— У нас планируется семейный ужин вечером. Будут исключительно свои: батя, Кай и ещё пара близких, приходи тоже. Сегодня к шести в «Бруснику». Посидим, обсудим наши отношения спокойно, без нервов. За деньги не волнуйся, всё оплачено заранее.

Нам с Тимуром обсуждать нечего. Я сразу всё решила, и отступать не собираюсь. А после того, что случилось в последние сутки, тем более отыграть назад ничего не выйдет. Я больше на отношения, которые приносят только неприятные эмоции, размениваться не собираюсь. Интересно, а Кай пригласит меня на этот ужин? Или между нами всё проще, чем он утверждает?

Хмыкаю:

— Подумаю, позвоню, если что.

И отключаюсь.

— Всё хорошо? — Кайрат в джинсах с голым торсом набирает программу на кофемашине.

Не дожидаясь моего ответа, подходит, обхватывает рукой за талию:

— Смотри, снег прекратился.

Кладу голову ему на плечо, обнимаю тоже. Мы молчим, заглядевшись на пейзаж за окном. Красота такая… После метели сквозь облака пробились лучи солнца, затонировав небо оранжевым и голубым. Облепленные белым пухом деревья, похожи на каких-то сказочных животных. На ветку рябины недалеко от окна опускается пара краснопузых снегирей, сбросив с неё полоску блеснувшего на солнце снега. Мне кажется, или вдалеке слышится шум? Что это? Машина? Трактор?

— О, дорогу чистят. Скоро можно будет в город возвращаться, — Кай выглядит расстроенным.

Целует меня в висок, прижимает к себе сильнее:

— Надо поговорить с Тимуром о нас. Поставить в известность о том, что мы теперь вместе. Сегодня же.

Кайрат отпускает меня из объятий, достаёт из кармана свой телефон, нажимает на разблокировку, на зелёную трубочку, листает… Это он сейчас звонить Тимуру собирается⁈

Оооо, как же всё быстро развивается… Представляю, как обалдеет бывший, когда откроется правда о том, что я, вся из себя приличная, отступила от моральных принципов, о которых упорно твердила. И как мне объяснять, что они тупо не сработали с его братом?

Кладу ладонь на его кисть, останавливаю:

— Кай, мы расстались с Тимуром. Не надо ему ничего говорить. Разве я должна теперь всю жизнь перед ним отчитываться за будущие отношения? Его мнение не имеет значения для меня. Я сама буду выбирать, с кем встречаться.

Кай отменяет вызов, хмурится, поднимает моё лицо за подбородок:

— Это что за рассуждения? Ты же будешь только со мной. Да?

Дааа… Мир вокруг нас затягивает пелена, всё растворяется, остаются его глаза-водовороты. С тобой одним хочу быть. Другие теперь вообще не рассматриваются. Даже не посмотрю ни на кого. И к себе не подпущу. Покусаю каждого, кто попытается хотя бы дотронуться до меня. Но, извини, слабость свою не покажу ни перед кем. Даже перед тобой, Кайрат.

— Ну, время покажет, как всё пойдёт, — с милой улыбкой выворачиваюсь их его рук.

Подхожу к столу. Завариваю себе кофе. Отламываю кусочек недоеденной с вечера шоколадки. Хочется увидеть выражение лица Кая. Но держусь, не оглядываюсь. Боковым зрением замечаю, что он делает несколько шагов ко мне, останавливается. Минута мёртвой тишины. Кайрат с раздражением откидывает свой телефон на стол, разворачивается и быстро уходит. Громкий удар дверью. Вздрагиваю. Через несколько секунд слышится шум воды. В душе. Ладно, пусть остынет чуть-чуть. Потом подлижусь к нему.

Вдруг в его телефоне пиликает сообщение. Кидаю заинтересованный взгляд. Интересно, конечно, кто там и чего написал. Нет, не буду смотреть.

Беру тряпку, сосредоточенно протираю несуществующую пыль со стола. Ещё сигнал. Ещё.

Ой, да чего будет, если посмотрю… Вдруг что-то срочное? Хватаю аппарат в руки. Открываю мессенджер.

С аватара отправителя на меня смотрит девушка. Красивая такая. Молодая, приблизительно моих лет. Длинные каштановые волосы, разбавленные светлыми прядями. Загадочная, скромная улыбка. Карие глаза восточной формы. Имя Томирис. Тоже, блин, чёткое, не то, что Лина какая-то…

Поглаживаю грудь в области сердца, хочется замедлить взбесившийся пульс.

Вот дурочка же я доверчивая. С чего вообще мне в голову пришло, что между нами с Кайратом могут быть серьёзные отношения? Он вон какой видный мужчина. Конечно, такие в одиночку не живут. И Томирис — девушка его, наверное. А я никто. Доступная шлюшка на одну ночь, развлечение. Сама виновата, повела себя, как… Как… На глаза наворачиваются слёзы. Сдуваю их и старательно вглядываюсь в буквы, перелистывая сообщения одно за другим:

«Кай, где ты? Почему не отвечаешь?»

«Папа сказал, что несколько раз звонил, а ты не берёшь. С тобой всё хорошо?»

«Мы звоним тебе по очереди я, твой папа, мои родители. Может, ты забыл про Сырга Салу? Уже завтра, кстати.»

«Брусника», в шесть вечера'

«Я так волнуюсь. Пожалуйста, появись. Ты мне очень нужен»

Слёзы всё-таки вырываются из глаз тёплыми струйками. А мне он не нужен, что ли? Да кто эта Томирис такая, чтобы моему Каю это писать? Судорожно втягиваю воздух. Дрожащей рукой кладу телефон на место. Я ревную, кажется. И не понимаю, имею право сейчас ему что-то предъявить.

Так, а что там эта Томирис писала… Слово неизвестное. Беру свой телефон, выхожу в интернет, набираю в поисковике «Сырга Салу». Казахский обычай перед свадьбой. Надевание серёжек невесте. Боже, Кайрат скоро женится. Не на мне. Он с самого начала собирался просто использовать меня, поиграться, как кот с мышкой, и сожрать.

Но нет, подавится. Вытираю слёзы. Подхожу к раковине, быстро умываюсь ледяной водой. И спешу в комнату одеваться.

Кайрат возвращается из ванной, чистый, благоухает чем-то фруктовым. Неосознанно веду ноздрями, торможу себя, зажимаю нос. Хватит залипать на него. Между нами ничего не может быть, Кай помолвлен. А я одета, собрана, морально и физически готова покинуть его жилище. И забыть, выкинуть из головы то, что произошло между нами.

С доброжелательной улыбкой прошу:

— Можешь подвезти меня до метро? Мне очень надо домой попасть. Позвонила подруга Лера, с которой мы квартиру снимаем. Она вернулась с отдыха, а внутрь зайти не может, ключ никак не найдёт.

— Хорошо, — Кай начинает одеваться, — пообщаешься, и звони мне. Я пока по делам прокачусь тоже.

Вхожу в съёмную квартиру. Устало кидаю связку ключей на тумбочку в прихожей. Туда же отправляю шапку, вешаю куртку на плечики, скидываю обувь. Грустно плетусь в комнату. Не знаю, что делать теперь. Конечно, я обманула Кайрата. Никакой Леры и в помине нет, отдыхает она, а не ждёт меня под дверью. И Снежана уехала… Мне совсем не с кем посоветоваться, обсудить то, что случилось. Последние события перевернули всё в моём сознании с ног на голову. Как же хочется, чтобы кто-то адекватный сейчас оказался со мной рядом, поддержал, успокоил.

Открываю дверцу шкафа, слепо таращусь на полки. Чего я тут хотела-то? Подхватываю чистый халатик и бреду в ванную. Открываю тёплую воду. Встаю под душ с головой. Капли лупят по затылку, по лицу, затекают в рот, мешают дышать. Казалось бы, это должно отвлечь меня от вороха мыслей, переключить внимание. Но не помогает. Постояв так несколько минут, тянусь за мочалкой. Долго тру себя. С остервенением, до красноты. Успокаиваюсь только почувствовав, что кожа горит. Обтираюсь пушистым полотенцем, накидываю халат, выхожу. Усаживаюсь на диван. Включаю телевизор. Пялюсь в экран и не понимаю, что показывают. Щёлкаю пультом. Нет, не могу сосредоточиться. В мире предновогодняя суета, а у меня в сердце извержение вулкана. Надо чем-то заняться, чтобы не нервничать. Поднимаюсь, начинаю метаться по квартире. Бессмысленно открываю шкафы, перекладываю вещи с места на место.

Вздрагиваю от вибрации телефона. Кидаюсь к нему. Не знаю, кого я рассчитываю услышать. Наверное, Кая. Хочу, чтобы он позвонил, и одновременно боюсь. Мне кажется, что я не смогу оттолкнуть его, мне потребуется его скорее увидеть. А это совсем неправильно. Вон Лера встречалась с женатиком. Он обманул её, растоптал доверие. И ничего хорошего из отношений, основанных на вранье, не вышло. Я точно так не буду.