Натали

*

– И что мне теперь с вами делать? – схватилась я за голову.

– К рабам не обращаются на «вы», моя добрая госпожа, – мягко поправил меня мужчина.

– Это сложно. Вы мне в отцы годитесь, – отозвалась я.

– Вы теперь в новом мире, и вам придётся привыкнуть к нашим порядкам. Обращайтесь ко мне на «ты», я вас очень прошу, – ответил Ирнел.

– Хорошо, я попытаюсь, – кивнула я. – Ирнел, я предлагаю вам… тебе пройти в мою комнату. Там есть камень для исцеления. Надеюсь, благодаря ему твои раны заживут. Сможешь подняться по лестнице на второй этаж?

– Я дойду, моя госпожа, не переживайте, – заверил он меня.

Ирнел шёл медленно, с трудом. Он нацепил на лицо маску невозмутимости, но я видела, как тяжело ему давался каждый шаг.

Едва мы вошли в таверну, к нам подскочили двое охранников – те самые, которых я просила о помощи.

– Леди переселенка, всё хорошо? Полиция разобралась? – заботливо спросил лысый качок.

– Можно сказать и так, – поморщилась я.

– Этот мужчина с вами? – с подозрительностью покосился он на окровавленного Ирнела.

– Теперь он мой раб, – развела я руками.

У охранников плавно отвисли челюсти, а мы с Ирнелом проследовали через весь зал к лестнице и поднялись на второй этаж.

– Вот, теперь я живу тут, – пояснила я, войдя с Ирнелом в комнату. – Артефакт для исцеления здесь, в этом шкафу.

Направляясь к цели, заметила, что на столе было поставлено блюдо с пирогами и клубничный морс. Официант не только принёс в мою комнату те продукты, о которых я просила, но и добавил ещё несколько пирожков, ватрушек и сырников. Мысленно послала ему лучи благодарности.

– Скажите, вы не жалеете, что попали сюда? – внимательно глядя на меня, спросил он.

– Если выбирать между смертью и этим миром, то я предпочла бы Аншайн, – ответила я. – Правда, ваши порядки, матриархат, рабовладение, магия – всё это странно, дико и непривычно для меня. Возможно, со временем я привыкну и смогу устроить здесь свою жизнь. Может, даже обрету счастье.

– Вы очень молоды, госпожа. У вас всё впереди, – заверил Ирнел.

Я вложила камень ему в руку:

– Надеюсь, ты знаешь, что с этим делать.

– Конечно, – снисходительно, но по-доброму улыбнулся он. – Это стандартный магнерит. Исцеляющий артефакт с мощностью всего на десять сеансов. Неужели вам не жалко потратить один сеанс на раба? На мне и так всё быстро заживёт.

– Пожалуйста, не заставляй меня упрашивать, – покачала я головой. – В инструкции было написано: «В случае необходимости приложите к ране». Прикладывай!

– Как пожелает моя госпожа! – не стал больше спорить Ирнел.

Я с большим любопытством наблюдала, как он дотронулся прозрачным минералом до самой серьёзной раны – и та затянулась прямо на моих глазах, а после неё сами собой исцелились и все более мелкие повреждения. В момент заживления они окутывались золотистым свечением.

– Как же мне нравится местная медицина… – пробормотала я, находясь под впечатлением от увиденного.

– Благодарю за такую милость для вашего покорного раба, госпожа, – уже бодро поклонился мне Ирнел и протянул выполнивший свою задачу минерал.

Я убрала камень обратно в коробку, после чего окинула мужчину задумчивым взглядом:

– Все раны зажили, и это замечательно. Теперь надо сообразить, как постирать твою одежду и заштопать. Эти подонки специально рвали её. Не знаешь, где тут раздобыть иголку с ниткой?

– Вы собрались сами зашивать мои тряпки? – потрясённо застыл Ирнел.

В голове вертелся ответ: «Да, ты пожилой человек, годишься мне в отцы, и наверное зрение уже не очень. А я теперь за тебя отвечаю. Да и вообще, шитьё – это, как правило, женское дело».

А вслух ответила коротко:

– Ну да.

– Зрение у меня нормальное, – неожиданно заявил Ирнел.

– Ты телепат? – в шоке уставилась я на него.

– Верно, – улыбнулся он.

– И как много информации ты успел нарыть в моей голове? – растерянно хлопала я глазами.

– Я понял главное: я нужен вам. А вы – мне. Я воспринимаю вас как дочь, которой у меня никогда не было – добрую, милую, нежную, беззащитную. Как я уже говорил, вы никогда не пожалеете, что сделали меня своим рабом, леди Наталья. Я буду помогать вам и защищать до своего последнего вздоха! – очень искренне ответил мужчина.

Натали

*

– Я не представляю, как мы теперь будем жить тут вместе, в одной комнате, – призналась я. – И что будет потом, когда мне придётся отсюда съехать? А сейчас – как мне соорудить тебе кровать? Этот диван слишком короткий. А насчёт того, чтобы нам спать на одной постели… при всём уважении, я морально к этому не готова.

– Здесь кресло раздвижное, – пояснил Ирнел. – В тавернах в каждой комнате стоят такие кресла, из которых можно в любой момент сделать спальное место. Так в случае необходимости одноместный номер может стать двухместным.

– Ладно, уже легче, – кивнула я. – А что насчёт твоего пропитания? Государство три месяца будет оплачивать еду для меня. Не уверена, что эта госпрограмма распространяется на моих рабов.

– К сожалению, я с таким ещё не сталкивался, госпожа, поэтому подсказать не могу, – покачал головой Ирнел. – Никогда в жизни ещё не видел переселенок воочию и не знаю особенностей госпрограммы. Но у меня есть небольшие сбережения, вот, – протянул он мне небольшой кошель. – Здесь сто серебряных монет и двадцать медных. Теперь они ваши, и вы можете использовать их как сочтёте нужным. Поскольку я ваш раб, всё моё отныне принадлежит вам.

Такое чувство, что я не просто заполучила пенсионера в рабы, но и ограбила его…

– Ирнел, не надо, – попыталась я вернуть ему его деньги, но мужчина был непреклонен:

– Это теперь ваше, госпожа! Вы можете потратить эти финансы на одежду и пропитание для меня. Если захотите, конечно.

Ну что ты будешь с этим делать?

– Ладно, разберёмся, – сдалась я. – Смотри, в ванной в шкафу лежит халат. Там есть также полотенца, мыло и мочалка. Давай ты вымоешься в ванной, сполоснёшь с себя засохшую кровь и временно облачишься в этот халат, а я пока соображу, что делать с твоей одеждой. Как вымоешься – перекуси: попей морс с пирогами. А я пока схожу к владелице этой таверны – госпоже Розе Амахе. Это довольно приятная, доброжелательная женщина. Надеюсь, она подскажет, как мне быть в такой ситуации. Надо ли доплачивать за второго жильца и его пропитание.

– Как пожелаете, моя госпожа, – безропотно отозвался Ирнел. – Хочу только отметить, что вам не стоит волноваться насчёт моей одежды и искать нитки с иголкой: как правило, все горничные в тавернах обладают бытовой магией. Как вариант – мы можем предложить медную монету за услугу по приведению одежды в порядок. Мои тряпки снова станут целыми и чистыми.

– Хорошо, я приму это к сведению. Спасибо, что подсказал, Ирнел, – поблагодарила я его и пошла к выходу, а мужчина направился в ванную.

Где искать Розу, я не имела понятия. В надежде, что она всё ещё в таверне, а не вернулась домой к своим гаремникам, я спустилась вниз и подошла к знакомому официанту:

– Шон, не могли бы вы мне подсказать, где найти госпожу Амаху? Мне нужно с ней поговорить.

– Вам не понравились сырники? – расстроился рыжий парень. – Понимаю, что вы их не заказывали, но они такие аппетитные. А вся ваша еда – за счёт казны. Я принёс их вам в надежде, что они вам понравятся. Если я ошибся – примите мои глубочайшие извинения за такое своеволие.

– Нет-нет, всё чудесно, спасибо, Шон! – заверила я его. – Мне просто нужна госпожа Амаха для личного разговора.

– О, тогда я рад, что смог вам угодить, – расплылся в улыбке парень. – Знаете, та переселенка, что жила тут до вас, она была… скажем так, нелюбезной. Всё время хмурилась и постоянно во всём искала подвох. Придиралась к каждой мелочи, критиковала. А вы – как солнечный лучик: приятная и светлая, – сделал он мне неожиданный комплимент. – Насчёт госпожи Розы – она направилась на кухню, проверять работу повара. Когда зайдёте в ту дверь под лестницей – сделаете несколько шагов по коридору и поверните направо.