Корн вновь создавал печать двух стихий. Вдруг уже видимая, она исказилась и исчезла. Куратор сжал зубы и упал на колени, схватившись за руку. Ткань на его пиджаке с треском разорвалась. Из предплечья вылез небольшой побег, обвил кисть, захватив и чёрный браслет. На побеге появился синий бутон. Корн расширенными глазами смотрел на творящееся с его телом.

Я направил подготовленное лезвие ветра на руку Корна. Уже почти выпустил его, как почувствовал боль в своей, схватился за неё и увидел, как из моего левого предплечья появляется побег. На нём быстро созревал бутон. Боль пронзала каждую частичку тела. Я упал. Сделал усилие, чуть повернув голову, и взглянул в глаза… моей девушки. Той, кого считал своей девушкой. Её глаза были бордовыми.

— Прости, — едва слышно прошептала она.

Боль застилала разум, но я ещё видел, как на руке распускался синий цветок, уловил горьковатый аромат. Такой, шавр, знакомый…

Тьма поглотила мир. Но даже в ней бордовые глаза Илиарии всё ещё преследовали меня.

Я очнулся от шума голосов. Открыл глаза.

Мы находились в Зале земли, на первом этаже Чёрного дворца. Как и в остальных залах из мебели здесь были лишь коврики для того, чтобы на них сидеть. На нескольких, соединённых вместе я и лежал. Тело моё ощущало себя на удивление хорошо, но на душе было невыносимо паршиво. В помещении находились оба моих брата, Корн, Рэтви, Агер, Стерн, Грэг и маги земли из дюжин, которых я знал по нашему расследованию. Все они сидели или лежали, кроме двоих. Мао нависал над Агер и зло прожигал её взглядом.

— Ты уверена в том, что видела именно это?

— Д-да, с-свои-ми с-собственными глазами! — заикаясь, чуть не плача отвечала целительница. — Директор упал с острова!

— Что? — я вскочил, не веря в то, что только что услышал. — Это правда? — я подошёл к ней, заглянул в глаза. Девушка посмотрела на меня и разревелась.

— Ри-и-ин! — она повернулась боком к Мао и прижалась к моей груди. — Я видела, как тот… мужчина… он сотворил очень мощное заклинание огня. Был огромный взрыв, директора ударной волной выбросило за пределы острова. Прости… — она отстранилась, я смотрел на неё невидящим взором. Отец мёртв?

— Как такое могло произойти? Отец же очень силён, — не хотел верить я.

— Она врёт, — Мао скрестил руки на груди.

Взрыв, выбросило? Кто? Что за мужчина?

— То есть, когда отец падал с острова, он был жив и находился в сознании? — спокойно спросил Хэйрин.

— Эм… Да. Так, — кивнула Агер.

— Ясно, — сухо ответил он. — Что бы с ним ни было, на острове его теперь нет. И можно рассчитывать лишь на себя.

Корн встал с пола:

— Порталы заблокированы, связь с внешним миром отсутствует. Как думаете, что сделают с захваченными студентами магической Академии? С нами? Что, возможно, уже сделали со всеми остальными…

— Убьют, к ведунье не ходи, убьют, — пробормотал Грэг, обхвативший себя за плечи. Его трясло.

— Я тоже не вижу иных вариантов. Нас убьют. — согласился Корн.

— Но мы ещё живы, — я вспомнил, кто виновник всего произошедшего, и меня передёрнуло. — Надо действовать.

— Ты не чувствуешь? У нас откачивают ману. Те побеги, что в нас, — Корн похлопал пальцем по предплечью, из которого выглядывал на пару ногтей зелёный стебель.

Подняв рукав, я посмотрел на свою руку — на ней ничего не было. Но отток маны я ощущал. Поглядел на братьев, рукава Мао были закатаны, а у Хэя вовсе отсутствовали — у всех те же побеги, что и у Корна. У лекарей — то же самое. Я был единственным, у кого побег не был виден. Я опустил рукав. Это особое отношение или я просто для неё не опасен?

Ребята не смотрели на меня, никого не заинтересовала моя странность. Итак, здесь собрали нашу четвёрку, которую поймали позже остальных, и всех магов земли из дюжин. Стало быть, мы сыграли Илиарии на руку, когда опрашивали их — она чётко знала, кто для неё угроза. Возможно, она именно тогда и подсадила нечто, что потом выросло в эти побеги у нас в теле.

Кто может вовремя заметить подозрительный магический фон от скрытого побега, если не маг земли? Но ведь Агер целыми днями была вместе с Маком и ничего не ощутила! Да и Грэг, и вообще все сильные целители осматривали парней и ничего не заподозрили! Малеса, похоже, могла бы, поэтому от неё избавились первой. Я вспомнил, как наткнулся на неё в коридоре, а потом она куда-то пропала… Она тогда ещё боролась, а теперь, возможно, уже мертва.

Что если этот шавров Курт и есть её сообщник… Ёрпыль! У него же был дэв! На первом курсе, в Белом дворце, такой сильный, ну разве это не подозрительно? Неужели и Айрисс с ними? А я ему про свои подозрения ещё всё растрепал. Агрх!

Про отца я старался не думать. Но мысль всё равно возвращалась к его падению с острова. Я не верил в то, что Агер врала, но и признать, что отец уже мёртв, не мог.

Надеюсь, что у него был какой-нибудь запасной план. Какой-нибудь артефакт или что-то ещё, что бы его выручило в опасной ситуации… оставалось лишь надеяться, что так и было.

Сейчас стоило заниматься более насущными проблемами. Например, понять, как нам выбраться или что именно делают побеги, находящиеся в нас. Они могут погрузить нас в кому, как стало с Маком и Дарбаном?

— Кайрин, у тебя черви весь мозг проели? Ты действительно не догадался, с кем спутался? — Мао как чувствовал, на какую мозоль и когда надавить. — Надеялся, мой брат слегка умнее.

— Шавр! Ты думаешь, я бы тут оказался, если бы понял, что она готовит? Бегал бы по Академии и расследовал преступление, зная преступника?

— Тогда докажи, что ты не заодно с ней.

— Что⁈ — взорвался я. — С чего бы мне это делать? Я также могу попросить тебя доказать, что ты не подсадной шпион!

— То, что он с нами, уже говорит за него, — встрял в наш спор прохладный голос Стерна. — И вообще, уважаемые Ниро, вам не кажется, что в условиях, когда мы все в одной лодке и лишены магии, стоит вести себя несколько дружелюбнее? А то ведёте себя так, будто кроме вас здесь никого. Я, конечно, могу понять, смерть директора вас потрясла. Но. Сейчас не время ссориться!

— Нет магии? — я попробовал призвать стихию и потерпел неудачу. — Мы заперты? — я оглядел дверь, которую оплетали лианы. Сделал вдох-выдох успокаиваясь. Стерн был прав, сейчас не до выяснения отношений.

Хотя злость на брата нисколько не уменьшилась от моего решения вести себя конструктивно. У него нет магии? Может, дать ему в рожу?

— Когда захватчики придут, нападём вместе, — предложил Корн.

— Я за, — кивнул Хэй.

— Поддерживаю, — высказался Грэг.

— Думаете, это будет просто? — возразил я.

— У тебя имеются другие идеи? — спросил меня Стерн, я покачал головой. — Тогда сделаем так, как говорит Корн.

Все согласились с незамысловатым планом. Тихо себя ведём, ждём, пока враги подойдут ближе, и атакуем всем, что у нас осталось. Но что-то мне подсказывало, что это не может сработать. Шанс был не то что пятьдесят на пятьдесят, тут и пяти процентов не наберётся. Ведь очевидно, что здесь были собраны самые опасные для нападающих студенты. Не думаю, что захватчики безрассудно сунутся сюда без защиты, рискуя развалить план, который готовили несколько месяцев? Не знаю, как Курт, а Илиария дурой точно не была. Да и судя по тому, как он притворился слабаком при нашей встрече, на его тупость тоже не приходилось рассчитывать. Это если они только вдвоём. Айрисс вообще тёмная лошадка, совсем не поймёшь, что у него на уме и с ними ли он заодно. Эх, похоже, я совсем не разбираюсь в людях.

Я посмотрел на свою руку, она была под одеждой, но это не важно. Кажется, я мог бы сделать кое-что ещё.

Я оглядел всех присутствующих. Казалось, что большинство из них уже сдались. Удивительно, ведь даже лекари из дюжин должны были пройти через многое и натренировать силу воли, но поникшие бледные лица не оставляли сомнений по поводу их состояния. Девушки тряслись, как листья на ветру, сидели, прижавшись друг к другу, обхватив себя за колени, или смотрели в одну точку, как и Рэтви, будто не осознавали, что происходит. Грэг ходил из стороны в сторону, не останавливаясь ни на миг. С Хэйрином тоже было что-то не то. Мао без повода набрасывался на меня. Корн хмуро пялился в одну точку, не озвучивая свои мысли вслух. Стерн казался единственным здравомыслящим человеком, но он один не мог изменить ничего.