Дмитрий, стараясь придать подчиненному верный импульс.

- Блок с реакторов спал. Сам. Доступ в реакторные залы открыт. – быстро проговорили с той стороны.

- Да не тяни кота за… - разозлился первый заместитель генерального директора.

- Вот только попасть туда мы не можем. Слишком высокая радиоактивное загрязнение. Включившаяся аварийная система заблокировала доступ и отключила реакторы.

- Блять! – уже не сдерживая себя произнес Дмитрий.

- Но программисты говорят, что полностью восстановили контроль за всем комплексом исследовательских реакторов. Утечки радиации нет. Мы контролируем их.

В этот момент в его кабинет без стука зашел Сергей. Бросив взгляд на вошедшего, Дмитрий не без злорадства отметил, что и ему двухдневный марафон не пошел на пользу. Осунувшийся вид, красные глаза и немного дерганная походка указывали на то, что Сергей так же бодрствовал все это время.

- Уже в курсе. – констатировал он.

- Угу. – односложно ответил Дмитрий и обойдя стол и усевшись в рабочее кресло. После чего достал из шкафа початую бутылку коньяка и убедившись в положительном кивке вошедшего, щедрой рукой плеснул элитного алкоголя в два стакана.

- Что думаешь? – благодарно кивнув, Сергей принял свой бокал и отхлебнул коньяк.

- Пиздец. – емко охарактеризовал все случившееся первый заместитель генерального директора НИЦ Курчатовский – Но под контролем. Утечки нет. Уже хорошо. Вот только зайти в реакторный сможем не раньше следующих суток.

- Ммм. – что-то невразумительное произнес его оппонент и увидев изогнутую в немом вопросе бровь, все же поделился своими мыслями – Это все странно. Если первоначальная версия была диверсией, то теперь получается бред. Нет пострадавших. Оборудование как стояло на месте так и стоит. Да. Все заражено и загажено радиацией, но мы снизим уровень до приемлемого в течении суток, а полностью устраним все последствия за пару недель и край через месяц уже ничего не будет напоминать о том, что произошло. Теряется суть. Зачем?

- Что зачем? – не сразу уловил суть Дмитрий.

- Я не спрашиваю как они это сделали. Это будет второй вопрос. Но зачем это все надо было? – словно сам с собой разговаривал он.

- Если исходить из злого умысла, то кому-то требовалась все эта прорва энергии. – предложил свою версию Дмитрий, чем вызвал пристальный взгляд от сидящего напротив него представителя государственных структур.

- Продолжай.

- Я понятия не имею куда она делась, мы отслеживали все силовые подключения. Выделившаяся энергия, в каком бы виде она не выделилась осталась внутри реакторов. – продолжил свою мысль Дмитрий – Это конечно окончательный бред, так как без потребителя энергия просто оплавила бы стенки реакторов. Но если предположить что потребитель этой прорвы энергии находится непосредственно в реакторной зоне…На это косвенно указывает…

- Без подробностей. Это оставим специалистам. – быстро вернул его в конструктивное русло он.

- Энергия всегда нужна для какого-либо процесса. – пожал плечами Дмитрий. Вдохновенье покинуло его, а мысли опять вернулись к трем пропавшим временным сотрудникам – Ее уникальность в том, что только она способна преобразовываться, меняться и течь. Она может быть катализатором процесса либо самоцелью эксперимента.

- Вы отвлеклись и потеряли мысль. – теперь Сергей неотрывно смотрел на него. Словно когти коршуна они впились в Дмитрия и не давали отвести взгляд – О чем вы думали Сергей?

- Я? – сдавленно проговорил последний – Да вот. Отчет от системы безопасности. Тут у нас часть новых лабораторий открылась. То ли по кибернетике, то ли по компьютерам. Я не специалист в данной смежной области. Да и к нам не относится никак. Мы только силовыми кабелями связаны с ними.