Хмурю лоб, что становится больно.

— Я сама могу присмотреть за малышами.

Дергаюсь в сторону коляски. Мужчина ловит меня. Бережно, но твердо держит запястье.

— Не сможешь, — ловит мой изумленный взгляд, — тебе нужно присмотреть за мной.

Ямаев усмехается и… подхватывает меня на руки. Задыхаюсь от волны адреналина. Мужчина прижимает меня к своему сердцу. Да, так не выбрасывают на улицу…

— Ты сказал, что тебе лично я больше не нужна, — прикусываю губу, скрывая улыбку.

Выдыхает не то со стоном, не то с рыком.

— Мы вроде уже выяснили, что я иногда не пользуюсь мозгом.

Вдали появился Вартан. Машет шефу. Ему не впервой оставаться с близнецами. Однако мне все же не по себе.

— Как-то это неудобно, он поймет…

Ямаев вскидывает брови.

— Ты подкинула мне в офис детей. В кабинет, куда многие без дрожи не входят. Не строй из себя такую уж скромницу!

Хмурюсь, но вижу в его глазах огоньки. Он дразнит меня.

— Мм…

— Я хочу быть с тобой, Марика.

Очерчиваю пальцем линию роста его волос. Невинно уточняю.

— Сейчас мозг тоже отключен?

Взгляд мужчины напротив становится совсем мутным. Булат только качает головой.

— В каком-то смысле он только начал работать.

Не знаю, как настолько быстро мы оказались наверху. Наверное, с отключенным мозгом мы скорее бы упали прямо в луг. Но на улице камеры и… Ямаев как будто дал мне время подумать. Хоть и небольшое время.

Он принес меня в свою спальню, в которую я никогда не заглядывала. Здесь большая низкая кровать и… больше ничего. Не считая узкой прикроватной полки сбоку.

Смотрю на этот полигон, и в голову лезут ненужные картинки. Морщусь. Булат нависает сверху и видит мое выражение лица.

— Что-то не так?

Прикусываю губу.

— Ты… Был здесь с кем-то?

Мне становится холодно от своего же вопроса. Конечно же, да! Этот мужчина не из тех, кто вечно засыпает в одиночестве. Взглянуть только, как Божена охотится за ним.

Я уже готова сбежать, когда сверху опускается приятная тяжесть. А на мои щеки и лоб сыплются горячие поцелуи.

— Ты единственный человек, кроме меня, кто ложился на эту кровать. Входили сюда лишь уборщики. А если ты вдруг… Случайно ревнуешь и имеешь в виду других женщин — никто даже не поднимался на второй этаж. Это мое логово.

Мои глаза распахиваются от удивления. Он так оберегал свою территорию… И так естественно привел сюда меня и детей. Кажется, сейчас у меня выкатится слезинка.

— Ну что такое, малышка?

Мотаю головой.

— Я тоже хочу быть с тобой. Прости, что так поступила… Что врала…

— Замолчи.

Он снова "затыкает" меня поцелуем. И я выбрасываю из головы всё. Остаются только его сильные руки на моем теле. Горячие жадные губы, заставляющие забыть себя. Его запах, который окутывает меня словно сетью.

Боялся, что я сбегу… Господи, да он давно запер меня в этом доме без всяких замков.

Вскрикиваю, когда он меня заполняет. Не думала, что еще раз переживу это упоительное ощущение. Он такой… внушительный. И так идеально мне подходит. Хотя в первый раз я испугалась на миг. Сейчас уже просто ловлю это крышесносное чувство.

Минуты в его объятьях плавят меня и возрождают. Я чувствую, как через его безудержную страсть пробиваются забота и нежность. И это лучше любых слов говорит о его отношении. Вряд ли он забудет мою ложь по щелчку, но… Врагом он меня явно не считает. Я его. И именно это он шепчет мне на ушко.

— Я еще раз рад, что ты сегодня никуда не уехала, — хрипло признается он, лежа на мне, когда мы возвращаемся на землю.

Глажу его плечи.

— Булат…

Усмехается.

— Да, дорогая?

— Я бы все равно вернулась, — прижимаю его к себе, хотя куда бы крепче, — это лучшее место для меня.

Говорю и сама пугаюсь. Настолько сильно я открылась перед ним. Теряю последние капли независимости… Сжимаю губы.

— Что-то не так?

Вижу его лицо над своим. Мотаю головой.

— Нет. Страшно немного.

С лица мужчины пропадает улыбка.

— Ты еще не поняла, что со мной тебе нечего бояться?

— Мне страшно, что все это очень быстро закончится, — решаю признаться, — а я мало того, что не такой статусный родитель, так еще и влюбилась в тебя.

Мое лицо опаляет его дыхание.

— Закончится?! Да сейчас! Не для того я столько терпел. И… Что ты там сказала? Ты в меня влюбилась?

Хитрый прищур, улыбка. Этот мужчина никогда не перестанет быть самолюбивым. Но мне это нравится.

— Слишком уж не задавайся, Ямаев, — усмехаюсь.

Он зарывается лицом в мои волосы.

— Я тоже очень сильно в тебя влюблен, Марика, — шепчет на ухо, — за это можешь не волноваться.

А еще мне по вкусу его несдержанность. Он так искренне признается мне в чувствах, что я успокаиваюсь. Зачем портить себе жизнь мыслями о будущих несчастьях, которых вполне может не быть?.. Булат еще ни разу не делал мне плохо.

Мы лежим некоторое время, крепко обнявшись и поглаживая друг друга. Верится с трудом, что еще час назад все было совсем-совсем по-другому.

— Нам нужно принять душ и идти к детям, — улыбаюсь.

— Да, "нам", — Булат вздергивает бровь, — душевая у меня такая же просторная, как кровать.

Закатываю глаза, но чувствую себя безумно счастливой.

— Не могу спорить с шефом.

Ямаев дарит мне хитрый взгляд.

— Признайся, ты тайно мечтала обо мне, когда у нас были деловые отношения?

— Да, — прикусываю губу, — причем не вспоминала… Это были совсем новые мысли.

Откровенные фразочки еще больше распаляют нас, и в душ мы буквально врываемся. Булат не обманул, здесь много пространства. Светлый мрамор, стеклянная перегородка. И большое зеркало на одной из стен, в которое нас видно… Мм… Именно с этим мужчиной во мне просыпается вкус к интимной стороне жизни.

Когда мы вновь можем дышать, используем душ по назначению. Это тоже определенный вид близости — водные процедуры рядышком. Вижу крепкую фигуру в пене, и мне кажется, я вместе с этим человеком уже давно-давно.

Хотелось бы еще полежать в халатах, но ко всему прочему мы еще родители. Вартан там, наверное, уже обалдел от роли няньки.

— Мне кажется, нам нужна помощница с детьми, — говорит Булат, прежде чем отпустить меня переодеваться, — у тебя теперь дел прибавилось.

Смущаюсь.

— Можно поговорить на эту тему с крестной…

— Да, в агентстве Пелагеи персонал на высоте, — смеется Ямаев.

— Что? — хмурюсь и тоже не могу сдержать улыбку. — Я хорошо работала! Предугадывала желания шефа, была ненавязчива. Почти незаметна! Я — профи!

Булат шагает ко мне. Берет за руку.

— Рад, что ты так высоко себя оцениваешь, — он говорит серьезно, — и да, я не замечал тебя до появления в доме двойняшек. А потом как обратил внимание…

Он прижимает меня к своей груди.

— Мне не верится, что все так разрешилось. Просто не верится.

Булат целует меня в макушку.

— Уже в день знакомства было понятно, что мы должны быть вместе. Только я отмахнулся от этого чувства, а ты испугалась. В итоге все разрулили Андрюша и Ваня. Парни просто появились на свет.

Смеюсь от такой интерпретации.

— Пойдем скорее к ним.

Вартан выглядел слегка ошалевшим, когда мы спустились в гостиную. Но думаю, за свою карьеру он попадал и не в такой переплет. Благодарим его и отпускаем. Маленьких нужно покормить.

Готовим бутылочки в четыре руки. Берем каждый по сыну, несем в детскую. Не думала, что можно стать еще счастливее. Но чувствую сейчас какой-то просто неземной восторг. А кажется, такая банальность…

Так, надо бы хоть немного вернуться в реальный мир. Иначе совсем потеряю голову.

— С мамой все-таки нужно встретиться, — смотрю на Булата, который в светлом спортивном костюме и с Ванькой на руках расположился в кресле.

— Я не против. Водитель отвезет тебя, куда скажешь.

Собираюсь с мыслями.