— Алина, — слышу женский голос над головой, но он точно принадлежит не старухе, — давай, милая, еще чуть-чуть потужимся.

Татьяна Витальевна! Это точно она. Откуда?

Чувствую, как мою ладонь сжимает чья-то рука и понимаю, что страх отступает.

— Давай, маленькая, давай, — знакомый и такой любимый голос. Руслан.

Меня аккуратно приподнимают за плечи и немного надавливают на живот. Вскрикиваю, выталкивая ребенка, и сразу падаю на спину. А в следующий момент слышу громкий крик младенца. Моего сына.

Татьяна Витальевна проводит еще какие-то манипуляции, но я почти ничего не воспринимаю. Только малыша, которого укладывают мне на живот. Нас накрывают теплым одеялом и аккуратно перекладывают на каталку.

— Алина, — слышу приглушенный голос Руслана, — сейчас глаза закрой, не надо тебе ничего этого видеть.

Чувствую легкий поцелуй в висок и послушно закрываю глаза. Я понимаю, почему он так сказал. Скорее всего, никого, из тех, кто здесь был не оставили в живых. Мне нисколько не жалко этих мразей. Они получили то, что заслуживали.

Нас грузят в карету скорой помощи, но перед этим я успеваю заметить, что старуху скрутили полицейские и запихивают в свою машину. Значит, и она будет наказана.

Татьяна Витальевна садится рядом со мной в машину скорой, с другой стороны Руслан. Она помогает мне приложить ребенка к груди и накрывает нас еще одним одеялом.

— Сейчас приедем и ребеночка заберут в детское отделение, чтобы помыть и осмотреть. Не пугайся, так надо. Тебя тоже надо осмотреть и со льдом на животе полежать пару часов в послеродовом отделении. Потом вас переведут в палату для совместного пребывания. Теперь вы под присмотром, все будет хорошо.

Я так благодарна ей, что она мне все рассказывает, разжевывает все до мелочей, чтобы я больше не напугалась. Прикрываю глаза и молча глотаю слезы. Руслан просто гладит меня по волосам, периодически целуя то меня, то сына в макушку. Он молчит, но я чувствую, как сильно трясутся у него руки. Представляю, что он пережил за это время.

Мы приезжаем в медицинский центр очень быстро, к нам навстречу выходит несколько врачей и дальше все закручивается с молниеносной скоростью. Меня осматривают и ставят капельницу.

Даже психолога приглашают, от которого я отказываюсь. Если Руслан и наш сын рядом, мне ничего больше не нужно.

Моя палата похожа на небольшую квартиру. Здесь несколько комнат, одна из которых заставлена цветами и мягкими игрушками. В люльке под лампой уже сладко сопит мой сыночек, а рядом стоит детский врач, чтобы рассказать мне все подробности о его состоянии.

Я с жадностью ловлю каждое ее слово и понимаю, что ребенок не пострадал в родах. Я так боялась причинить ему вред, пока сопротивлялась старухе. Вес почти четыре килограмма, пятьдесят три сантиметра.

— Это подвиг, — говорит женщина с улыбкой, — в таких условиях родить такого богатыря. Ваш муж может вами гордиться.

Чувствую теплые объятия сзади и улыбаюсь. Врач тактично уходит, чтобы нам не мешать, а Руслан сразу помогает мне снова лечь в кровать. А потом подходит к люльке и берет сына на руки.

— Я так испугался за вас, — поправляет шапочку на головке у малыша и переводит на меня взволнованный взгляд.

— Как ты меня нашел? Я не верила, что это возможно…

— Я не говорил тебе, Алина, кулон, который я тебе подарил… там внутри спрятан специальный маячок. Я сразу решил так сделать в целях безопасности. Как знал, что пригодится. Мы отследили по нему. Но сигнал был очень слабый, поэтому мы так долго искали.

— Боюсь даже представить, что было бы если бы не этот кулон.

— Не думай об этом. Тебе нельзя волноваться, но я должен был предугадать такое развитие событий. Это целиком моя вина.

— Это вина Лаврикова. Он давно вынашивал этот план мести. Скажи, а мама моя где? Перед тем, как у меня начались схватки, я не могла ей дозвониться.

— У нее украли телефон. Думаю, тоже с подачи Лаврикова, чтобы накрутить тебя еще больше. Я не говорил ей, что ты исчезла. Позвонил, пока тебя осматривали врачи и сказал, что у нее родился внук.

— Она в порядке?

— Немного расчувствовалась от счастливой новости, но в порядке.

Окончательно успокаиваюсь и принимаю сына из рук Руслана. Он уже проснулся и громким криком требует покормить его, как можно скорее.

— Как назовем? — спрашиваю сразу, как только малыш присасывается к моей груди.

— Моего дедушку звали Илья. Если ты не против, я бы хотел назвать сына в честь его.

— Не против, — отвечаю с улыбкой и перевожу взгляд на задремавшего сына, — Илья Русланович, по-моему, звучит впечатляюще.

Отдаю маме Илью и быстро застегиваю на груди свадебное платье. Этот маленький обжора постоянно хочет кушать. Хорошо, что фасон платья позволяет быстро добраться до груди и утолить голод моего вечно голодного ребенка.

— Алин, пойдем, Руслан уже заждался, — подгоняет мама, пока я поправляю макияж и прическу.

Целую сына в пухлую щечку и ловлю в ответ его счастливую улыбку. Нам на днях исполнится три месяца, и мы настоящее богатыри. Я, кстати, еле уговорила Руслана подождать до свадьбы эти три месяца. Мне они были нужны, чтобы влезть хотя бы в одно более-менее приличное платье.

Проверяю еще раз все ли пуговки я застегнула после кормления и отворачиваюсь от зеркала.

— Я уже готова, пойдем.

Мы спускаемся на первый этаж и тут же встречаемся с родителями Руслана. Они без ума от внука, поэтому тоже тормозят нас, чтобы потискать его и поцеловать в пухлую щечку.

Выходим в сад, где должна состояться церемония. Мама с Ильей и родителями Руслана проходят на свои места, а я замираю у начала дорожки. Еще раз поправляю длинную юбку свадебного платья и устремляю взгляд к свадебной арке.

Там Руслан со своими друзьями. Его лицо слегка напряжено, между бровями залегла небольшая складка. Нервничает, наверно, что я долго. Ну, не могу я давать ребенку смесь, даже в день своей свадьбы, поэтому Руслану вместе с гостями придется немного подождать.

Когда включается приятная музыка, начинаю плавно двигаться по проходу. Чувствую, как меня переполняет эйфория и расцветаю в счастливой улыбке. Руслан делает шаг навстречу, ловит меня в свои крепкие объятия и наконец расслабляется.

Регистратор начинает церемонию, но я почти не слышу слов. Тону в любимых глазах и едва успеваю вовремя ответить «да».

После церемонии мы долго фотографируемся в нашем большом саду, а потом едем в ресторан, где заказан свадебный банкет.

— Устала? — шепчет муж на ушко.

— Нет, но мне уже очень хочется отсюда сбежать.

Народу на свадьбе много и это не наша прихоть. Родители Руслана настаивали на громкой свадьбе и куче гостей.

— Как я же тебя понимаю, — смеется Руслан и приглашает меня на танец. Первый танец молодоженов.

Помню, какое у него было лицо, когда организатор свадьбы сказал, что это традиция и моя самая заветная мечта. Только ради меня Руслан пошел на специальные курсы, чтобы наш свадебный танец выглядел достойно.

Мы выходим на специальную площадку, где по полу пускают сценический дым. Чувствую, как меня обхватывают сильные, самые надежные руки и прикрываю глаза. Никакого волнения, только доверие, нежность и любовь. Тем более все было отрепетировано заранее до автоматизма.

Мы плавно двигаемся под музыку, отгораживаясь от происходящего вокруг. Такие мгновения единения всегда самые счастливые. В себя прихожу, когда заканчивается музыка и слышится требовательный крик нашего маленького сына.

— Проголодался, маленькая обжорка, — шепчу Руслану сквозь смех.

— Он и так молодец, дал нам возможность закончить танец.

Забираю сына у мамы и вместе с Русланом ухожу в отдельную комнату, чтобы спокойно покормить. Муж помогает мне расстегнуть платье и удобно устроиться на диване, а я тут же вспоминаю еще одну свадебную традицию.

— Вы с Ильей сегодня просто не даете никаких шансов гостям украсть невесту.