— Ну вот, все в порядке, — говорит мне Лавриков, — сегодня же твою маму переведут и будут готовить к операции. Ты даже сможешь ее навестить в ближайшее время. Но помни, соскочить уже не получится. После операции нужна будет долгая реабилитация и, если ты откажешься нам содействовать, твоя мама тоже останется без помощи.

— Я все поняла. Можете не сомневаться, я не обману, все сделаю. Но и вы со своей стороны все организуйте, как следует, чтобы не было никаких форс-мажоров.

— С нашей стороны все будет на высшем уровне.

— Но ведь в первый раз все пошло не так, как было задумано?

Вижу, что Лавриков очень недоволен моим замечанием, но упорно гну свою линию. В этой его операции не все зависит от меня.

— Считай, что мы сделали работу над ошибками.

Молча киваю и продолжаю слушать его инструкции. Он говорит, куда мне нужно подойти и во сколько, как себя назвать и кто из персонала должен меня встретить.

— Вот, это тебе, — протягивает коробку, — новый телефон. Мне нужно, чтобы ты все время была на связи. Плюс здесь отличная камера. Телефон уже с сим картой, все оформлено на чужое имя.

— Хорошо, — убираю телефон в сумку.

— Мы снимем тебе в городе квартиру, чтобы ты была ближе к цивилизации. Съезди домой, собери необходимые вещи, наш водитель тебя заберет вечером на старой площади. Еду будешь заказывать с доставкой, чтобы нигде не светиться. Сегодня тебе на карту упадут деньги. Пользуйся, можешь купить себе что-нибудь из вещей.

— Мне ненужно ничего лишнего, только то, что необходимо для… дела. Когда я смогу навестить маму?

— Сегодня смысла нет, будет много хлопот в связи с переводом. Завтра можешь. Ничего привозить не нужно, там очень хорошо кормят.

— Поняла, я могу идти?

— В бар, в котором работала, сама не ходи. Позвони и предупреди, что не выйдешь. Не исключено, что этот парень снова тебя там ждет не дождется.

— Хорошо, — коротко отвечаю, потому что это, пожалуй, разумное решение.

— Мой водитель Михаил заберет тебя в шесть вечера здесь же, иди собирайся.

Лавриков встает первым и уходит к машине. Он мне не нравится, скользкий тип, но у меня нет выбора. В конце концов, Руслан и его больная невеста, тоже были не подарок. Чуть не угробили меня и ребенка. Пусть это будет урок им на будущее, небольшая моральная компенсация.

Возвращаюсь домой и собираю только самое необходимое. Перемываю всю посуду и с сожалением выбрасываю еду из холодильника, понимая, что не знаю, когда вернусь в этом дом.

Перед выходом даю себе немного времени придумать убедительную версию для тети Нины. Ей ведь еще новый медицинский центр придется как-то объяснить.

Застегиваю рюкзак, в который влезли все мои немногочисленные вещи, выхожу на улицу и запираю двери. Поворачиваю во двор к тете Нине и пытаюсь унять бешеное сердцебиение. Ненавижу врать близким людям, но придется.

— Алиночка, проходи, — суетится тетя Нины, — ездила в больницу? Как там Леночка?

— Все хорошо, не переживайте. Нам очень повезло. Я в городе знакомую встретила, мы с ней на одном курсе в университете учимся. Так вот, у нее папа известный в городе кардиолог. Нам предложили место в новом медицинском центре. Сегодня маму туда переводят и сразу будут готовить к операции. А я пока поживу в городе у подруги, чтобы к маме быть поближе. И на учебу смогу ездить.

— Ух ты, — всплескивает руками тетя Нина, — радость-то какая. Неужели нам так повезло.

— Да, видимо мир не без добрых людей.

Сгребаю в руки рюкзак и начинаю пятиться к дверям. Нужно уходить, пока меня не разоблачили.

— Ну, ладно, мне пора, тороплюсь. Как только маме сделают операцию, я позвоню вам и все расскажу.

— Давай, Алиночка. Удачи. Не пропадай.

Я с облегчением выхожу на улицу, кажется, мне поверили, а тетя Нина по привычке перекрещивает меня на прощание.

Выхожу за калитку и вспоминаю, что не позвонила на работу в бар. Набираю номер администратора и говорю, что больше не выйду.

Объясняю ей про маму и про необходимую операцию. Зоя еще не дослушав, начинает на меня кричать, что работать некому, что я поздно сообщила об увольнении и теперь не получу никакого расчета.

Я понимаю ее негодование, потому что у нас почти каждый вечер аврал. Персонала не хватает, плюс к этому, не все хорошо справляются со своими обязанностями, но возвращаться в этот бар мне на самом деле опасно. Тем более в моем положение.

Как и договаривались водитель Лаврикова ждет меня на площади. Сажусь в машину, коротко здороваюсь и отворачиваюсь к окну. Всегда страшно начинать что-то новое, особенно, когда даже обстановка вокруг должна кардинально измениться.

Водитель привозит меня к элитной многоэтажке и вручает конверт с ключами.

— Десятый этаж, квартира двести восемьдесят семь.

Быстро киваю, забираю свой рюкзак и выхожу из машины. Даю себе несколько минут полюбоваться окружающей обстановкой, аккуратными подстриженными кустами и чистыми дорожками, а потом захожу в подъезд.

Здороваюсь с консьержем, судя по его ответной улыбке, он уже в курсе, кто я такая, и поднимаюсь на лифте на десятый этаж. Дрожащими руками открываю дверь в квартиру и жму на выключатель.

Комната заливается ровным белым светом, и я выдыхаю воздух, скопившийся в легких от напряжения. Здесь столько места в одной прихожей, что можно играть в футбол. Куда мне такие хоромы?

Оставляю рюкзак в прихожей, снимаю обувь, чтобы не испачкать идеально чистые полы, и прохожусь по комнатам. Гостиная очень большая и она соединена с кухней. В зоне отдыха стоит большой серый диван, небольшой зеркальный столик и стильная тумба с телевизором.

Кухня сделана полностью в светлых тонах, с различной встроенной техникой, которой, похоже, никто никогда еще не пользовался. Открываю холодильник и шокировано застываю от изумления. Он весь заполнен продуктами. Даже доставку заказывать ненужно.

Желудок в ответ на это изобилие урчит от голода, и я решаю приготовить ужин. Посуды здесь тоже на любой вкус. Выбираю глубокую сковородку и обжариваю кусочки мяса. На гарнир отвариваю молодой картофель, выкладываю его на тарелку и посыпаю свежей зеленью.

В шкафу нахожу свежий зерновой хлеб и делаю несколько тостов. Запах стоит потрясающий, жаль, что ужинать мне приходится в гордом одиночестве.

Вымыв посуду и прибравшись на столе, достаю телефон и пытаюсь разобраться в настройках. Загружаю приложение банка, к которому привязана моя карта и проверяю баланс в надежде, что расчет мне все-таки отправили.

Растерянно хлопаю глазами, даже несколько раз их протираю, потому что на моем счете лежит огромная сумма денег. Это точно не мой расчет из бара. Неужели от Лаврикова?

В душе появляется гадкое чувство, которое не поддается объяснению. Я не хочу брать от него больше, чем он уже мне дал. Помог с медицинским центром и квартирой, на этом все.

Уверена, Лавриков принадлежит к тому типу людей, которые ничего не делают просто так. И чем больше он мне помогает, тем сильнее я чувствую себя обязанной.

Телефон в руках вибрирует и на экране высвечивается какой-то незнакомый номер телефона. После секундных сомнений все-таки принимаю вызов.

— Добрый вечер, Алина, — узнаю голос Лаврикова и морщусь.

— Здравствуйте.

— Устроилась на новом месте?

— Да, спасибо.

— Твою маму уже перевели в новый медицинский центр, можешь позвонить ей и успокоить. Она немного в шоке от такого внимания, но в целом ее показатели улучшились. Оперировать будут через три дня, дальше тянуть в ее случае опасно. Вечер, на котором тебе отведена особая роль, тоже состоится через три дня. Но я хочу, чтобы ты четко понимала, что врачи будут делать свою работу, а ты свою. Нужно максимально сосредоточиться на выполнении задания. В этот раз промахов быть не должно.

— Я понимаю, — твердо отвечаю, сжимая руки в кулаки. Ненужно мне лишний раз напоминать об этом, я и так переживаю, что иду на подлость.