— Я как раз недалеко живу. Через полчасика буду.

Интуиция мне подсказывает, что ни чем хорошим эта встреча не закончится. Но всё же, мне сейчас нужно собрать как можно больше информации о своём ненаглядном, поэтому разговор с Русланом просто необходим.

Вот уже неделю я выедаю себе мозг чайно ложечкой. В голове сменяется одна версия происходящего за другой. И очень сильно хочется добраться до правды и разорвать это порочный круг из мучений и адовой душевной боли.

Пока ждала Руслана походила по залу, посмотрела работы своих конкурентов. Отметила пару интересных идей себе на будущее. Картинами я конечно не много заработаю сейчас, в любом случае придётся возвращаться в медицину. Но победа в этом конкурсе дала бы мне огромный пендаль и мотивацию работать дальше и не останавливаться.

Прогуливаясь по галереи, я зашла в зал, где работал диджей и ведущий. Именно здесь, в конце вечера должны объявить о результатах конкурса. Но, а пока идёт подсчёт голосов, люди отдыхают и танцуют под всеми известные хиты.

Заставляю себя взять бутерброд с красной рыбой, чтобы не упасть в обморок от голода. Пока жую, слышу как диджей включил одну из моих любимых песен из фильма «Приведение», когда Дэми Мур и Патрик Суэйзи лепили из глины горшок. Машинально начинаю качать головой в такт мелодии, когда крепкая мужская ладонь касается моей руки.

— Потанцуем?

Оборачиваюсь и утыкаюсь в широкую грудь Руслана. Он протягивает мне свою руку и то ли пузырьки от игристого затуманивают мой разум, то ли гормоны начали шалить, но я протянула ему в ответ свою маленькую хрупкую ручку.

— Помню мы танцевали с тобой под эту мелодию на вечеринке в университете в честь первого сентября, — шепчет и выводит меня в толпу танцующих пар.

— Это в прошлом, — небрежно бросаю и невольно оцениваю мужчину:

Высоченный, красивый. Он так возмужал и изменился с последней нашей встречи в университете…

— Ты прекрасно сегодня выглядишь.

— Руслан, — останавливаюсь, понимая, что не правильно танцевать с бывшим, когда где-то рядом ходит друг мужа. — Я тебя не любезностями пригласила обмениваться, — говорю чуть резче, чем следовало.

— Прости, — жестом приглашает подойти к свободному столику.

— Извини за резкость, — ставлю сумку на стол и выжидающе смотрю на Руслана. — Я ведь даже не поинтересовалась, как ты жил все эти годы.

— Учился, много работал.

— А как же семья? Жена, дети?

— Нет, — мягко улыбается и как-то странно смотрит на меня. — Я так и не женился.

— Ладно, — нервно перебираю пальчиками подол платья. — Но всё же о чём ты хотел поговорить?

— Честно я пожалел тогда, что позвонил тебе и взбаламутил. Но видимо эмоции взяли верх и я просто не мог спокойно сидеть дома. Но потом понял, что лезть в чужую семью это неправильно.

— Но ты уже приехал. Ты уже здесь. Поэтому выкладывай всё, о чём хотел сказать, — настаиваю.

— Вот, возьми, — подаёт мне небольшой запечатанный конверт.

— Что это? — верчу конверт в руках, пытаясь определить содержимое.

— Я думаю ты догадываешься, что там, — мягко улыбается. — Марусь, я же был рядом, когда ты открыла дверь в кабинет мужа. Я видел твоё лицо. Когда мы ехали в больницу к твоей дочери я не стал поднимать эту тему. Ты и так была вся на нервах, — втягивает воздух между зубами, как будто бы хочет сказать, что-то ещё.

— К чему такая конспирация? — кидаю конверт в сумочку. — Если ты намекаешь на то, что мой муж мне изменяет, так бы сразу и сказал.

Внутри меня всю трясёт, а к горлу подкатывает неприятный горький ком. Смотреть содержимое конверта не было никакого желания. Я наперёд знала, что внутри и от того становилось невыносимо больно.

— Я даю тебе право выбора. Ты можешь смотреть, что там, а можешь не смотреть, — пожимает плечами. — А, что здесь за конкурс проходит? Ты участвуешь?

Надежда, на то, что у нас в семье всё будет хорошо постепенно начала угасать. Хотя в голову все равно просачивалась мысль, что Руслан просто положил в конверт фото, где Людка в очередной раз уселась на стол к моему мужу. А это доказывает только то, что эта девка в край оборзела, а мой муж валенок не может указать ей на своё место.

— Да, я среди участников, — говорю чуть охрипшим голосом.

Прокашливаюсь и достаю из сумки небольшую бутылочку с водой. Всегда беру с собой воду в дорогу, эта привычка укоренилась ещё со времён беременности, когда меня укачивало в машине.

Делаю два маленьких глотка и прикрываю глаза, сдерживая слёзы.

Нет, я не должна плакать на людях. Не должна раскисать. В конце концов сегодня день, который я очень долго ждала и я не позволю Вите и его любовнице испортить мне настроение.

— Покажешь мне свою работу? — Руслан указал рукой в сторону зала, где были выставлены работы участников.

Я встряхнула головой и молча направилась в сторону соседнего зала. Руслан пошёл за мной.

— Вот моя работа, — останавливаюсь возле полотна с изображением моря и лодки качающейся на волнах. Я писала эту работу по воспоминаниям из нашего медового месяца с мужем. Мы отдыхали в Турции и в один из солнечных дней поехали кататься на яхте. Это было незабываемое, романтическое приключение: море, солнце, вино и любовь… много любви.

Меня передёргивает от холода и вырывает из воспоминаний. Окно в зале не выдержало очередного порыва ветра и распахнулось, обдувая меня морозным воздухом. Шмыгаю носом и приобнимаю себя руками, чтобы согреться.

— Извините, — к окну подбегает сотрудница галереи. — Я на проветривание приоткрыла, а оно вон как, распахнулось. Не выдержало такого ветра.

— Ничего страшного, — услужливо отвечаю.

— Очень красивая картина. А я и не знал, что ты пишешь, — Руслан с интересом рассматривает мою работу.

— Когда мы общались я ещё не увлекалась этим. Не до картин было. Медицинский отнимал всё свободное время.

— У тебя талант, Маруся, — проходится по мне оценивающим взглядом.

Не могу объяснить это чувство, когда нахожусь рядом с ним. Между нами ничего не было тогда, в студенческие годы. Неловкие поцелуи в щёчку, не более. Но от чего-то сейчас, когда он так пристально и изучающе смотрит, у меня потеют ладони и по телу пробегают мурашки.

— Спасибо, — выдавливаю из себя улыбку.

— Как твоя дочь? Всё хорошо с рукой? — задаёт банальный вопрос, после паузы.

— Да, ей уже лучше, — также банально отвечаю и туплю взгляд куда-то в пол.

Неловкость — так я могу описать наш диалог сейчас.

— Руслан, ты меня прости, но я, наверное, пойду, — вскидываю руки и разворачиваюсь к выходу.

— Подожди, — аккуратно берёт меня за руку. — Ещё же не объявили результаты конкурса.

— Да, я все равно уверена, что не выиграю, — отмахиваюсь и издаю истеричный смешок.

В животе всё сдавило. По телу бегали мурашки от нервов. На глаза наворачивались слёзы. Я понимала, что мне лучше уйти и подождать, пока прилетит подруга, где-нибудь в кафе. А если я вдруг выиграю в конкурсе, то мне об этом сообщит организатор.

— Ну перестань, у тебя потрясающая работа, — пытается меня успокоить и чуть крепче сжимает мою руку. — Давай я уйду, если дело во мне.

— Нет-нет, ты что, — протестую. — Ты наоборот так помогаешь мне в последнее время. Я тебе очень благодарна. И на самом деле мне даже немного неловко, что у нас тогда с тобой так всё скомкано получилось.

Не знаю зачем я вообще вспоминаю прошлое… На нервах я начинаю говорить, всё о чём болит моя душа. Не контролирую себя.

— Мне тоже жаль. Но как ты и сказала это в прошлом, — пожимает плечами. — Что было, то было. И это уже неважно.

Облегчённо выдыхаю и немного успокаиваюсь.

— Маш, ты не подумай. Я сейчас не в коем случае не пытаюсь восстановить наше прошлое. Я помог тебе, просто по старой дружбе вот и всё. Но я правда не хочу, чтобы ты плакала или нервничала, — отпускает мою руку.

— Всё в порядке, я не плачу, — улыбаюсь.