Пробежав глазами по списку, я натыкаюсь на то, что так усердно искала:
— Оформите, пожалуйста, заказ, — улыбаюсь я девушке.
— Минутку, — не заставила себя ждать девушка.
— Можешь подождать на улице, — обращаюсь к Виктору, видя, что он уже порядком устал сидеть в душном помещении.
— Всё в порядке, — с этими словами он отворачивается, делая вид, что увлечен изучением украшений. Ну-ну, давай.
Попыхтев над бумагами, заполнив заявление и внеся предоплату, беру визитку мастера и, окрылённая предвкушением того, как Тома будет восхищенно разглядывать подарок, подхватываю под руку Виктора, выходя из павильона.
— Какая они милая пара! — доносится негромко мне в спину. И… От чего-то это было приятно!
Виктор мою радость особо не разделяет, а просто размеренно вышагивает рядом и несет на плече мою сумку с коньками, которую забрал сразу, как мы вышли из дома.
— Ну чего ты хмурый такой? Умотался в универе? — снова пытаюсь я растрясти его.
— Я не хмурый, — мгновенно отвечает, но ни его лицо, ни тон не меняются, когда он чуть позже сообщает, что мы опаздываем.
Ну и ладно! Моей радости на двоих хватит. К тому же скоро встречусь с Томой и… Точно… Там же Лёша ещё будет… Поди ему всё время уделять будет…
Ревность тут же накрывает меня, смывая весь радостный настрой. Задумчиво взглянув на Виктора, у которого в целом энтузиазма ко всей этой встрече было немного, я понимаю одно: вот он, момент «Х», когда надо будет действовать на всю.
Мы останавливаемся на очередном светофоре, когда я начинаю чувствовать, как мою спину прожигают несколько взглядов. Обернувшись, встречаюсь взглядом с несколькими девочками с потока, которые с интересом стреляют взглядами то в меня, то в Виктора. Приветливо машу им рукой, и те торопливо отвечают тем же.
— Кто это? — наклоняется ко мне Виктор, проследив за моим взглядом. Поворачиваюсь к нему, чтобы ответить, и поняла, что наши лица находятся в паре сантиметров.
— А… — быстро отворачиваюсь от него, суетливо проглатывая ком в горле. — Д-да так… Девочки с этого… С потока…
Так, Елена, что с тобой? Тряпка что ли? Никогда так не терялась!
— Ясно, — он кивает, выпрямляясь и бросая короткий взгляд в их сторону. Стоило нам обоим отвернуться, как сзади послышался тихий визг. На это я лишь фыркаю и тяну Виктора за собой — светофор наконец загорается зелёным.
— Похоже, теперь они думают, что мы встречаемся, — бормочу я, когда мы отошли достаточно далеко.
— Сама виновата, прилипла ко мне, — он усмехается, окидывая меня тем же насмешливым взглядом. Услышав такую претензию, я собираюсь уже отцепиться от него, как наступаю на лёд и начинаю катиться, сильнее сжимая руку Виктора. Тот хмыкает, подтягивая меня к себе, и помогает сохранить равновесие.
Ладно. Обиды обидами, а жить хочется.
— Да я не о себе думаю. Про тебя же сплетни тоже пойдут.
— Ну и пусть идут, таким как они лишь бы было о ком косточки перемывать.
— Таким как они? — хмурюсь, заставляя мозги работать. Это он имел в виду «элиту»? То есть… И меня тоже…?
— Сплетникам, — он поворачивается ко мне. — А ты о чём подумала?
— Да… Не важно… — ладно… Я погорячилась, хотя, если бы он говорил про «элиту», то, пожалуй, я бы его поняла, большинство детей богатых родителей — зарвавшиеся люди.
Оставшиеся несколько минут мы идем в молчании. При входе на спортивную базу нас уже дожидаются радостные и раскрасневшиеся Тома и Лёха:
— Привет! — они одновременно начинают махать руками, на что мы сдержанно киваем.
Чего-то вы задержались… — Тома недвусмысленно смотрит на меня, а я в свою очередь бросаю предупреждающий взгляд на Виктора: если он проболтается — конец сюрпризу, но тот, даже не посмотрев на меня, бросает: «Лена каждые пять минут останавливалась полюбоваться».
— Идемте, и так уже наверняка очередь огромная, — Тома, на удивление, отцепилась от Лёхи и, подхватив меня под руку, пошла в здание, весело щебеча о том, какая сегодня замечательная погода.
Очередь и правда была уже большой, но, к большой нашей радости, двигалась быстро.
После того как парни оплатили наше время, мы двинулись на поиски лавки, что оказывается сложнее, чем найти иголку в стоге сена. Заприметив мизерный кусочек свободной лавки, тут же быстрым шагом направляемся туда.
Через пару минут мы уже выходим на лёд. Ступив на гладкую поверхность, я тут же ощущаю себя в своей стихии и начинаю плавно катиться вперёд, глядя через плечо на Лёшу, который, похоже, совсем не умеет кататься, на Тому, которая помогает ему выйти на лёд, и на… А где Виктор?
Чья-то рука касается моего плеча, и я оборачиваюсь, но, когда смотрю налево, справа меня обгоняет Виктор, весело усмехаясь.
Тут же припускаю за ним, а тот, в свою очередь, начинает быстро лавировать между посетителями, не сбавляя оборотов.
Минут через двадцать, оба запыхавшиеся и раскрасневшиеся, мы садимся на лавку, соприкасаясь плечами, и, тяжело дыша, перебрасываемся короткими взглядами и колкими фразами. Вскоре к нам присоединяются весьма злой Лёша и весёлая Тома:
— Ну, друг, как успехи? — спрашивает Виктор, откровенно издеваясь над Лёхой.
— Нормально, — цедит тот и с такой тяжестью приземляется на скамейку, что она аж немного затряслась. — А вообще… Ерунда это! И… И коньки эти — фигня! — разгоряченно продолжает возмущаться он, забавляя всех.
— Не бухти, — Тома треплет Лёшу по плечу, и тот тут же тает, а я лишь улыбаюсь, откидываясь на спинку лавки.
— Что, всё? Устала? Сил нет? — переключается на меня Виктор.
— У самого небось песок в штаны насыпался? — фыркаю я, бросая на него насмешливый взгляд.
— Ну-ка, ну-ка, повтори?! — он склоняется ко мне, и тогда я понимаю: надо валить.
Тут же подскакиваю с лавки и кидаюсь на лёд в попытке смешаться с толпой. Я знаю, что Виктор чуть ли не в спину мне дышит, поэтому не придумываю ничего лучше, чем начать кружить под музыку, играющую из колонок.
Сквозь моих пальцев правой руки проскальзывает чья-то тёплая ладонь, а вторую мою руку быстро кладут на чужое плечо. Проходит полсекунды, как я ощущаю на своей талии большую тёплую ладонь.
Виктор.
Его пронзительно-серые глаза смотрят на меня так, что мне хочется спрятаться куда-нибудь подальше, но и отвести взгляд от него я все еще не могу.
— Парень ведёт?
— Что?.. — выдыхаю я.
Он разворачивается боком, объезжая нескольких посетителей, и я так легко подстраиваюсь под него, что это начинает казаться чем-то нереальным. Обычно, чтобы почувствовать напарника, у меня уходят недели, но здесь всё выходит так просто и естественно, что я могу только поражаться.
Завороженно смотрю на его идеальный профиль, а люди вокруг на нас… Люди освобождают центр, давая нам пространство для движений. В динамике раздается голос ведущего, предлагающий посетителям освободить немного места и насладиться нашим танцем.
В колонках сменяется музыка, а мы замираем в центре. Не знаю, о чём думаю я, о чём думает он, но мне кажется, что этот прокат будет лучшим, который я когда-либо исполняла.
По моей коже пробегают мурашки, когда я слышу песню «Fall into me» в исполнении Джейми Лоусона.
Не успеваю я и моргнуть, как Виктор вполне уверенно, как заправский фигурист, ведет меня по льду, придерживая за талию. Нам не нужно было договариваться, чтобы знать, что один из нас захочет сделать в следующий момент.
— Ты ходил на фигурное катание? — спрашиваю я негромко, когда он решает сделать обводку, протягивая мне руку.
— На хоккей пару лет ходил, — он усмехается.
— Хочешь сказать, на хоккее учат всему этому?
— Нет, маму иногда после её занятий ждал, видел, потом пробовал сам, когда скучно было.
— Нет. Серьезно?
— Похоже, что я шучу? — разговор на этом исчерпал себя, однако это меня ничуть не смутило, лёгкость не исчезла, и вот я уже наслаждаюсь.
Каждое уверенное касание, каждый уверенный взгляд, каждая тёплая улыбка, каждый восхищенный вздох.
