– Спасибо, Шон! – смущённо улыбнулась я парню и пошла в указанном направлении.

Наверное, инспекция уже подошла к концу, поскольку я обнаружила Розу, весело обсуждавшую с пожилым поваром фотографии свадебных тортов из глянцевого журнала.

– О, смотри – тут на желатиновой фигурке жениху голову забыли нормально приделать, и она у него набок съехала. А здесь вообще глазурь чёрная, – хохотнула она и увидела меня: – Леди Наталья, что вы тут делаете?

В её голосе не было осуждения или раздражения, лишь любопытство.

– Ищу вас, госпожа Амаха. Мне очень нужно с вами поговорить, – объяснила я и добавила: – Желательно наедине. По личному вопросу.

– Хорошо, давайте пройдём в ваши апартаменты, – отозвалась она и быстро зашагала к выходу.

Я поспешила вслед за ней, заранее представляя её реакцию, когда она обнаружит в ванной моего пожилого раба.

Натали

*

– Не сочтите меня фамильярной, леди Наталья, но вы не против перейти на «ты»? – спросила меня хозяйка таверны, когда мы дошли до моей двери.

– Да, конечно, – отозвалась я.

Я первая вошла в комнату, она следом.

Наверное, Ирнел уже закончил помывку и в это время облачался в халат. По крайней мере, звуков воды из ванной не доносилось.

Расположившись в кресле, Роза доброжелательно улыбнулась:

– Внимательно слушаю.

– Так получилось, что у меня теперь есть раб, – заявила я, и женщина опешила:

– Так быстро? Однако…

Именно в этот момент Ирнел вышел из ванной, и глаза госпожи Амахи округлились, как два маленьких блюдечка.

– Ого… Не ожидала, что тебе нравятся возрастные, – ошарашенно пробормотала она. – Правда, они очень опытные в постели, так что могу тебя понять.

Надо признать, Ирнел выглядел просто отлично: за такой короткий срок он успел не только вымыться под душем, но и постричься. И даже побриться. Теперь он был похож на подтянутого полковника с сединой на висках, облачённого в длинный махровый халат.

В молодости он был несомненно красивым мужчиной. А сейчас черты его лица можно было назвать приятными: аккуратные губы, небольшой ровный нос, внимательные серые глаза, высокий лоб.

В руках Ирнел держал свою одежду, аккуратно сложенную стопочкой.

– Леди, – вежливо кивнул он Розе и склонился передо мной: – Госпожа, куда прикажете это положить?

– Это его тряпки? – догадалась Роза и предложила: – Пусть даст их мне, я почищу и восстановлю, если есть прорехи.

– Если тебя это не затруднит, буду очень признательна, – с благодарностью посмотрела я на неё.

– Ну что ты, это же такая ерунда для бытовика, – рассмеялась она. – Кто будет открывать таверну, не владея бытовой магией?

Она взяла одежду из рук мужчины, и с её ладоней сорвались золотые искорки, окутавшие эту вещи плотным туманом.

А когда она положила стопку на соседний стул, было видно, что одежда преобразилась: она стала чистой, ткань обрела утраченную яркость и даже аромат свежести с нотками хвои.

– Готово, – улыбнулась Роза. – Ещё что-нибудь почистить или залатать?

– Нет, спасибо тебе огромное, это всё, – отозвалась я. – Как видишь, теперь в этой комнате двое квартирантов. Я хочу у тебя уточнить, как быть в таком случае. Проживание и пропитание моего раба входит в госпрограмму или оплачивается отдельно?

– Чётких указаний на это в госпрограмме нет, – ответила Роза. – Но давай рассуждать логически. Раб не имеет своих денег и не может оплачивать ни жильё, ни еду. Он юридически считается живым имуществом, и его должна обеспечивать госпожа. То есть в нашей ситуации на ближайшие три месяца получается так: ты содержишь его, а я тебя. В итоге я содержу вас обоих. Но я не несу никаких убытков: всё оплачивает государственная казна. Раз в месяц я подписываю счёт на специальной магической бумаге, что суммы на обеспечение нужд переселенки не завышены, что всё честно, и отправляю его в казначейство. Через день мне присылают кошель с золотом. Вдобавок благодаря тому, что моя таверна участвует в госпрограмме, мне наполовину снижают налоги. Так что за меня можешь не переживать, в накладе не останусь. Можешь спокойно проживать со своими рабами в этой комнате и питаться с ними в обеденном зале. По крайней мере, ближайший квартал.

– Ты уже говоришь про рабов во множественном числе, – вяло улыбнулась я.

– Где один – там и несколько. И не забывай: я надеюсь, что твоя картина мне понравится, и я смогу в качестве подарка вручить тебе Джереми. Конечно, он довольно молод и не сравнится с мужчинами в возрасте, которых ты предпочитаешь, но он очень милый и красивый. Уверена, он придётся тебе по душе.

– Если честно, то Ирнел – не гаремник. Я хочу, чтобы он спал отдельно. Можно ли задействовать в качестве его кровати это раздвижное кресло? – уточнила я.

– Не гаремник? – сильно удивилась Роза. – Ну, может, ты ещё передумаешь? В общем и целом он симпатичный, стройный, крепкий. А насчёт спального места – не проблема: если хочешь, я распоряжусь поставить для него кровать.

– Было бы здорово! – обрадовалась я. – Спасибо, Роза!

– Единственное – одежду для него тебе придётся покупать на свои деньги. В список вещей по госпрограмме не входит одеяние для рабов. Но проживать здесь и питаться он может бесплатно, как я и сказала.

– Поняла, – кивнула я. – Благодарю за пояснения!

– Каждый вечер перед сном в номера стучатся уборщики: с помощью магических артефактов они наводят чистоту в апартаментах, приводят в порядок одежду жильцов и чистят постельное бельё. В некоторых тавернах эта услуга платная, а у меня нет. Зато в «Рассвете» постояльцев больше, – улыбнулась женщина. – В общем, не стесняйся пользоваться теми благами, которые тебе сейчас доступны. Хорошо питайся сама и корми своего раба. И позволяй вечерами уборщикам выполнять свою работу – благодаря им одежда всегда будет как новая.

– Это здорово, – оценила я.

Раздался стук в дверь, и я растерянно посмотрела на Розу:

– Это уборщик? Вроде бы ещё не вечер?

– Да, ещё не вечер, – согласилась она и громко крикнула: – Кто изволил побеспокоить?

– Полиция, – раздался строгий ответ из-за двери.

Сердце испуганно рухнуло в пятки.

Но, как оказалось, волнение было напрасным: бравый полицейский принёс мне документ на Ирнела – что я теперь являюсь хозяйкой этого раба.

– Постойте, тут написано, что раб Ирнел Вайс принадлежит госпоже Натали Игнатовой. Тут ошибка в имени. Меня зовут Наталья, а не Натали, – заметила я перед тем, как расписаться на этой бумаге.

– Все вопросы – к начальству, – равнодушно повёл плечом рослый брюнет. – Мне поставили задачу доставить это вам и проследить, чтобы вы расписались на документе в моём присутствии. Все остальные проблемы обсуждайте в полицейском Управлении. Завтра приём граждан с восьми утра до полудня.

– Советую поставить подпись прямо сейчас, – подсказала Роза. – Имя заменишь потом в Управлении, если захочешь. Для нашего мира «Натали» звучит привычнее, чем «Наталья».

– Бюрократия, как и везде… – тяжело вздохнула я и на всякий случай расписалась.

Натали

*

Когда Роза ушла вслед за полицейским, я развернулась к Ирнелу:

– И что мы теперь будем делать?

– Всё, что пожелает моя госпожа, – отозвался мужчина, почтительно склонив голову.

– Как давно ты ел? – уточнила я.

Он задумался, потом ответил:

– Вчера вечером.

– Почти сутки назад, – с сочувствием посмотрела я на него. – Предлагаю спуститься на первый этаж, чтобы ты мог нормально пообедать.

– Вы очень добры, моя госпожа, – посмотрел он на меня с благодарностью. – Изволите, чтобы я шёл прямо в халате или прикажете облачиться в то, что почистила леди Роза?

– Нет, в халате не нужно. Лучше оденься в свои вещи, – отозвалась я.

– Прямо здесь или в ванной? – уточнил он.

– В ванной, – махнула я рукой.