— Даже не пытайся. Мы придём через полтора часа.

— Мы?

— Ой, да… Меня Лёша пригласил на каток, сказал, что твой сосед, Виктор то есть, тоже пойдёт.

— Ну не-е-ет, для моего проекта это, безусловно, шло бы на пользу, но для меня… Я готова душу продать за спокойный выходной.

— Всё, не хочу ничего знать. Встретимся у «спортивной республики», — на этом она отключается, а я растягиваюсь на кровати.

Немного повалявшись, я всё же встаю и плетусь в ванную. Правда, стоит мне открыть дверь, как я впечатываюсь лицом в грудь Виктора. Неловко отшатнувшись, я поднимаю на него взгляд. Серые домашние шорты и черная домашняя майка, открывающая шею, на которой… Тату?

Я завороженно рассматриваю черный рисунок и уже было тянусь к нему, чтобы обвести контур, когда он кашляет, и я тут же отдергиваю руку.

— А… О… Прости… — неловко бормочу и заставляю себя поднять на него взгляд.

— Ничего, — он кивает. — Доброй день. Ты после пар всегда спишь по субботам?

— Да... Уж если приходится с утра пораньше мучиться, то надо наверстывать хотя бы днём… — я опускаю взгляд и начинаю перебирать пальцы. — Тома сказала, что мы на каток идем, и ты в том числе…

— А, да. Точно. Тебе же собираться надо… Ванна свободна, я пока что-нибудь на поесть нахимичу.

— Ты умеешь готовить?

— Да… По мелочи… Яичница же сойдёт?

— Ага, мне две, — я киваю и, хлопнув его два раза по плечу, говоря таким образом спасибо, скрываюсь в ванной комнате.

Быстро умывшись и приведя себя в порядок, я переодеваюсь в черные леггинсы и худи. Проверив телефон на предмет новых сообщений, я иду на кухню, откуда уже во всю доносится запах готовки.

— Пахнет вкусно. Ничего не сжёг? — Виктор насмешливо оборачивается на меня и качает головой, ставя на стол тарелку с поджаренными яйцами. — Спасибо, — я принимаю протянутую вилку и, дождавшись, когда он тоже сядет за стол, накалываю первый кусок. — Это… Очень вкусно! — смотрю на Виктора, с удовольствием пережевывая еду, в то время как тот внимательно смотрит на меня.

— Вот как… В таком случае, если это «очень вкусно», то как я должен был отзываться о твоей еде? — он хмыкает, опуская взгляд в тарелку и отрезая себе кусок.

— Ага! Признаешь, что я очень вкусно готовлю!

— Нет, — он язвительно улыбается и продолжает жевать.

— Ты сегодня очень молчаливый…

— Тебе просто повезло застать меня в те дни, когда мне нужно было выговориться из-за большого количества работы.

— И теперь, значит, ты будешь молчать?

— Теперь я буду молчаливее, — он хмыкает, упрямо глядя в тарелку, а после и вовсе в телефон.

Неужели я чем-то его обидела?

Завтракали, точнее обедали, и собирались мы в тишине, а до базы решили идти пешком, всего двадцать минут по свежему воздуху. Свои коньки я решаю взять сразу, они удобны и идеально заточены. Была у меня как-то практика хождения на каток с коньками в аренду — упала через пару минут, такими кривыми были лезвия.

— Ты хоть кататься умеешь? — попытка разрядить обстановку и завести разговор разбивается о его односложное «да».

О чём он, чёрт возьми, думает? Раньше же нормально было, он легко поддерживал беседу, неужто он теперь молчать всё время будет?

Поняв, что разговор не клеится, я достаю наушники и протягиваю один ему (ну мало ли?). Тот внимательно смотрит сначала на него, потом на меня, но всё же берет его. В ход идет плейлист, который я обычно включаю, когда нахожусь в приподнятом настроении или в уютном кругу друзей.

«Небо поможет нам — Макс Корж»

Твой шанс где-то рядом, используй его,

Ведь кому ты нужен здесь, кроме себя самого?

Каждый хочет знать, где и в чём его ремесло.

Я просто делаю своё музло.

Каждый хочет знать и верить, любить до дрожи по коже.

Если ты с небом в хорошем, оно всегда поможет.

Задорно играет песня. Мне становится любопытно, нравится ли она Виктору, поэтому я поднимаю взгляд на него. Тот, в свою очередь, опускает взгляд на меня и смотрит прямо в глаза, от чего внутри что-то обрывается.

Затаив дыхание, я смотрю в его серые, словно пепел, глаза, которые излучают какую-то неведомую мне раньше эмоцию: не то радость, не то задумчивость.

Мы встаем на светофоре, удерживая зрительный контакт, но вдруг он просто улыбается и резко отворачивается.

Мы вышли на старт и ни шагу назад,

И счастье, что зовут — не за горами, брат,

Лишь будь готов к нему, всё мигом забрать.

Точно… Ох как точно.

Остальное время мы идем в молчании. Я завороженно разглядываю улицы родного города так, словно тут первый раз.

Снег искрится на солнце, теплые лучи пригревают, а вокруг ходят пусть и редкие, но радостные, улыбающиеся люди.

Да… Приближение Нового года — это изменение всего города, всего населения, всей страны. Обычно хмурые горожане преображаются: начинают одеваться ярче и носить различные предновогодние украшения — ободки с дедами морозами и оленями, то и дело на шеях проходивших мелькают мишура, но главное… Главным всегда было и будет настроение: улыбки на лицах видны всё чаще, а глаза сияют всё ярче. Глядя на них, хочется улыбаться самой, столько позитива они носят с собой.

Возможно, это я такая восприимчивая и эмоциональная, возможно, не все ждут этого праздника с таким же восторгом, как я, но меня это определенно не смущает. Пускай все будут хмурые, я продолжу ждать его с трепетом, потому что, как известно, Новый год — время чудес.

Увидев магазинчик с украшениями, я вспоминаю о Томе. Она обожает различные кулоны и серёжки, у неё всегда была большая коллекция из них, так что подарок для неё я придумала уже давно — ювелирное изделие, оставалось только выбрать то, что ей наверняка бы понравилось.

В отличие от меня, она была очень хрупкой и нежной, уж на что на что, а переть танком на парня, заставляя его жить с собой, она точно не способна.

Вспоминая об этом, я начинаю улыбаться.

Подхватываю Виктора под руку и тащу его вслед за собой в сторону магазинчика. Тот хмуро и как-то недоверчиво смотрит на меня, но, покачав головой, мол: «Что с тебя взять?», идёт следом, позволяя мне оставить руку.

Он открывает дверь и придерживает ее для меня, заходя следом, вставая рядом.

— Здравствуйте, — тут же здоровается с нами продавец — девушка лет двадцати, думаю, наша ровесница. — Подсказать вам что-то? Выбираете подарок вашей девушке? — она обратила свое внимание на Виктора, стоявшего позади меня. О какой девушке ре… МНЕ?!

— Моя девушка, — он с усмешкой перевел взгляд на меня, — хочет выбрать подарок сама.

— Да-да, — поспешно закивала я, переводя тему. — Мне нужен какой-то кулон или серёжки для подруги.

— Какие у вас будут предпочтения по материалу? Розовое золото? Серебро?

— Белое золото. Желательно комплект из серёжек и кулона… Возможно, браслет.

— Пройдите сюда, — девушка мило мне улыбнулась, переходя к одной из витрин и указывая на несколько украшений. Бросив взгляд на парня, мол: «Терпи и привыкай, дорогой», я пошла вслед за ней.

В этом магазине имеется большой выбор, но ничего мой взгляд не цепляет ни через десять минут, ни через пятнадцать, и я уже собираюсь уходить, когда примечаю какой-то браслет. Он выделяется из общей массы тем, что изготовлен не из дорогостоящих сплавов, а из красивых камней, которые на ярком солнце переливались всеми цветами.

Мне вспоминаются кристально-синие глаза Томы, и я понимаю, что это то, что мне нужно, остается только подобрать цвет под глаза моей подружки.

— Извините, а эти браслеты…

— О, — девушка тут же подходит и достает верхнюю тубу, на которую надеты некоторые из браслетов, — их делает мастер нашего магазинчика, можно сделать на заказ, если хотите. Каждое украшение индивидуально, и точно такой же вы точно не найдёте. Как вы, наверное, знаете, у каждого камня есть свое значение. Голубой агат, например, напоминает о вечных ценностях, успокаивает, придает ощущение стабильности, — она показывает на один из камней, — серый агат создаёт ощущение покоя, равновесия, основательности. Быть может, ещё какой-то подсказать? Или можете сами со значениями ознакомиться, вот, — она протягивает мне бланк, на котором представлены все камни, что сейчас на прилавке, и даже больше, и у каждого подписано свое значение.