– Понятно… – пробормотала я. – А можно я немного подумаю над вашим щедрым предложением насчёт раба? Надеюсь, наш договор на написание для вас картины за десять серебряных монет остаётся в силе?

Роза рассмеялась:

– Конечно! Только давайте не будем забегать вперёд. Вдруг ваш рисунок мне не понравится? Не волнуйтесь: деньги за него я заплачу в любом случае. Но раб от меня в подарок будет, если вы сумеете приятно удивить своим творчеством. И потом, вы даже не представляете, от чего отказываетесь. Все мои мальчики – как на подбор. Включая того, кого я наметила для вас.

– Позвольте спросить, госпожа Амаха. А почему вы решили его подарить? Он чем-то вам не угодил? – уточнила я.

– Мне он достался в наследство от старшей сестры. Лидию разбил паралич, и она быстро угасла. Всё её имущество, включая живое, перешло ко мне. И несколько её гаремников. А у меня своих постельных мальчиков хватает. Для меня уже перебор. Так что пристраиваю Лидиных красавцев в надёжные руки. Что-то мне подсказывает, Джереми с вами будет хорошо. А вам с ним, – объяснила Роза.

– Ясно, – отозвалась я, пребывая в прострации и представляя, где я тут раба размещу.

– Как бы то ни было, учтите: вы теперь на Аншайне. В этом мире смотрят не столько на внешнее богатство женщины – её наряды и драгоценности, – сколько на количество её рабов. Чем больше – тем выше её статус. Имейте это в виду, если хотите, чтобы вас здесь уважали, – дала совет Роза.

– Спасибо, учту, – отозвалась я. – Скажите, а чисто гипотетически: смогу ли я дать этому Джереми вольную?

– Конечно, но не раньше чем через шесть месяцев после получения прав на него. То есть сможете, но через полгода, – пояснила женщина.

– Позвольте мне обдумать всю эту информацию, – натянула я на лицо улыбку.

– Конечно, леди Наталья, – не стала возражать Роза. – Итак, как мы с вами договоримся? В какой день вам будет удобно приехать в мой особняк, чтобы запечатлеть моих любимчиков на холсте? Давайте определимся прямо сейчас, поскольку мне нужно знать, к какому времени закупить все нужные для рисования вещи.

– Не знаю, – пожала я плечами. – А какие варианты?

– Может, завтра в семь вечера? Изобразите парней в бассейне, в лучах заходящего солнца, – мечтательно произнесла Роза.

– В бассейне? – насторожилась я. – Они будут в плавках?

– Зачем такие лишние детали? Нарисуйте их во всей красе, – беззаботно улыбнулась женщина.

– Как вам будет угодно, – не решилась я спорить.

Конечно, у меня уже имелся опыт рисования обнажённых натурщиков, но он был редким и, мягко говоря, не массовым.

Но в данной ситуации особо выбирать не приходилось. Я очень надеялась, что Розе понравится моя картина и в её лице я приобрету постоянного клиента. Начну нормально зарабатывать.

Томас был прав: если мне удастся впечатлить Розу своим талантом, это станет для меня удачной стартовой точкой как художницы. Благодаря госпоже Амахе я смогу обрести популярность, а вместе с этим стабильный заработок и определённый статус в этом мире. И вообще счастье.

Вот только в моей голове не укладывалось: что я буду делать с подаренным рабом?

– Джереми… – задумчиво выдохнула я, когда Роза ушла, пожелав мне хорошего дня.

Натали

*

Желудок недовольно забурчал, требуя подкрепления и напоминая, что я давно не ела.

Поэтому предприняла вторую попытку выйти из комнаты. На этот раз – с целью пообедать.

Под лестницей больше не валялось никаких храпящих тел, так что я спокойно прошла дальше, в зал. Как советовала Роза, села за свободный столик. Выбрала из тех, что были небольшого размера и располагались у окна.

– Доброго здравия! Чего изволите, леди? – подскочил ко мне официант – весёлый парень с рыжими кудрями. На его бейдже было написано имя: «Шон».

Он протянул мне напечатанное в виде буклета большое меню.

Я пробежалась глазами по изображённым там красочным блюдам. Названия некоторых продуктов я даже не знала. «Пюре из куропся», «Рагу из мольянины с овощами» и прочие деликатесы повергли меня в растерянность.

– Принесите, пожалуйста, что-нибудь вкусное и сытное на ваше усмотрение. Чтобы нормально пообедать, – попросила я рыжика.

– Сейчас что-нибудь придумаем, леди, – расплылся он в улыбке.

– Спасибо, – улыбнулась я в ответ.

– А что насчёт десерта? Пироги? Пирожные? Торт? Мороженое? – уточнил официант.

– Да, – коротко ответила я на всё и сразу.

Бровь официанта дёрнулась от изумления, но возражать он не стал.

В итоге через пять минут мой стол был уставлен аппетитной едой. Мне принесли салат из морепродуктов под майонезом, куриный суп, рагу из непонятно чего и пюре из топинамбура с котлетами. А ещё целый поднос вкусняшек в виде пироженок, кусочков разных тортов, пирожков. Три мороженки в вафельных стаканчиках: шоколадную, карамельную и пломбир. И даже несколько пиал с разными ягодами.

– Прямо как в ресторане… – ошарашенно пробормотала я.

– Если этого будет мало или какое-то из блюд вам не понравится – нажмите на этот камень в центре стола, и я подойду. Насчёт оплаты не волнуйтесь: вы переселенка, поэтому счёт будет выставлен не вам, а в государственное казначейство, – пояснил официант.

– А как вы поняли, что я переселенка? – с любопытством спросила я.

– Сейчас покажу, – загадочно улыбнулся он и отошёл к барной стойке.

Вернулся с моей фотографией, внизу которой было приписано: «Переселенка. Комната 11. Оплачивается из казны с 05.06.3045 по 05.09.3045 включительно».

– Когда это меня успели сфотографировать? – удивилась я.

– Снимок нам передали из лаборатории в Ларзианских горах, – ответил Шон. – Так что все сотрудники таверны «Рассвет» знают, кто вы.

– Понятно, – отозвалась я.

– Надеюсь, на Аншайне вам понравится. Приятного аппетита, леди, – вежливо поклонился мне парень и направился обслуживать следующий столик.

За обедом я с любопытством поглядывала по сторонам. Заметила парочку парней-громил, которые работали тут в охране. Кроме Шона, зал обслуживали ещё два официанта – тоже молодые и улыбчивые.

Как оказалось, таверна пользовалась спросом у населения.

Я очень даже вовремя заняла свой столик, потому что уже через полчаса все столы были заняты. Многие посетители пришли в дорожной одежде. И в подавляющем большинстве это были мужчины.

Некоторые, помимо обеда, просили предоставить им комнату для ночлега. Так что официант приносил им не только поднос с едой, но и сообщал им номер их комнаты.

Странно, что ключей тут в ходу не было. Двери могли запираться лишь изнутри, на засов.

Приметила несколько мест, куда можно повестить мои картины. И даже прикинула, что именно можно нарисовать, чтобы подчеркнуть уют этого места.

Заметила и стеллаж с газетами, о которых говорил Томас.

Увидев меня – одинокую девушку за столиком у окна – несколько мужчин порывались составить мне компанию, но охранники бдительно преграждали им путь, за что я им была благодарна.

Все вкусности в меня не влезли, но расставаться с пирогами было жалко. Поэтому подозвала официанта, нажав на белый камень в центре стола.

– Ещё чего-нибудь изволите? – мило улыбнулся он мне.

– Шон, а можно мне эти пироги взять к себе в комнату? – спросила я.

– Да, конечно! – закивал парень. – Как вам будет угодно. Можем доставить вам их вместе с чаем или с ягодным морсом, если пожелаете.

– С морсом – было бы здорово! – обрадовалась я. – Шон, а почему в вашей таверне двери не запираются? Ни у кого нет ключей. Мне их тоже не выделили.

– А зачем ключи? – изумился такому вопросу парень. – Хозяйка заведения – сильнейший маг. Если вскроется факт кражи, она нашлёт такое проклятие, которое любого вора из-под земли достанет. Он пожалеет, что родился на свет.

– Надо же, – удивилась я. – Тогда это всё объясняет.

– Парни из охраны сегодня оберегали ваш покой. Но если вы против – только скажите, и мы не будем препятствовать господам пытаться познакомиться с вами, – заявил Шон.