Он отошёл к рабочему столу, заваленному свитками, склянками и какими-то сушёными органами непонятного происхождения. Мастерская алхимической гильдии располагалась в подвале старого здания — сырость, полумрак, запах, от которого у нормального человека глаза не то, что слезились, готовы были сбежать ко всем чертям. Для любого алхимика — дом родной.

— Значит, так, — сказал Горан, разворачивая карту. — Смотри сюда.Пустошь. Башня. Лес вокруг.

Ученица осторожно подошла, заглядывая через плечо.

— Это та экспедиция графа? Которая почти вся погибла?

— Она самая. — Горан ткнул пальцем в точку на карте. — Вот здесь, судя по отчётам. Леса — девственные, никем не тронутые. Знаешь, что это значит?

— Много чудовищ?

— Много ингредиентов, тупица ты малолетняя! — Горан оживился, глаза загорелись тем особым безумным блеском, который появлялся у него при виде редких компонентов. — Загонщики! Болотные охотники! Чёрт знает что ещё! Веда писала, что там трава какая-то новая есть — с ментальным воздействием минимум третьей категории! Ты понимаешь, какой это потенциал⁈

Ученица не понимала, но послушно кивала. Спорить с мастером, когда он в таком состоянии, было себе дороже.

— Если получится добыть образцы этой травы… — Горан мечтательно закатил глаза. — Зелья контроля разума! Или защиты от него! Или усиления ментальных способностей — это же вполне вероятная замена вытяжки Иссина! Академия за такое не то, что душу — жопу продаст, а уж деньги-то любые заплатит!

Он начал метаться по мастерской, хватая склянки, свитки, какие-то инструменты.

— Так, мне нужно… нет, нам нужно… экспедиция. Своя экспедиция. Или хотя бы человек в составе графской. Кто-то, кто будет собирать образцы. Правильно собирать, не как эти солдафоны, которые даже печень от селезёнки отличить не могут.

— Веда! — Горан хлопнул себя по лбу. — Точно! Эта умная девка… она там была, она знает, что искать. Напиши ей письмо. Нет, я сам напишу. Нет, лучше схожу лично — письма слишком медленно.

Он остановился, нахмурился.

Ученица записывала, стараясь не отставать.

— Найди мне всё, что есть о фауне и флоре пустошей, — приказал Горан. — Старые записи, легенды, даже сказки — всё. Если мы идём туда, мы должны знать, с чем столкнёмся.

— А если граф не разрешит?

Горан усмехнулся — криво, недобро.

— Граф не дурак. Он знает, что без алхимиков половину добычи придётся выбросить. Ядовитые железы, магические органы, реагенты — это всё нужно обрабатывать на месте, иначе испортится. Он нас возьмёт. Вопрос только — на каких условиях.

А условия, подумал он, будут нашими. Или почти нашими. Потому что знания — это тоже монеты, не хуже серебра. И в этой экспедиции монеты эти в цене будут.

В таверне «Рваный Сапог» — негласной штаб-квартире охотничьей гильдии — было шумно, накурено и пахло кислым элем пополам с жареным мясом и грязными портянками. Как обычно, впрочем — но среди постояльцев слишком утонченных особ не водилось.

За угловым столом сидели четверо. Старшина гильдии Брок — седой мужик со шрамом через всю щёку и одним стеклянным глазом. Его заместитель Томас — помоложе, но такой же жилистый и опасный. И двое ветеранов — Кирт и Ольге, только что вернувшиеся из той самой экспедиции.

— … и вот тут эта тварь прыгает прямо на Корвина, — рассказывал Кирт, размахивая кружкой. — А он, значит, щит магический ставить начинает, а оно — хренак! — и сквозь щит, как через бумагу. Мы даже дёрнуться не успели.

— Загонщики, — кивнул Брок. — Знаю таких. На юге водятся, в болотах. Только там они помельче. И в стаи больше пяти не сбиваются.

— Тут их было штук двадцать, — сказал Ольге мрачно. — Может, больше. Вожак — здоровенный, умный. Командовал, как настоящий полководец.

— Разумные? — Томас нахмурился.

— Полуразумные уж точно. — Кирт отхлебнул эля. — Не говорят, но соображают. Ловушки обходили, засады устраивали. Мы бы все там легли, если бы не…

Он замолчал.

— Если бы не — что? — подтолкнул Брок.

Кирт и Ольге переглянулись. Что-то было в этом взгляде — уважение? Страх? Непонимание?

— Охотник, — сказал Ольге наконец. — Какой-то местный. Вышел из леса, когда мы уже готовились умирать. Вывел к реке, показал безопасный путь.

— Местный? — Брок поднял бровь. — Там же пустошь. Никто там не живёт уже лет сто.

— Этот — живёт. — Кирт поставил кружку на стол с глухим стуком. — Не знаю сколько, не говорил, в гости не звал. Но вроде бы не жалуется, в город не рвётся.

— Охотник… — Брок произнёс это слово так, будто пробовал на вкус. — Не гильдейский, как я понимаю?

— Нет, — покачал головой Ольге. — Дикий. Самоучка. Но… — он помедлил, подбирая слова, — хороший. Чертовски хороший. Лес знает лучше, чем я — задний двор собственного дома. Следы читает, как книгу. Ловушки ставит — закачаешься.

— И голема убил, — добавил Кирт. — Голема, Брок. Четвёртого ранга. Сбросил с обрыва — и всё, каменюка разбилась к чертям.

Томас присвистнул.

— Сильный?

— Не думаю. — Ольге покачал головой. — Не в силе дело. В голове. Он… думает иначе. Нестандартно. Там, где я бы стал драться, он находит обходной путь. Там, где я бы отступил — он атакует. Непредсказуемый.

— Опасный, — поправил Кирт.

— И это тоже.

Брок задумчиво погладил шрам на щеке — старая привычка, когда обдумывал что-то важное.

— Если граф собирает новую экспедицию…

— Уже собирает, — подтвердил Кирт. — Марек с ним вчера встречался.

— Тогда нам нужен там свой человек. — Брок обвёл взглядом присутствующих. — Не просто боец — свой охотник. Тот, кто будет разведывать, искать тропы, предупреждать об опасностях.

— Я пойду, — сказал Ольге без колебаний.

— И я, — добавил Кирт. — Рана уже почти зажила. К выходу экспедиции буду в форме.

Брок кивнул. Хорошие люди. Надёжные.

— А этот… дикий охотник?

— Остался там. — Ольге пожал плечами. — У башни. Сказал — подумает, идти с нами или нет.

— Найдите его, — приказал Брок. — Поговорите. Если он такой хороший, как вы говорите — гильдия должна его знать. И он должен знать гильдию исключительно с хорошей стороны. Может, предложите вступить, когда присмотритесь получше.

— А если откажется?